После рассмеялись, втянули белую будто прозрачную кожу матовыми губами, и с чужих сверху донёсся ни то выдох, ни то первый стон. Опираясь левой рукой в постель, Дракон опустил правую и, проведя раскрытой ладонью по внутренней стороне бедра, надавил на половые губы. Марго шикнула, зажмурила глаза и попыталась приподняться, тогда Вадим переместил левую на плечо и придавил её к постели.
— Ш-ш-ш, — зашипел он, вскидывая брови, и надавил сильнее на большие половые.
— Я… — начала было Марго и получила следующее:
— Ш.
— Но…
— Ш.
Пальцы легли на клитор, и Марго капитулировала на резком выдохе. В рефлекторной попытке убрать чужую руку она упёрлась своей в его, открыла глаза и поняла, сколь ошибалась. Осознание вида, открывшегося снизу-вверх, оставил любые сомнения. Взгляд, пожирая, прошёлся по колючим волосам, рельефам тела, на котором контрастом расцветала ядовитая агрессивная татуировка, мазнул по руке, доставляющей ласку, и остановился на собственной.
Белая прозрачная кожа ладони.
И жёлто-смуглая.
«Ой, мама», — пробормотала Марго в мыслях, сглатывая, хотя никакой матери у неё никогда не было, и, забросив голову назад, застонала громче, когда пальцы надавили на клитор сильней, повели по кругу. Ногтями Марго вцепилась в чужую руку, услышала резкий выдох сверху, однако глаза открыть больше не решилась. Пальцы Дракона уделили внимание половым губам, продолжали оказывать его клитору, задавая постепенно темп, на который откликалось внутреннее — где-то из груди. Когда пара провела от клитора ниже, затем обратно и сжала его, Марго пискнула, подтянула ногу и упёрла её стопой в матрас.
Пальцы Дракон не убрал, наоборот, усилил давление, а вот левая рука ощутимо перебралась на шею так, чтобы надавить большим на подбородок. Марго постепенно привыкала к прикосновениям, начала расслабляться, и рука её соскользнула с его сначала на простынь, затем ею же она ухватилась за правую грудь.
Зажав сосок меж безымянным и средним, Марго попыталась войти в резонанс с другой лаской, устроилась удобнее, а услышав чужое дыхание, таки открыла глаза. Дракон спустился к ней. Марго перехватила его другой рукой за плечо, и оба вцепились друг в друга жадными поцелуями.
Она попыталась перехватить инициативу.
Не получилось.
Пришлось её отдать.
В нос ударили ощутимые запахи пота, подтвердившие реальность происходящего, и от этого начало кружить голову сильнее. Ласка внизу стала невыносимой. Марго не могла больше под неё подстраиваться, ощущая, как всё внутри начало стягиваться в тугой узел. Она ухватилась пальцами за плечи Дракона, отпрянула, однако настойчивое давление чужих на подбородок заставило вернуть голову обратно.
Дракон более мягче поцеловал её, подал пальцы во влагалище и надавил в стороны. Марго замерла, попыталась подтянуть ноги, не позволили. Кровь ударила в голову. Стало жарко, а в голове не осталось ни одной связной мысли, только междометья. Иногда матерные.
Пальцы растягивали, задавали темп, на который Марго качнулась и вскоре начала скулить. Дракон убрал руку с горла, упёр её в матрас, и Марго уже хотела податься в сторону, как во влагалище стало совсем тесно от ещё одного пальца, а чужие губы накрыли вновь её грудь поцелуями.
Вскинув руки назад, она ухватилась за изножье, прогнулась и застонала вновь громко. Вадим втягивал её левый сосок губами, большой палец внизу лёг на клитор, и мышцы Марго начали стягиваться в куда тугой узел. Уши начало закладывать, в голове появился шум, и когда, казалось бы, наступит что-то, похожее на оргазм, ласка закончилась.
Марго на выдохе ослабла, отцепляясь от изножья. Дракон перехватил её руки, потянул на себя и кинул на живот. Резковато. Марго упёрлась коленями, приподнялась на руках, однако рука, легшая на плечо, вдавила её обратно в матрас и продолжала удерживать так. Другая рука прошлась по внутренней стороне правого бедра обратно к половым губам, не задержалась так.
Дракон оправил положение её ног, затем его пальцы огладили левую ягодицу, скользнули на поясницу и ушли на левый бок. Ухватившись за него, он подтолкнул Марго к себе, отчего последняя ощутила себя марионеткой, не способной двинуться. Стало на мгновение мерзко — хотелось проявить инициативу, характер, но почти любая пресекалась и…
Сзади толкнулись.
Мысли осыпались.
Марго затихла.
Пальцами она ухватилась за простыни, сжала их в кулаки. Слишком глубоко, резко… и Дракон, подавшись назад, толкнулся ещё раз. Теперь точно глубоко. Марго, ухватившись зубами за простынь, прошипела тихое затяжное матерное, на что сверху засмеялись. Рука с плеча не ушла, когда как другая сильнее смяла бок.
И ещё толчок.
За ним ещё один.
Марго ткнула потный лоб в простыни, расцепила зубы и зажмурилась — чёрт-чёрт-чёрт. Дракон продолжал вдалбливаться, пока медленно, после начал увеличивать темп, и Марго осталось только скулить да стискивать несчастные простыни, слушая влажные хлопки и понимая задней мыслью и слушая себя, что это происходило на самом деле.
Иногда Вадим замирал на особо резких толчках и заменял на парочку микро, подавался назад и продолжал задавать весь темп. Воздуха из-за жары вскоре стало не хватать, потому Марго повернула голову на правую щёку, заметила на левой руке кольцо и замерла на краткое мгновение. Вид его будто обдал холодом, и ещё большим, когда взгляд слегка мутный скользнул на входную дверь в комнате.
Начало просыпаться рацио.