Отдаленный громкий хлопок ворвался в сознание, заставив резко открыть глаза. С губ сорвался шумный вздох, а взгляд вперился в темно-серое полотно мягкой подушки, которую я, разметавшись во сне, оттолкнула к самому краю постели. За окном тяжелым полотном нависали серые тучи, мелкие дождевые капли скатывались по холодному стеклу и, в целом, мне очень хотелось поглубже зарыться в теплое покрывало, перевернуться на другую сторону и продолжить просмотр прерванного красочного сна.
К сожалению, сознание, словно издеваясь, любезно подбросило мне воспоминания вчерашней ночи, с губ сорвался приглушенный одеялом стон, и я рывком села в кровати, чувствуя как падают на плечи спутанные после сна волосы. Рот раздирала зевота, веки невольно тянулись друг к другу под воздействием дневного света, а проведя тыльной стороной ладони по губам, я почувствовала, как стирается влага вытекшей из уголка губ слюны. В голове царил полнейший раздор, мне не хотелось делать совершенно ничего, и куда больше я сейчас напоминала себе сонного, выброшенного на холод щенка, не понимающего, что происходит.
Где-то внизу что-то вновь грохнуло, послышался тихий скрип, и я изо всех сил прислушалась к тому, что происходит. Чувствительный слух уловил едва слышные шаги и негромкое бормотание, а еще — ритмичный стук чужого сердца.
Волчица, лениво приоткрывшая один глаз, тихим ворчанием подсказала, что внизу находится никто иной, как Дерек Хейл, и что он чем-то неуловимо взволнован. Мужчина то подходил к окну, беззвучно бормоча себе что-то под нос, то возвращался к дивану, нервно переминая пальцы. С губ срывалось нервное, хриплое дыхание, а пятерня то и дело ерошила темные волосы.
На этом неожиданное просветление оборвалось, волчица в груди вновь уснула, прикрыв глаза, а я поспешно тряхнула головой, приходя в себя. Рука нервно сжалась на пододеяльнике, а в груди вспыхнула тревога наравне с недоумением. И что это сейчас такое было? Какого черта я чувствовала Дерека, будто часть самой себя? Подобное открытие внушало недоверие, эмоции бурлили в крови, но предательница-волчица, ставшая причиной моих утренних терзаний, преспокойно спала, обернувшись пушистым хвостом.
Наверное, это все было лишь бредом сонного сознания, не более.
Гораздо приятнее считать так, нежели думать, что я сошла с ума.
Шумно вздохнув и с силой хлопнув себя по щекам, чтобы привести в чувство, я решительно спрыгнула с кровати, подойдя к сумке, валяющейся на ковре. Расстегнула молнию, вытащив первую попавшуюся футболку, переодела широкие пижамные штаны на джинсы, звякнувшие тяжелой пряжкой, а после невольно повела плечами, чувствуя, как утренняя прохлада пробегает по голой коже. Кажется, идея надеть вчера майку вместо теплой кофты была не слишком удачной, и я даже не подозревала, что ночью будет так холодно. Теплое покрывало не давало замерзнуть полностью, а исполненные красок и эмоций сны заставляли кровь бурлить в венах.
Ехидно скалящееся сознание учтиво подсказало, что резко возросшее либидо и неожиданный скачок захвативших тело чувств до добра не доведут.
На то, чтобы привести себя в порядок, мне понадобилось всего несколько минут. Возле спальни, в которой я провела ночь, была расположена небольшая ванная комната, где я смогла умыться, а большое зеркало напротив равнодушно отобразило бледную физиономию, обрамленную всколоченными светлыми волосами, которые не удалось пригладить даже с помощью расчески. Собрав пряди в неряшливый хвост, и скорчив самой себе рожицу, я вышла из ванной с твердой намеренностью забрать свою сумку и как можно быстрее свалить из лофта.
Ни встречаться, ни, тем более, разговаривать с Дереком совершенно не хотелось, от единственной мысли о том, что придется с ним столкнуться, щеки исправно горели огнем, а былая уверенность уступала место искренней растерянности, которая мне жутко не нравилась. Оставалось лишь надеяться на то, что мужчина, и так встревоженный чем-то, не обратит на мое странное поведение внимания.
Если вообще, конечно, захочет меня видеть после того, что произошло.
Стоило мне только ступить на первую ступеньку, неуверенно переминаясь с ноги на ногу и пытаясь заставить себя сделать еще шаг, как где-то на первом этаже послышался сначала громкий стук, потом неприятный скрежет, а после в сознание ворвался привычно оглушительный голос Стайлза, который, как всегда, захлебывался речью, выкрикивая слова со скоростью света:
— Дерек, я потерял Тетти! Она должна была позвонить мне сегодня утром, но не позвонила. Я сам пытался связаться с ней, но у нее телефон выключен. Сам понимаешь, вчера было полнолуние, а у нее проблемы с контролем, вдруг что-то случилось!
