Тсуна решает перенести свои дела на утро, раз уж на вечер были планы по подготовке к тесту. В этот раз они даже сменили место дислокации на дом Сасагав, а состав группы псевдоинтеллектуалов разросся. А сейчас девушка, сказав матери, что идет гулять с ребятами, шла в направлении дома людей, динамящих ее уже две недели. Конечно, ложь Нане – не лучший поступок в жизни Тсуны, но выбора не было. Женщина хоть и успокоилась, больше не ожидая пропажи дочери при любом случае, но все равно не любила, когда Тсу-чан где-то пропадала одна.
Не факт, что сейчас будет очередь Хранителя Тумана, ведь, по сути, испытание Рёхея не закончено, так что следующее начинаться не обязано. Но навестить Хром – это все же приоритетная задача на данный момент. Савада немного волновалась по поводу того, что ей не отвечают, оттого тянуть больше было нельзя.
Зайдя по пути в магазин и прикидывая, как дать ребятам продукты, от которых Наги обычно отказывалась из-за стеснения, Тсуна оказывается у нужного дома. Стучать в дверь даже не нужно, она открыта.
У девушки в голове проносятся кадры из фильмов, где подобное не сулит ничего хорошего. То, что, войдя, она не увидит гору трупов, Тсуна понимает сразу, когда слышит голоса, а точнее крики. Кен определенно точно на кого-то ругался, и на его фоне терялись слова других людей.
Поставив пакет и свою сумку в коридоре, Савада непонятно зачем тихо, на носочках движется в сторону шума, доносящегося с первого этажа. Стоит ей увидеть сцену в комнате, как Тсуна замирает.
Недовольный и сквернословящий Кен, Чикуса, устало прислонившийся к стенке и пытающийся сделать вид, что его тут нет. Хром стоит перед Джошимой в скромных попытках успокоить, ухмыляющийся Мукуро и… тут перечислению следовало бы закончиться, ведь членов банды Кокуё больше не было, но нет. На диване сидел еще один человек.
– Только не говорите мне, что вы украли ребенка?!
Возглас Тсуны привлекает внимание. Она пропускает мимо ушей приветствия, потому что слишком занята разглядыванием Франа, а это был именно он. Эти зеленые волосы и апатичный взгляд, в котором Энма ему не соперник, Тсуна ни с чем не спутает. Если она правильно помнит возраст Франа в будущем, то сейчас ему шесть. Ой. Савада вдруг вспоминает, что его профиль находится в целях захвата. В будущем это было не так страшно, а вот сейчас… Добавился новый пункт в списке причин для увеличения срока заключения Тсуны при неблагоприятном развитии событий.
Она старается об этом забыть.
– Вы же его не похитили? Боже, теперь понятно, чем вы были заняты, – на ее лице наигранная гримаса ужаса. Девушка достает телефон и притворяется, что звонит в полицию, Кен уже готовится ругать ее за предательство, а Хром начинает оправдывать парней, но оба замолкают, когда видят, что Тсуна сдерживает хохот. Удавалось ей это из рук вон плохо.
Кен недовольно фыркает и плюхается на диван. А вот на лице Чикусы проскальзывает тень улыбки, а это довольно редкое зрелище.
– Ку-фу-фу, я скучал, Тсунаеши-чан, – Мукуро вальяжно подходит к девушке, но она, надувшись, делает шаг назад.
– Ага, скучал, именно поэтому не брал трубку.
– Ругаемся, как влюбленная парочка, – его довольная улыбочка раздражает.
– Мхм, – непонятно что выдает Тсуна и поворачивается к Франу. – Милаха такой.
– Спорно, – замечает Чикуса.
– Этот малец ужасно раздражает, бьен! – выкрикивает Кен, всем видом демонстрирующий раздражение.
– Да вы что? – с иронией переспрашивает Савада. – Вот это неожиданность. Никогда такого не было и вот опять. А если серьезно, то из воспоминаний из будущего вы, – она смотрит на Хром и Мукуро. – Должны были знать, что не питаете к Франу большой любви… и я это осуждаю, если что.
– Судя по всему, кое-какие подробности будущий я решил опустить, – тихо замечает Рокудо, прикрывая глаза и угрожающе улыбаясь. О Фране и его способностях он узнал, а о характере мальца – нет.
– Êtes-vous un amie d’une fée d’ananas? – тихий голос выводит всех из задумчивости.
– Эээ, – выдает Тсуна лучшее, на что сейчас способна. – Это эльфийский или французский?
– Ку-фу, а как сама думаешь?
– Ура! Я знала, что не одна, кто учил выдуманный Толкином язык, – девушка довольно кивает.
– Разумеется, это французский, ненормальная!
– Ну-ну, Кен, не будь таким злым, Тсунаеши-чан просто шутит.
– Если бы… – шепчет Савада себе под нос. – Эх, я не говорю по-французски.
– А кое-кто когда-то сказал, что знает этот язык, – припоминает ей Мукуро первую встречу.
– Это была ложь во благо… Во благо меня, конечно, – по лицу Тсуны видно, что в ее голове происходит некий мыслительный процесс. Девушка поворачивается к Франу. – Жэ тем ля багет.
– Ужасно, – подытоживает Чикуса, оценив потолок Савады в знании языка.
– Кхем, – Тсуна краснеет. – Так что Фран ранее сказал?