Умбрия – зеленое сердце Италии. Тайна старого аббатства и печенье святого Франциска: читать начало книги онлайн

Центральная площадь Перуджи

Взяв Луку под руку и не беспокоясь о крутых подъемах и ступенях, она разглядывала таблички с названиями улиц, восхищаясь увиденным: улица Ведьм вела на площадь Дракона, а под городом спрятались древние подземелья. Они прошли по корсо Вануччи, вышли на площадь к собору и знаменитому фонтану, а потом, выбравшись из фланирующей по пешеходной улице толпы, свернули в один из темных и сырых переулков с позеленевшими от времени камнями-ступенями узких лестниц.

Лука уверенно ориентировался в сплетении старых улочек и за очередным поворотом нырнул в невысокий проем между домами, откуда они сразу попали в распахнутые двери маленького ресторанчика.

– Лука! Ciao, campione! – им навстречу, широко распахнув объятия, уже шел высокий и светловолосый парень в белом колпаке и длинном фартуке поверх потрепанных джинсов.

– Чао, Фабио! – так же распахнув руки, Лука двинулся к повару.

– Что за прекрасное создание?! – Фабио прикрыл глаза рукой, изобразив, что он ослеплен красотой Саши. – Добро пожаловать, bella signorina! Твой столик свободен, – он обнял Луку за плечи и повел их к темному дубовому столу у стены, увешанной плакатами и фотографиями.

– Лука! – к столику уже спешил другой парень, точная копия первого.

– Марио! – в ответ распахнул объятия Лука.

– Нам, как всегда, вашу фокаччу, вино на твой выбор, – улыбнулся комиссар шумным хозяевам заведения. – А вот пиццу мы возьмем… Я, пожалуй, «Маргариту».

– А я «Наполи», – выбрала Саша, – и… А, вот, калабрийскую закуску.

Саша никогда не пробовала ничего калабрийского и из всех предлагаемых вариантов антипасто выбрала именно это блюдо.

– Они братья, неаполитанцы, – объяснил Лука, когда парни отправились выполнять заказ. – Не смотри, что светловолосые, и такое бывает. Поверь, подобную пиццу – настоящую, неаполитанскую – ты даже в Неаполе не везде найдешь, и дело не в дровяной печи.

Фокачча оказалась такой вкусной, что Саша даже не заметила вкуса вина, так была занята лучшей лепешкой в своей жизни. А калабрийская закуска – нарезка из различных видов салями и копченой ветчины – оказалась огненно-острой из-за огромного количества приправы, один в один напоминающей кавказскую аджику, вдобавок к острым самим по себе колбаскам.

– Калабрия, что ты хочешь, – сказал Лука, увидев Сашины муки с закуской. – У них там один острый перец и растет, ну, еще бергамот. – С чувством превосходства северного итальянца, а тем более «элиты нации», тосканца, он оглядел Сашину тарелку. Вечный антагонизм севера и юга проявился во всей красе.

Пицца была действительно выше всяких похвал. Саша съела ее всю, до корочки, которую обычно складывала на краешек тарелки, и, смущаясь, попросила еще фокаччи – с собой. Но сначала Лука уговорил ее на простую пасту с неаполитанским соусом, уверяя, что у братьев она получается просто изумительно.

– Потрясающе! – поблагодарила она братьев. – Просто супер, никогда такой пиццы не ела!

В подтверждение своих слов девушка сфотографировала Марио у печи. Затем с широкой лопатой, на которой пиццу укладывают в печь. И наконец, с готовой румяной, пышущей жаром пиццей на плоской лопате на фоне горящей печи. Потом она сфотографировала Луку и Фабио, Луку и Марио, а после неаполитанцы заставили Луку сделать снимок Саши в обнимку с обоими братьями.

– Твой лучший сувенир из Италии, – самодовольно заявил Фабио, состроив умильную физиономию перед объективом.

В машине Лука повернулся Саше:

– Ты сколько уже здесь, неделю? Обратные билеты куплены?

– У меня есть еще неделя, – ответила девушка.

– Она тебе не нужна. Нет, погоди, выслушай меня и не перебивай. Ничего другого ты не узнаешь. Поэтому давай поменяем билеты, и завтра мы с тобой оба уедем. Я – во Флоренцию, ты – в Москву. А потом, да хоть через три дня, ты вернешься, но уже не сюда, а в Тоскану. Если хочешь, я прямо сегодня куплю тебе билеты. Это не проблема. Или давай вернем деньги за обратный билет твоему профессору, и ты просто останешься здесь. Но будешь свободна, это будет твое личное время. А эта тема для тебя закрыта.

– Ну… Я почти согласна, но все же уехать вот так не могу. – Саша откинулась на сиденье. – Лука, еще совсем немного, ну… три дня, ладно? Потом я сама поменяю билеты и уеду. И ничего со мной не случится, никуда я не полезу, обещаю!

Звонок телефона комиссара прервал их разговор.

– Да, падре. Да, конечно, с удовольствием. Разумеется, мы будем, спасибо. – Лука отключился.

– Вот и достойное завершение твоей миссии! Мы приглашены на аперитив перед ужином к госпоже графине. Падре Сильвано нам его любезно передал.

18

Саша порадовалась, что захватила приличное платье, пусть оно было не совсем вечернее. Да и надевают ли вечерние платья на аперитив к старым графиням, она представления не имела. Главное, что платье было выходное, в меру строгое, в меру нарядное, а синий цвет всегда идеально подходил к ее карим глазам и светлым волосам.

В таких случаях Саша всегда брала пример с бабушки. Сколько Саша ее помнила, прямая, как стержень, спина старой дворянки никогда не сгибалась. Не раз она слышала в гостях: «Расслабьтесь, откиньтесь на диван!» – но бабушка смущенно улыбалась в ответ: «Да я расслаблена, я не умею по-другому».