— А у тебя?
— Девочка…
— У всех у вас дети, — удовлетворенно констатировал директор, как бы желая сказать, что благодаря этому все они у него в руках. Он несколько минут помолчал, как бы предоставляя им возможность подумать о своем положении, о женах и о детях.
— Немецкие власти, наши союзники, продолжают жаловаться на продукцию, поставляемую нами и… — он посмотрел на них, на каждого по очереди и добавил: — и принятую вами.
— С продукцией может еще кое-что произойти и после приемки, — высказал свое мнение человек, у которого был сын-первоклассник.
— Не думаю, — ответил директор, глядя на полковника и приглашая его более энергичными словами выразить напрашивающуюся мысль.
— Да ведь это же сущий саботаж! — выкрикнул полковник. — Коммунисты саботируют, а вы не отдаете себе в этом отчета. Что вы за патриоты?
— Откуда ты родом? — спросил директор человека, жена которого недавно родила девочку.
— Из Яломицкого уезда…
Директор задумался над ответом рабочего, как бы разгадав волновавшую его тайну.
— А вы часом не в сговоре с коммунистами? — с кажущейся простотой спросил директор в надежде получить такой же простой ответ.
Люди улыбнулись.
— Большевики в бога не веруют, — ответил тот, у которого были мальчик и девочка, желая быть как можно более убедительным.
Директор переглянулся с полковником. Он ждал от полковника, чтобы тот закричал и хватил кулаком об стол, но полковник ни о чем подобном и не думал.
— Измена родине наказуется смертью! — вопил директор, раздраженный тем, что господин полковник достаточно не разошелся. — Мы вас всех к стенке приставим!..
На этот раз работники технического контроля производили приемку в присутствии двух жандармов и офицера.
Все трое, из которых один имел мальчика и девочку, другой — сынишку-первоклассника, а третий — девчурку, которую недавно родила ему жена, в глубине души надеялись, что на этот раз детали будут соответствующими. Они боялись и за свою жизнь и за жизнь остальных.
Исследовали каждую деталь с опаской, вертели ее во все стороны, неторопливо, как бы желая отсрочить беду.
После каждой принятой детали офицер ожидал от них знака, указания, кого именно арестовать.
Царил тот странный покой, который овладевает всегда людьми, когда они знают, что судьба их зависит от других. Человек, у которого были мальчик и девочка, взял в руки деталь и, как опытный работник, немедленно обнаружил брак.
Остальные в свою очередь осмотрели деталь и также заметили брак.
С минуту они помолчали, заглянули друг другу глубоко в глаза, как бы желая угадать, что думает каждый.
Предчувствуя, что что-то случилось, к ним подошел офицер.
— Что-нибудь обнаружили?
— Ничего, — с разочарованием в голосе сказал тот, жена которого недавно подарила ему дочурку.
А тот, у которого были мальчик и девочка, как и отец первоклассника, кивнули головой в знак того, что их товарищ не солгал.
ГЛАВА XVIII
Табарча был готов в дорогу. Жена протянула ему узелок.
— За тобой мой двоюродный брат приедет, с телегой…
— Ты с ним говорил?