– Чего меня спасать-то? Я же не тону.
– Ты в воду упал!
– Не упал я в воду, а нырнул. Проверить кое-что хочу. – Самсонов отвечал в совершенно не свойственной ему, спокойной и уравновешенной манере. Но вот двое из приморского квартета, что сейчас находились на причале напротив, больше походили на привычного мичмана, нежели он сам.
– А почему сразу не предупредил?! – заорал Жаров.
– Ну, вот теперь я предупредил. – Сказав это, Самсонов оттолкнулся от багра. – Больше не тыкайте этой хреновиной в воду. Вы мне чуть ухо не оторвали.
Мичман скрылся под водой.
– Вот ведь сумасшедший старик, – вздохнул Никита.
Соглашаясь, Андрей кивнул, затем осмотрелся.
– Слушай, Халф, тут народ уже столпился и мается без дела. Пойду озадачу их. Поселок надо в порядок приводить.
– Хорошо.
Вишневский сидел на швартовой тумбе и задумчиво смотрел на стекло перископа, чувствуя на себе взгляд находящихся под водой людей. Наверное, они сейчас, глядя на него, думают, что никто на поверхности не знает, как их вытащить. Нельзя позволять отчаянию заполнить лодку. Надо что-то написать на доске и дать понять людям, что у них есть шанс на спасение, даже если сам Никита еще никак не может быть уверенным, есть ли он на самом деле или все тщетно.
Он поднялся, подошел к доске и задумался, что же именно написать. Вдруг, позади послышался всплеск. Вишневский обернулся и увидел над поверхностью воды голову Самсонова.
– Ты чего так долго? Я уж грешным делом подумал, что ты уже не всплывешь.
– Да ладно, – сплюнул мичман, – говно не тонет.
– Хорошо, что ты сам это сказал, – невесело усмехнулся Никита.
– Зараза, вода мутная после цунами.
– Ну, а ты чего ждал?
– Чего я ждал? Никита, подай багор уже, я не дотянусь.
Вишневский помог Самсонову выбраться на причал.
– Ну что там, Палыч? Что ты проверить хотел?
– Торпедный аппарат я проверил, у которого внешний люк снят. Внутренний люк тоже открыт, – ответил Самсонов.
– Ты что, в торпедный аппарат залез?! – воскликнул Вишневский.
– Ну, да, – мичман развел руками. – Как бы я узнал, что внутренний люк открыт?
– А если бы ты застрял там?!
– Я бы утонул, это же очевидно.
– Значит, если внутренний люк торпедного аппарата открыт, то первый отсек затоплен?
Самсонов кивнул:
– Как минимум первый отсек. Если они не успели задраить межотсечный люк, то могло затопить и второй.
– Так, ясно. – Никита теперь точно знал, что написать на доске.
«В лодке затоплен только 1-й отс.?»