— Стилински… — тяжело вздохнул Хейл в ответ, наверняка оглушенный звуковой волной, а я, облегченно вздохнув, бросилась вниз по лестнице, мысленно благодаря друга за его излишнюю деятельность.
Стайлз, ты даже не представляешь, как же ты вовремя!
— Я здесь! — громко воскликнула я, спустившись на первый этаж и натянув на лицо радостную улыбку. Оглянувшийся при моем появлении альфа чуть нахмурился, засверлив меня пронзительным взглядом, от которого по всему телу пробежалась дрожь, однако я поспешила обратить все свое внимание на растерянного Стайлза, который при моем появлении удивленно вскинул брови. — Рада тебя видеть, Стилински.
— Тетти? — в голосе парня скользнуло недоверие, будто он все еще сомневался, что это действительно я. Перевел взгляд с меня на Дерека, а после по-птичьи склонил голову набок, осмысливая всю ситуацию. — Ты чего тут делаешь?
— Дерек решил, что альфа в любом случае сможет успокоить свихнувшуюся от полнолуния бету, — я легко отмахнулась, искренне радуясь тому, что немного наивный и доверчивый подросток не зацикливается на деталях. Объяснять другу весь спектр наших с Дереком непростых отношений, если это вообще можно назвать отношениями, совершенно не хотелось, по крайней мере, до того, как я сама не осмыслю все то, что вчера произошло.
При воспоминании о горячем, сводящем с ума поцелуе внутри вновь зародилась горячая волна, и я очень понадеялась, что внимательно следящий за каждым моим движением Хейл не заметил вскользь брошенного на него быстрого взгляда.
— Я хотел перестраховаться, чтобы ничего не случилось, — мужчина лишь кивнул, подтверждая мои слова, а мне пришлось приложить максимум усилий для того, чтобы ехидный смешок, так и рвущийся наружу, не сорвался с губ. Впрочем, судя по тому, как брюнет чуть сузил глаза, о чем-то подобном он догадался.
Все еще чувствуя себя ужасно неуютно под его взглядом, я попыталась как можно незаметнее скрыться за плечом Стайлза, который, обдумав все услышанное, лишь легко кивнул, соглашаясь с нашими доводами.
— Возможно, это и к лучшему, — пробормотал он, после чего хлопнул меня по плечу, задорно подмигнув. — Наверное, это даже хорошо, что мне не пришлось приковывать тебя наручниками к батарее, а то, знаешь ли, был уже опыт…
От двусмысленности фразы из груди все-таки вырвался короткий смешок, выражение и так каменного лица Дерека стало абсолютно нечитаемым, а проснувшаяся волчица недвусмысленно подсказала, что стоящий рядом оборотень почему-то злится. Испытывать предел терпения мужчины совершенно не хотелось, от загустевшей атмосферы в помещении стало трудно дышать, и я, схватив Стайлза за руку, дабы привлечь к себе его внимание, потащила парня ко все еще распахнутой металлической двери.
— Пойдем, не будем больше мешать Дереку, у него и без нас дел по горло, — главное было говорить быстро и уверенно, чтобы никто не успел сориентироваться. — Заодно и подкинешь меня на работу по дороге в школу, Дитон просил приехать, у него на сегодня назначена операция, ему нужно будет помочь.
— Но я хотел… — попытался возразить подросток, однако я была слишком взбудоражена, чтобы обращать на это внимание.
— Потом, все потом, — мне удалось, все-таки, вытолкать Стилински за дверь, после чего я на мгновение замерла на пороге. Сделала над собой титаническое усилие, оглянувшись на Дерека, и даже не вздрогнула, перехватив его прямой взгляд. — Спасибо тебе за помощь. Это было очень… мило с твоей стороны.
— Всегда пожалуйста, — процедил сквозь зубы альфа. Неожиданно проснувшаяся проницательность не подвела, Хейл действительно злился, и что-то мне подсказывало, что причиной подобного состояния была именно я.
А еще — длинный язык Стилински.
Коротко кивнув на прощание, я отвернулась от альфы, желая поскорее оказаться на улице, подальше от Хейла, его чертового запаха и тяжелого взгляда, под которым тело мне просто не принадлежало. Собственная волчица предательски насмешливо скалилась в груди, заставляя злиться, Стилински непозволительно долго возился с заклинившим механизмом лифта, и мне захотелось буквально заскулить испуганным щенком, когда из-за спины неожиданно близко раздался хриплый мужской голос: