– Так ты допускаешь, что я могу до чего-то докопаться?
– Нет, – вздохнул Лука. – Я о твоем походе в монастырь. Еще неизвестно, чем бы все закончилось, если бы не я. Ты была в шоке, а вокруг обрывы. Не думаю, что тебя быстро бы нашли, если бы ты в панике свалилась с горы. Вот так-то, синьорина, пришлось бы искать еще одну пропажу.
– Лука, расскажи мне вот что. Найден труп Вероники. Что делают дальше полиция или карабинеры? Есть же правила, теория какая-то для раскрытия преступлений?
– Решила податься в частные детективы? А то смотри, замолвлю словечко в итальянской полиции, – Лука расхохотался. – С твоими талантами с руками оторвут!
Саша решила не обижаться.
– И все-таки? Я серьезно! Мне просто интересно.
– Тебя, наверное, учили этому в институте. Я не буду забивать тебе голову рассказами об объекте и субъекте преступления. Как правило, самый важный вопрос: cui prodest?
– Кому выгодно? Мотив?
– Конечно. В случае с Вероникой мотив непонятен, отсюда и сложность. Она никому не перешла дорогу, у нее не было врагов или финансовых проблем. Знаешь две причины, по которым чаще всего происходят убийства? Это деньги и любовь. Ну, за исключением случайного хулиганства. Именно деньги и любовь на протяжении всей человеческой истории приводили к преступлениям.
– А наркоман?
– Чаще всего ему нужны деньги.
– А алкоголик, убивающий собутыльницу?
– Если отбросить убийство по неосторожности, причины все те же: приревновал к соседу или не получил денег на бутылку.
– Как все просто и в то же время сложно…
– Cui prodest! Поэтому я и интересовался личной жизнью Вероники, возможно, нам просто не хватает информации. И еще… В первую очередь мы ищем убийцу в близком кругу, в семье. Ты не поверишь, но большинство преступлений совершают те, с кем жертва была прекрасно знакома, а не случайные люди.
– Значит, в случае с пропавшими девочками ты в первую очередь изучил бы семью?
– Ты уже и этим решила заняться? Да, и полиция, как ты видела в документах, первым делом проверила семейные связи и проблемы. Не забывай, что в случаях пропажи девочек нет явных признаков преступления, а значит, возбуждено дело об исчезновении, а не об убийстве.
– Поэтому никто и не старается?
– Знаешь, Алессандра, расследование это… как кулинария!
– То есть? – засмеялась Саша.
– Вот ты делаешь салат, объединяешь разные продукты. Или что-то решила испечь. Собираешь блюдо из общепринятых ингредиентов, иногда импровизируешь и делаешь свой вариант. Что-то сочетается прекрасно, что-то не подходит. Но ты пробуешь, фантазируешь, в итоге все сочетается прекрасно, и рождается очень вкусное блюдо. Например, печенье. Пробуешь добавить корицу, но она не подходит к остальным ингредиентам. Тогда добавляешь миндаль – и все получается идеально! Так и мы, собираем результат из мелких деталей. Когда одна порой не сочетается с другой, мы пробуем и заменяем одну деталь другой. В конце концов вырисовывается стройная картина. И преступник пойман.
Саша задумалась, потом медленно кивнула, соглашаясь. И снова рассмеялась:
– Испеки мне убийцу!
– Примерно так! – рассмеялся в ответ Лука.
Они некоторое время посидели у старого фонтана, наблюдая за жизнью маленькой площади. В голове у девушки потихоньку начал складываться план действий, но посвящать в него комиссара она не собиралась, прекрасно представляя его реакцию.
16
Падре Сильвано ждал их после вечерней мессы. Когда Лука и Саша подошли к небольшому старому храму, народ уже расходился, невысокий полноватый священник средних лет разговаривал с пожилой и такой же кругленькой синьорой. При виде комиссара и девушки, поднимающихся по лестнице к храму, священник быстро распрощался с прихожанкой и поспешил им навстречу.
– Комиссар Дини? Синьора, – вежливо склонил он голову в сторону Саши.
– Просто Лука. Я здесь неофициально, семья убитой девушки попросила съездить на место ее гибели, поговорить с людьми, которые ее знали, мы здесь просто как друзья. Как вы знаете, расследование ведут карабинеры.