– Ты отпустишь меня, Ламбо? – и она сейчас не про объятия.
Парень кивает куда-то в плечо Тсуны, к которому он склонился, чтобы спрятать лицо. Савада удивилась такому быстрому и положительному ответу. Ламбо был на третьем месте в списке проблематичных ребят.
– Ты так много страдала тут, я не хочу снова видеть этот ужас… и… и если ты умрешь снова, то я не выдержу. Ты моя семья, моя заботливая сестра, – у Тсуны аж сердце сжалось от того количества боли в голосе Ламбо. – Я такой слабый! Мне… нужно учиться жить без тебя, прости, что доставил столько проблем… как я делал всегда.
Он отпускает девушку и резко разворачивается, собираясь сбежать. Но Савада этого не позволяет, ловит его руку и мягко сжимает ладонь.
– Ламбо, ты не слабый, – она нежно улыбается, понимая, что их маленький плакса вырос в такого хорошего человека. – Ты сильнее многих, и я горжусь тобой. Спасибо, что был рядом и поддерживал меня в этом времени.
Парень шмыгает носом, не позволяя себе расплакаться, отрывисто кивает и пытается улыбнуться. Тсуна отпускает руку Ламбо, образуя у того пустоту в душе, но он ничего не собирается с этим делать. Пора быть сильным и учиться мириться с болью.
– Тебе спасибо, что дала немного времени побыть с тобой и облегчила прощание с… ней.
Несмотря на сказанное, они не расходятся, оставаясь друг напротив друга в коридоре. Кому-то надо совершить первый шаг, и Тсуне это сделать легче, потому что она ничего не теряет. А Ламбо еще какое-то время смотрит вперед, отгоняя образ тоненькой фигуры.
В Тсуне боролось два странных чувства, радость за то, что все идет так хорошо, и отвращение к себе за то, что она, по сути, издевается над ребятами.
– Если уж решила, то иди до конца, – бормочет она себе под нос.
– Болтаешь сама с собой? – ей приветливо машет Такеши, вышедший из лифта. Он сразу замечает серьезный взгляд девушки, и его улыбка на секунду гаснет. – Прогуляемся?
Савада осматривает лифт, да уж, эта штука уже даже почти не пугает. Есть в мире что-то пострашнее стальных коробок, которые почти никогда не падают. Смерть от других случаев куда вероятнее.
– Ты знал, что коровы убивают людей в пять раз чаще акул? – спрашивает Тсуна внутри лифта.
Ямамото растерянно моргает, не понимая причину для такого занимательного факта. А девушка и сама не была в курсе.
– Жаль, что я вспомнила это так поздно, а то можно было бы поиздеваться над Скуало. Может, он бы захотел изменить свое тотемное животное на корову?
Парень весело усмехается.
Прогулка вышла слишком долгой, ведь выбрались с базы они в лесу Намимори, а до городка пришлось идти. Такеши предлагал посидеть и отдохнуть, зайти в магазин за водой, но Савада отказывалась и упорно шла к цели. Тсуна вроде бы недавно была здесь, но почему-то возникало ощущение, что она давно не гуляла по улицам родного города.
Дом ее семьи не изменился, разве что во дворе не было развешено белье для сушки, не было света, криков детей и взрывов… вот уж по чему она точно скучать не должна.
– Зайдем? – доступ к дому был у всех Хранителей благодаря спрятанному поблизости ключу. Формальность, ведь сломать дверь или окно и влезть было не так уж и сложно.
– Мм, нет, – она не хочет видеть свой дом в таком состоянии. Интересно, почему дом босса Вонголы не разнесли на щепки? Или тут была защита? – Я еще успею устать жить в нем.
Ямамото правильно понимает намек, в прошлом Тсуна снова будет жить здесь, а не в резиденции Италии и не под землей точно.
– Не хочешь остаться? – вопрос глупый, это понимают оба, поэтому Такеши решает перефразировать. – Останься.
Тсуна прикрывает глаза и отворачивается от дома, она смотрит на Хранителя. Такого взрослого и изменившегося, этот Такеши чаще был серьезнее и… несчастнее, снова ставший чаще притворяться и натянуто улыбаться.
– Не могу.
– Не хочешь, – с этим не поспорить.
– А ты не хочешь меня отпускать, даже от телефона избавился, – она ловит эмоции Ямамото, никакого чувства вины.
– Джаннини рассказал? Я не удивлен, ему наша идея не очень понравилась.
Тсуна хмурится, он сказал «наша»? Савада знала только про Такеши, Джаннини упоминал лишь одно имя.
– И зачем?