— Сливки?
— Совершенно верно, — удовлетворенно хмыкнул он. — А теперь не двигайся.
Дрожь пробежала по ее спине, когда первый всплеск ударил в горло, а затем мягкая струйка побежала между грудей и по животу. Пальцы Луки скользнули по ее ногам, раздвигая половые губы, чтобы обнажить клитор, как раз в тот момент, когда поток достиг вершины ее холмика.
Габриэль втянула воздух, когда прохладная жидкость потекла по ее клитору, нежное, настойчивое щекотание, достаточное, чтобы заставить ее киску болеть, но не достаточное, чтобы заставить ее освободиться.
— О Боже. Лука. — Ее внутренние мышцы напряглись, и она взбрыкнула попой под мягкой, безжалостной эротической струйкой, которая была не более чем дразнящей.
— Так чертовски возбуждающе. — Его голодный рот облизал сливочный след, посылая эротическую дрожь вдоль ее спины.
Она услышала мягкий стук коробки. Еще одна струя жидкости скользнула по ее коже, такая холодная, что у нее перехватило дыхание. — Что это?
— Ледяная вода.
Когда первый ожог воды коснулся ее клитора, она ахнула, изменение ощущения заставило ее подскочить к краю оргазма. — Не надо больше, Лука. Ты мне нужен. Сейчас...
Наконец, вода остановилась. Кровь устремилась вниз, чтобы согреть ее прохладную кожу, заставляя ее клитор пульсировать.
— Ты прекрасна, — прошептал он. — Mio angelo.
Она никогда не была так обнажена, так непристойно выставлена напоказ, полностью пребывая вне своей зоны комфорта, и все же он заставлял ее чувствовать себя обожаемой, восхитительной и любимой.
Его грубые руки обхватили ее груди, и он обвел большими пальцами ее соски, когда его руки сжали и ударили ее плоть. Габриэль выгнула спину, и он дразнил ее соски легкими движениями языка, сопровождаемыми глубокими толчками, которые она чувствовала глубоко внутри.
— Тебе понравился ужин?(Перевод группы https://vk.com/bambook_clubs )
— Да.
— Ты хочешь кончить, bella? — Он обхватил руками ее лицо и поцеловал, затаив дыхание.
— Да. О Боже. Да.
— Проси у меня то, что ты хочешь.
Ее тело дрожало, а влагалище было таким влажным и ноющим, что она даже не думала сопротивляться.
— Заставь меня кончить, Лука. Пожалуйста.
— Обещай, что скажешь мне в следующий раз, когда тебе будет грустно, одиноко, плохо, или у тебя будет плохой день на работе — я постараюсь снова заставить тебя улыбнуться. Если ты будешь голодна, я накормлю тебя. Если тебе будет грустно, я утешу тебя. Возможно, ты не всегда хочешь, чтобы я защищал твое тело, bella, но я всегда буду защищать твое сердце.
— Обещаю. — Он умел говорить так, что ей казалось, будто он обращается к самой ее душе.
Она услышала его сексуальный рокот удовольствия, а затем его рука нырнула между ее бедер, его ладонь мягко надавила на ее клитор.
Габриэль дернулась, бесстыдно прижавшись к нему бедрами. Зубы сомкнулись на ее соске, и он прикусил его, вонзив в нее два пальца и сильно надавив.
Твердое движение его руки, жжение от его зубов, хриплое дыхание, сильное скольжение его пальцев внутри нее слились во вспышку раскаленного добела жара. Охваченная эротическими ощущениями, она откинула голову назад и закричала, когда оргазм накрыл ее, зажигая огонь во всех частях ее тела.
— Черт. Ты такая горячая. — Лука положил руки ей на бедра и дернул вперед. Толстая головка его члена направилась в ее вход, и он погрузился в нее на всю длину.
Не имея возможности отстранится, она почувствовала, как потребность снова поднимается, когда его яростные толчки сотрясали ее тело. Он был таким толстым, таким твердым, заполняя ее до самых пределов, она быстро возбуждалась, и когда его пальцы глубоко впились в ее бедра, она снова кончила, и ее киска сжалась вокруг его твердого члена, когда его жар наполнил ее вместе с эротическим звуком его стона.
Он сдернул повязку и навалился на нее всем телом, его сердце бешено колотилось о ребра.
— Оно того стоит, — пробормотал он себе под нос.
Габриэль откинулась на прохладную стойку, обхватила его руками и потянула вниз. Нелегко было надеть повязку на глаза, потерять контроль над собой после стольких лет борьбы за стены, которые сдерживали ее отчаяние. Она не доверяла себе, чтобы открыться и отпустить из страха снова потерять себя в темноте. Но ведь она никогда не встречала человека, которому доверяла подхватить себя, когда она упадет. Она чувствовала себя необычайно свободной, полной сил.