– Да ну тебя в задницу. Не хочешь, не надо, буду просто сидеть и ждать. Так даже лучше.
– Откроют, – с уверенностью сказал ментал, не отреагировав на последние слова Нельсона. – Уже главному доложили, лично открывать идёт.
И действительно, стоило мутанту в голове мародера умолкнуть, лязгнул засов и в дверь просунулась знакомая физиономия полковника, который сжимал в руке свой наградной Стечкин.
– Выжил всё-таки? – спросил он, разглядев в темноте лицо мародера.
Тому оставалось только кивнуть в ответ. А что ещё скажешь своему непосредственному начальнику, встречающему тебя такими словами?
– Ну, входи тогда, – только и смог добавить он, и двинулся куда-то в глубь перехода.
Нельсон, цепляясь за стену, медленно поднялся и вошёл в помещение, оказавшись под прицелом чуть ли не полутора десятков автоматов.
Судя по количеству вооруженного народа, полковник решил превратить «Домостроителей» в полицейское государство, увеличив количество охранников в несколько раз.
А может, просто хотел таким образом научить народ постоять за себя. В конце концов, в войне с Халифатом погибло слишком много людей. А потерю разведгруппы «Булат» вообще можно было вписывать в перечень невосполнимых для человечества потерь. Где ещё взять такую слаженно работающую и хорошо обученную команду?
– Да я это, я, хватит пялиться, – проговорил мародер и принялся стягивать с себя защитный костюм.
Он привык, что кто-нибудь из рядовых подбегал к нему, чтобы принять вещи и сдать их на дезактивацию, но сегодня почему-то желающих не было. Может быть, из-за того, что люди до сих пор не осознали, что это действительно мародер, и что он действительно жив.
– Я не воскрес, не зомби, и не мутант, – обратился Нель к толпе, игнорируя ехидный смешок ментала в своей голове. – Так что хватит таращиться. Да, ситуация необычная, но может быть кто-нибудь подойдёт и поможет мне?
С одного из охранников будто слетело оцепенение. Он подошел к мародеру и принялся собирать и складывать элементы защитного костюма в специальный полиэтиленовый мешок.
Избавившись от «химзы», Нель двинулся в сторону кабинета полковника, но остановился на полпути, увидев дверь в свою халупу. На ней были явственно видны следы взлома и более того, через щель между своркой и косяком из помещения на мародера смотрело любопытное женское личико.
И принадлежало оно отнюдь не той девушке, которую Нельсон хотел бы увидеть.
– А чего ты ожидал от них? – спросил голос в голове. – Тебя не было почти две недели, естественно, что они отдали удобное и просторное помещение тому, кому оно нужнее, чем покойнику.
– Почему дверь ломали? – прошептал Нель вслух.
– Потому что я не дал им ключей, – ответил Илья, выкативший откуда-то сбоку на своей коляске.
Выглядел инвалид ещё хуже, чем обычно: под слезящимися глазами у него появились круги, лицо опухло и заросло двухнедельной щетиной. И несло от него дикой смесью запахов: спирт, гвоздика и уксус.
Короче, явно пил Илья, причем пил запоем. И наверняка с самого исчезновения мародера.
– А если он вернется? – спросил инвалид.
– Не вернется, – ответил один из присланных к Илье делегатов. – Он умер. Так что гони ключи по-хорошему. Мы тебе его вещи отдадим.
– Почему отдавать? – спросила женщина. – Наследников у него нет, так что надо вещи между всеми разделить. Все ведь знают, что он самым богатым в переходе был. Вот и поделим по-честному.
– Не отдам я вам ключей, – помотал головой Илья. – Что хотите, делайте, но не отдам. Хоть с полковником приходите, хоть с генералом, ничего от меня не получите.
– Да нас сам полковник и послал, – ответил мужчина.
Илья понимал, что ему самому противно участвовать в этом. А вот женщина, наоборот, брызгала слюной и злобно шипела:
– Да он просто лишнюю жилплощадь захапать хочет, вот и все! И весь хлам Нельсона себе забрать! Там же сокровища, года три можно сытно есть на них, и ни о чем не думать.
Илья поморщился.
– Ну, ребята, – сказал он. – Давайте хотя бы еще неделю подождем. Может быть, Нельсон все-таки вернется?
– Да помер он! – ответила баба.