– Я не верю, что Санька погиб. Они же могли заполнить балластные цистерны и просто лечь на дно…
– Уверен, что так они и сделали, – вздохнул Никита. – Но ты кое-что забыл. У одного из торпедных аппаратов снята крышка. И я не помню, закрыта ли внутренняя. Отсеки могло затопить через эту дыру.
– Они бы заметили это и задраили внутренний люк. Ну, или носовой отсек, – возразил Жаров.
– Андрей, их семь человек в огромной лодке, в которой нет реакторов, а значит, нет электричества, значит, нет и освещения. Пока бы они сообразили, пока бы добрались до отсека… Ты знаешь, с какой скоростью поступает вода через трубу калибром 650 миллиметров?
– Да что ты каркаешь?! А вдруг торпедный аппарат был закрыт изнутри?!
– Я очень надеюсь на это, Жар. Тем не менее это не отменяет других факторов.
– Каких?! – все больше злился Андрей.
– У лодки нет силовой установки. Там нечем нагнетать сжатый воздух для продувки балластных цистерн. А значит, они не могут всплыть.
– Черт… Захар!
– Да!
– Давай сюда всех спецов по подводным лодкам! Ребят надо доставать! Гони к школе, в Вилючинск! Здесь нужны все ветераны, кто разбирается в этом и был связан с лодками!
– Понял!
– Дельная мысль, только вот… – Никита поднялся и подошел к краю причала. – Какая здесь глубина? Ты не помнишь?
– Да черт его знает. Метров тридцать. Или сорок. У завода дно углублено было специально. Но до лодки меньше, а значит, и до ее люков.
– До люков, конечно, меньше, чем до дна. Предположим, мы нырнем туда и откроем люки. Внутрь польется вода. Сколько у нас времени, чтоб достать людей без водолазных костюмов живыми? На сколько они могут задержать дыхание? Как дать им понять, что надо задержать дыхание и прорываться в люки как можно быстрее?
– Черт, одни вопросы, – отчаянно тряхнул головой Жаров.
– Я сейчас, – произнес Вишневский и направился к месту стоянки тральщика. Вернулся он через пару минут и нес в руках длинный багор. Тот самый, которым совсем недавно мичман Самсонов выудил из воды странный военный китель. Никита опустил багор в воду и стал им водить.
– Чего ты делаешь? – спросил Андрей.
– Ищу лодку. Черт. Багор пятиметровый, а я ничего не нахожу.
Не обращая внимания на грязь, Вишневский лег на край причала и погрузил багор настолько, что едва держался за кончик рукоятки.
– Ее нет!
– Да быть такого не может! – Жаров отбежал в сторону и начал рыться в мусоре, которым после цунами была захламлена территория завода. Он быстро вернулся с крупным кирпичом в руках и швырнул его в воду. Через несколько секунд из глубины послышался едва различимый гулкий стук.
– Вот она!
– Значит, здесь глубже, – вздохнул Никита.
– Да не факт! Может, здесь корпус, а рубка левее или правее!
– Кстати, может, так и есть. Я сейчас попробую… – Вишневский вдруг резко замолчал.
– Никита, ты чего сказать-то хотел?
– Погоди… – предупредительно поднял ладонь Халф. – Ты слышишь?
– Что? Я не… – вдруг резко замолчал и Жаров.
Из-под воды доносилось ритмичное глухое постукивание.