– Верно. Потому что…
– Потому что Хранилища Огнеграда – самое надёжное место во всём Ардене, – снова перебил её Нэт, беря чайник и заливая сушёные листья кипятком. Комнату тут же наполнил запах новых альбомов для рисования и солнечного света. – В них сложно пробраться, но ещё сложнее из них потом выбраться. И в них полно опасных ловушек, которые защищают настоящие сокровища. Это превосходное место, чтобы спрятать что-то, о чём не должны знать другие.
– Прошу прощения, – Софи приподняла бровь. – Кто из нас рассказывает историю?!
– Извини, – сказал Нэт отнюдь не виновато, а беззаботно. Он разлил свежезаваренный чай по серебряным кубкам и раздал их по кругу. Клэр спрятала улыбку за кромкой своего кубка, принимая его из рук Нэта.
– Продолжай, Софи, – попросила она сестру. – Что случилось? Как вам удалось пробраться в сокровищницу, если её замки невозможно взломать?
Софи метнула взгляд в сторону Терния, который в этот самый момент пристально на неё смотрел. Он тут же отвернулся и потянулся к банке с грецкими орехами – и перевернул её на покрывало. Пока он собирал орехи, Софи многозначительно посмотрела на Клэр:
– У меня есть парочка приёмов.
Верно. Приёмов. Единорожьих приёмов. Одной из множества способностей единорогов было умение открывать двери – любые двери, включая, по всей видимости, те, что заперты самыми крепкими замками кователей.
– И вот мы зашли внутрь, – продолжила Софи, не обращая внимание на звяканье грецких орехов, с которым те оказывались на дне банки. – Но вместо единорога мы нашли лишь кучи сокровищ. Целые горы. И, о Клэр! – Глаза Софи светились, когда она театрально сложила ладони у сердца. – Жаль, ты этого не видела. Некоторые из тех комнат… они выглядели как иллюстрации из книжки про Али-Бабу и сорок разбойников! Или как подземный сказочный мир из «Двенадцати танцующих принцесс». Там были деревья с золотыми ветками и сапфировыми сливами. Из настоящего золота и настоящих сапфиров!
Софи всё перечисляла чудесные и фантастические предметы, которых в Хранилищах Огнеграда было несметное множество, и Клэр почувствовала, как на неё опускаются воспоминания. Это напомнило ей все те моменты, когда Софи кратко обрисовывала следующее Впечатление, которое их ждёт. Но те истории были высечены из воображения Софи, а то, что её сестра описывала сейчас – водопад из кипящего серебра, мантии, сотканные из платины, – было в действительности. Софи по-настоящему видела и делала то, про что она сейчас говорила; это не было просто фантазией.
– Да, да, – вставила Сена, когда Софи остановилась, чтобы вдохнуть. – Мы видели много всякого, но не единорога. – Юная ковательница сидела на табурете рядом со свечами и ещё более ярким светом маримо Нэта. Этот мшистый шарик принадлежал его матери, пока та не погибла при нападении призрака. В ярком свете Клэр видела, как рука Сены бесцельно скользит по рукояти Огненной крови, её пальцы в золотой перчатке оставались неподвижны. – И все эти сокровища, – продолжила Сена, – блестели, а значит, вот этот вот, – она кивнула на полку, где разместился Грифин. Медный зверь со счастливым видом лакал масло из блюдца, – просто не мог держать свой клюв при себе.
– Это было что-то, – произнёс Нэт. Его карие глаза на мгновение стали ещё темнее. – Грифин разозлил латные доспехи, и Сене пришлось сойтись с ним в дуэли за его хвост. Но она поскользнулась и случайно схватилась за перчатку, которая тут же заковала её руку. После чего она уже не могла прикасаться к тому, что ей не принадлежит, потому что тогда перчатка на её руке раскалялась докрасна – ну, знаешь, вроде как ловила её за руку. Но Сене всё-таки удалось спасти Грифина.
– Оно того не стоило, – пробормотала Сена, испепеляя взглядом полку, на которой сидела химера.
– Не слушайте её, – сказал Нэт, откусывая от печенья. – Она лю-ю-юбит Грифина.
– Нет, не люблю!
Нэт проглотил печенье:
– Как скажешь, – сказал он миролюбиво, но как только Сена опустила глаза обратно на свою руку, Нэт произнёс одними губами: – Ещё как любит.
Заметив, что она теряет внимание своих слушателей, Софи поспешила коротко закончить рассказ:
– Мы наделали шума, но, к счастью, Серп уже взялся за наши поиски, именно он нашёл нас в ловушке Зеркального зала. Он вытащил нас оттуда и привёл к себе, чтобы посмотреть, сможет ли один из его ключей открыть перчатку. Мы довольно быстро сообразили, что это, скорее всего, не сработает, и Серп сказал, что, если Сена хочет пользоваться ведущей снова, золото нужно соскрести. Он оставил нас здесь перебирать ключи, а сам пошёл выменять волшебный напильник, а затем… эм, – Софи пожала плечами. – Он вернулся с тобой. – Она похлопала Клэр по колену, после чего отпила из своего кубка.
– Ого, – выдохнула Клэр. У неё голова шла кругом от такого количества новой информации и ярких образов, на которые её вдохновил рассказ Софи. Как жаль, что у неё нет сейчас набора пастели, чтобы перенести их на бумагу, как она обычно делала дома. Все эти чудесные предметы! И среди них, возможно, даже зубец-молот.
Она как раз собиралась спросить Софи, Нэта и Сену, не видели ли они в сокровищнице что-нибудь похожее на остриё короны, когда заговорил Терний.
– Софи, не передашь мне сахар?
Но Софи, казалась, его не услышала, поэтому сахарницу Тернию передала Клэр. Он поблагодарил её, коротко кивнув. Обхватив ладонями серебряный кубок, над которым поднимался фиолетовый пар, Клэр не могла оторвать взгляд от полок, которых в тайной комнате было немало.
Раньше они были заставлены запрещёнными чудесными предметами и провисали под весом таких вещей, как волшебные удавки и зеркала, которые показывали в отражении самую большую слабость смотрящего. Теперь же на полках не было ничего, кроме пыли.
Даже если зубец – узел любви украли, здесь его не было.
– Всё распродано, – сказал Серп, отвечая на незаданный Клэр вопрос, проходя мимо неё к Сене.
– Все товары чёрного рынка распроданы? – повторила Клэр слова Серпа. Её это удивило и несколько встревожило. Их было так много!
– В последнее время напряжение между гильдиями растёт, – сказал Серп, усаживаясь рядом с Сеной. Он был гораздо больше своего табурета на трёх ножках, и тот заскрипел под его весом. Наклонившись вперёд, Серп вытащил большой напильник и жестом велел Сене дать ему руку. – В опасные времена, – продолжил Серп, аккуратно держа покрытые золотом пальцы Сены и начиная спиливать металл, – люди ищут опасные пути решения. Отчаянные пути – например, непроверенные превращения, наложенные сочетанием чудес из опасных материй вроде паутчьего шёлка.
Терний, который в этот момент делал тихий глоток сладкого чая, чуть не захлебнулся. Его уши, вернувшиеся к своему привычному размеру, порозовели, когда он вытирал рот рукавом:
– Сэр, как вы поняли, что мы не Бесцепные?