— Меньше выёбываться будешь, — как-то чересчур серьёзно хмыкнул Галкин.
— Ой, да иди нахуй просто.
Макс Галкин снова двинулся в её сторону, и Маша завизжала, сжимая руки в кулачки перед собой, и завопила:
— Всё, прости, прости, прости, прости, прости!
Но это не помешало Галкину обхватить её всю дёргающуюся от паники за руки и ноги и поднять в воздух, пока Маша продолжала кричать:
— Ну пусти! Я же сказала прости, прости, прости! Ну пусти, ну пожалуйста!
Да-а, прощай самооценка.
Аня, надеясь поддержать, крикнула:
— Маша, живи!
Остальные засмеялись над этой шуткой.
Галкин же понёс её, держа в руках, и так донёс до мусорки.
«НЕТ, НЕТ, ТОЛЬКО НЕ В МУСОРКУ».
— А-а-а-а!!! Кто-нибудь, помогите, а-а-а! Ну Максим, ну пожалуйста, Максимчик! — Запаниковала Машка.
Падать в мусорку никак не входило в её планы.
Очень повезло, что тут за неё всё-таки решила заступиться Аня:
— Ну Макс, ну серьёзно, хватит, это перебор уже.
Галкин, что удивительно, послушался её, и поставил Машку на землю, а та сразу отбежала от него к Ане, схватила и затрясла её за руку, и начала:
— Господи, Аня, спасибо, спасибо!
И непонятно, в шутку она это или всерьёз.
Аня лишь мило хихикнула.
Да уж, сделала вывод Рогова, всё-таки зря она в эту игру ввязалась.
ВСЁ-ТАКИ ЗРЯ ОНА СРАЗУ НЕ ОСТАНОВИЛАСЬ.
Зря она вообще всё это…
Ну вот всё это, короче.
Тут Яну стало скучно, и он предложил:
— Ребят, может, за пивом ещё пойдём?
— Золотые слова! — Выкрикнул ему Галкин, и они все начали постепенно уходить.
Маша всё ещё стояла, потому что хотела на этот раз уже не впереди, а где-нибудь в конце толпы идти.
Когда все почти вышли вперёд, к ней подошла Лена и с улыбкой спросила:
— Ну ты как? Живая?