– Мы победили.
– Вы победили! – уточнила Лариса, и от того, что бурлило в ее взгляде, хотелось отвернуться. Но я не стал. – Ненавижу вас!
– Это временно, Лариса, – устало ответил я. – Можете мне поверить, скоро у вас это пройдет.
Эпилог. Козырева
Москва. Неделю спустя
Мы последнее время очень много говорили о чужой угрозе, Зонах, террористах и силовых структурах, не способных защитить нас с вами. И надо признать, оснований для этого у нас было более чем достаточно. Но дело в том, что мы смотрели на ситуацию слишком однобоко – как на войну. Войну человечества с чужим разумом. Войну на выживание – или мы их, или они нас. Да, во многом это так и было, но давайте взглянем на вещи шире, тем более что с гибелью главы НМП, известного нам под прозвищем Сид, многое изменилось, и у нас появились варианты. Мне удалось это понять, оказавшись недавно в центре событий в Питерской Зоне, очень важных и, возможно, во многом определяющих наше будущее. Этим новым видением я и хочу поделиться с вами. Давайте представим на минуту наши ближайшие перспективы вот в каком свете.
Создающие Зоны обломки метеоритов, которые Измененные называют Источниками, находятся по всему Северному полушарию нашей планеты. Пока пробудилась лишь ничтожная их часть, но скоро этот процесс пойдет в массовом порядке, и мы все окажемся перед дилеммой: биться насмерть или пытаться каким-то образом сосуществовать с новыми соседями по планете, которые, собственно, мы и есть, только на другом этапе развития. Не станем утверждать, что это однозначный эволюционный скачок и мы имеем дело с высшей расой. Это вопрос точки зрения, но они – другие разумные существа, которых вовсе не обязательно воспринимать в качестве врагов.
Возможно, в этот момент многие из вас возмущенно воскликнут: «А как их еще воспринимать, если Измененные бесчеловечны, если они убийцы?!» А давайте с вами задумаемся вот о чем: почему они стали такими? Не было ли изначальной провокации с нашей стороны? Поговорим о неприятии, ксенофобии и ненависти, которые, к сожалению, в нашем мире не являются чем-то из ряда вон выходящим. Достаточно вспомнить, сколько больших войн, локальных конфликтов и террористических организаций чисто человеческого происхождения выросло на этой ядовитой почве.
Подумаем еще и вот о чем: что такое для вас быть человеком? Не с точки зрения врожденной принадлежности к биологическому виду, а на более глубоком уровне – уровне души, о которой у нас так любят рассуждать различные религиозные конфессии… Что вы вкладываете для себя в понятие «человечность»? Лично я только за две последние недели узнала об этом больше, чем за всю предыдущую жизнь, и сейчас именно об этом хочу поговорить. С вами Лариса Козырева и программа «Фактор человечности».
Итак, мы начинаем…
Вадим Михейкин
Вирус Зоны. Предвестники выброса
Глава 1
Могила сталкера
Окрестности южных болот
Конец октября
Повидавший своё «ГАЗ Тигр» с раскуроченной мордой остановился у подножия холма.
Командир группы, открыв дверцу, высунулся по пояс и махнул рукой. Из машины посыпали люди при штурмовом оружии и в бронежилетах нового поколения. С собой они прихватили обычные лопаты. В предрассветной тишине только и было слышно, как топают тяжёлые ботинки да лязгают затворы.
Первая группа из четырёх человек сразу же ворвалась во внутренний двор старой заброшенной церквушки; другие, с лопатами, ускоренным шагом направились на холм к расположенным там могильным крестам.
Четвёрка в чёрных комбинезонах, блокировав все три выхода из церкви, действовала по чётко отработанной схеме: выбить двери, гранаты со слезоточивым газом, штурм.
Первый этаж – чисто! Подъём на второй – чисто!
В динамике раздался фоновый прерывистый гудок. Затем прозвучал приглушённый голос:
– Лемур, всё спокойно? Объект чист?
– Да, – произнёс сталкер, снимая маску. – Больше косметику наводили.
– Выходи во двор. Закончим скорее и сматываемся.
Лемур обречённо вздохнул и двинулся к выходу. В дверях стоял один из его напарников – бродяга по кличке Шелест.
– Тяжёлый день? – с участием спросил он.
– Не сложнее, чем все предыдущие на службе у государства.
– Это да, – кивнул напарник. – Иногда жалею, что ушёл из вольной жизни обычного старателя.
«Жалеет о прошлом, как же. Ты и Зоны-то ещё не видел, салага», – подумал Лемур с неуместной завистью. Он всё чаще задумывался о том, чтобы разорвать контракт с Институтом и бросить эту занудную и скучную работу легальным сталкером. Когда он устраивался в государственную контору, работающую с Зоной, ожидал интересных контрактов, регулярных рейдов по самым злачным местам Зоны. А на деле оказалась одна отчётность, постоянные рапорты, перепроверки и непрерывное наблюдение со всех сторон.
А уж сами задания – хуже не придумаешь. Либо самоубийственные исследования аномалий, либо, и того хуже, отлов мутировавших особей. Например, псов. С тех пор, как в Новосибирской Зоне произошла небольшая военная кампания, повлекшая за собой исчезновение абсолютно всех группировок, популяция тварей заметно увеличилась. Даже стали появляться новые виды мутантов.
Хотя Лемуру это было неинтересно. За весь период работы на Институт ему так и не довелось не то чтобы подержать в руках, но даже увидеть настоящий артефакт. Учёные и вовсе говорили, что за всю карьеру видели не более пары штук.