В три часа ночи отец вскарабкался на стремянку. Полы его домашнего халата развевались на соленом ветру. Отверткой и тисками отец выдирал герметик и проволочную сетку с таким бешенством, что едва не рухнул вниз. А к тому времени, как закончил, писк прекратился. Отец сунул руку глубоко в дыру, в небольшую полость, о существовании которой и не подозревал. Все найденное там он с величайшим благоговением рассовал по карманам халата.
В кухне, с побелевшим от потрясения лицом, он разложил на столе свои находки: птичку-маму и двух птенцов. У мамы было сломано крыло. Малыши были крохотными, серо-голубыми и все еще липкими от клейкой жидкости из яичной скорлупы. Все трое не подавали признаков жизни.
«Я не знал, – только и смог сказать отец Макса. – Если бы знал, то никогда бы… Меня занесло».
Макс подумал об этом сейчас, связывая тот случай с тем, как они поступили со скаут-мастером Тимом.
Они просто увлеклись, вот и все. Такое случалось и со взрослыми. Когда ты зол, разочарован и напуган, увлечься очень легко.
– Я никогда раньше не видел мертвых людей, – сказал Ньютон. – У меня хомяк умер. Йода. Выбрался из клетки, застрял в раздвижной двери шкафа и сломал себе шею. Всего лишь хомячок, но он был моим другом и умер у меня на руках. Шея у него как-то странно висела. Я не мог перестать плакать. – Ньютон потер запястьем глаза и глубоко вздохнул. – Мы похоронили его в коробке из-под обуви на заднем дворе. Я сделал крест из палочек от эскимо. Немного тупо. Чёрт. Не говори другим парням, ладно? Они снова начнут надо мной насмехаться.
Отец Макса тоже похоронил птиц в коробке из-под обуви, выложив ее роскошным бархатом для гробов.
– Это не тупо, Ньют. По-моему, ты все правильно сделал.
– Да? – Ньют улыбнулся, но затем его лицо постепенно помрачнело. – Как думаешь, может, выпустить скаут-мастера?
– Только Кент знает код замка.
Мальчишки, прищурившись, смотрели на крохотные огоньки родного острова. Их оказалось больше, чем обычно. Маленькие пятнышки света сновали взад и вперед, словно фосфоресцирующие муравьи, выползающие из неонового муравейника. Макса охватило чувство покоя. Даже скорее дзеновского терпения, словно тело собирало оставшиеся силы, будто заранее зная, что в ближайшее время ему понадобится каждая их унция. Макс мельком подумал, что именно так ощущают себя люди на войне. И еще более мимолетно он подумал о своих родителях. Они, наверное, спали и не имели ни малейшего представления о том, что происходит.
– Ты правда думаешь, что лодка придет?
– Заткнись, Ньют. Пожалуйста.
Часть вторая
Заражение
Главные новости от CNN.com, 22 октября:
ОСТРОВ ФАЛЬСТАФ ИЗОЛИРОВАН ИЗ-ЗА БИОЛОГИЧЕСКОГО ИНЦИДЕНТА, ПЕРВОПРИЧИНА КОТОРОГО НЕИЗВЕСТНА
По состоянию на 7:15 утра на крошечном (18 квадратных километров) острове Фальстаф, расположенном в 3 милях от северного побережья Острова Принца Эдуарда, официально объявлен карантин.
В меморандуме, выпущенном офисом военного атташе, поводом был назван «биологический инцидент, первопричина которого неизвестна». Это может означать и вспышку инфекционного заболевания, и заражение грибками или паразитами, и загрязнение воды или воздуха, которое представляет значительный риск для людей и популяции животных.
Военные продолжают скапливаться в небольшом городке Норд-Пойнт. Источники сообщают, что армейские власти работают совместно с Агентством здравоохранения, в частности с Центром по борьбе с инфекционными заболеваниями.
До сих пор не поступило никакой информации ни о конкретной причине карантина, ни о характере биологической угрозы.
По данным военных, в настоящее время остров необитаем.
17
ОНИ ЗАПЕРЛИ ЕГО в шкафу. Своего скаут-мастера. Единственного в городе врача. Невероятно, но это так. Они объединились. Кент и Эфраим. И Шелли, с его глазами-шарикоподшипниками. Даже Ньютон и Макс подключились.
«Ты заслужил это, Тим, – отчитывал его HAL 9000.– Сознательно или нет, но ты подверг мальчиков опасности. А ты же был за них в ответе. Вспомни Кодекс скаута».
«В чем же моя вина?» – спросил себя Тим. В том, что он впустил заболевшего незнакомца? Может быть, он нарочно позволил событиям развиваться по гибельному пути? Нет, нет. Им двигали добрые побуждения. Он поступил как любой неравнодушный человек. В столь отчаянных обстоятельствах он так старался сделать правильный выбор – откуда ему было знать, что все обернется ужасной ошибкой?
И вот чем кончилось: Тим заперт в шкафу наедине со своими мыслями. И своим голодом. И тошнотворно сладким запахом своего тела.
Он смирился с тем фактом, что его навсегда запомнят как скаут-мастера, против которого взбунтовались собственные скауты. Джефф Здоровяк Дженкс просто живот надорвет.
Тим сидел, прислонившись спиной к стенке шкафа и плотно прижав колени к груди. Он проверил каждый стык, отыскивая слабое место. Не повезло. Его окружала хорошо сбитая крепкая древесина.
Под дверь просачивалась тонкая полоска солнечного света. Тим провел пальцами по ее тающему краю. Колоссальное утешение. Связь с миром за пределами шкафа. С безопасностью Большой земли. С холодным погребом и заставленными припасами полками. Со стеклянным контейнером с депрессорами языка в смотровой.
Тим дышал тяжело и сосредоточенно. Он мог бы расплести проволочную вешалку, просунуть ее под дверь и… И что? Ткнуть кого-нибудь в лодыжку? Чтобы кто-то из мальчиков споткнулся? К чему суетиться? Возможно, он заслужил заточение.