– Марлю.
Тим промокнул кровь, выступившую из полудюймового разреза на теле мужчины, затем рассеянно вытер пот со лба. Дыхание незнакомца не изменилось. Тим не удивился. Чтобы свалить с ног этого пациента, хватило бы и детского аспирина. Возможно, мужчина уже впал в голодную кому.
«Тимоти Огден Риггс, ты уверен, что принимаешь верное решение? Думаю, тебе следует остановиться», – взял слово HAL 9000.
Новый, возражающий голос – нашептывающий, как теперь думал о нем Тим, – нарастал: «Разве ты смог бы остановиться, даже если бы захотел? Разве ты не желаешь познания, Тим? Тебе ведь НУЖНО это знание?»
Лезвие рассекло тугие сухожилия, обнажив молочно-бледную слизистую оболочку желудка с голубыми прожилками вен. Тим припомнил детские поездки в дом своей бабушки-шотландки и вареные овечьи желудки, которые та раскладывала на кухонном столе. Им предстояло превратиться в хаггис[12], а пока они выглядели сдувшимися воздушными шариками со дня рождения.
«Боже… Боже мой…»
Сейчас Тиму хотелось оказаться в больнице, в стерильной операционной, где услужливыми пчелками жужжали медсестры и санитары. Но больше всего он желал, чтобы в руке его не было скальпеля.
«Так не должно быть, – тихо произнес HAL 9000.– Просто опусти инструмент. Возьми Макса за руку… Хотя тебе не стоит прикасаться к нему, на всякий случай. Зашейте этого бедолагу и покиньте хижину. Оба. Просто уйдите».
А нашептывающий голос издевался и не давал покоя: «Ты гребаный трус. Отрасти себе яйца, чувак! Семь бед – один ответ! Ты уже увяз во всем этом, сынок!»
Тим провел скальпелем по слизистой оболочке желудка. По краям разреза выступили серые сгустки сукровицы. Затем… Белых тканей стало только больше. Еще один слой жесткой белой плоти.
– …Марлю, – осторожно попросил Тим.
Макс вложил ему в руку квадратную салфетку. Тим смахнул теплую сукровицу. Ужасный запах напоминал вонь прогорклого жира. Бессмыслица. Он ведь разрезал живот, так? И рассчитывал обнаружить не темный склеп, а полость, выход желудочного газа… Что-нибудь.
Казалось, он просто разрезал вторичный слой слизистой оболочки желудка, а такого просто не могло быть. У этого человека желудок как матрешка – один внутри другого?
«Что-то не то здесь творится, Тим. – Голос HAL стал невнятным и слабым. – Что-то ужасное и тревожное…»
Тим почувствовал, как в его сердце проникает такой страх, какого он не испытывал с тех пор, как служил врачом в Афганистане. Но пусть даже большую часть проведенного там времени он и был напуган, этот страх можно было хотя бы объяснить. Он боялся, что с выцветшего неба пустыни со свистом упадет бомба и пробьет холщовую крышу госпиталя или что какой-нибудь смертник прорвется внутрь полевого лагеря и рванет на себе чеку.
А сейчас страх Тима был по-детски смутным. Для него не было никаких объективных причин. Незнакомец просто болен – вот и все. Нет у него множественных желудков. Всему должно быть рациональное объяснение. Тут, конечно, серьезная закупорка… Но нет ни малейшего повода таращиться на это рифленое и белое внутри еще более бледной слизистой оболочки желудка и зацикливаться на том, что…
…Боже, до чего ж он голодный.
Зачем было отдавать мальчишкам столько еды? С ними и так все будет в порядке, а потом приплывет лодка. А ему еда нужна. Он заплатил за нее, упаковал. Она по праву принадлежит ему.
Тим уставился на своего пациента. Губы мужчины были настолько тонкими, что кривились в постоянной ухмылке. Казалось, незнакомец смеялся над Тимом. Издевался над его голодом.
«Эй, приятель, – заговорил нашептывающий голос, – что бы ты сделал ради эскимо в шоколаде?»
– Заткнись, – прохрипел Тим.
«Ого! Не нужно раздражаться. – Голос стал мерзким и ядовитым. – Ты заслужил передышку, приятель. Две мясных котлеты гриль, специальный соус, сыр, огурцы, салат и лук – всё на булочке с кунжутом, только так и это…»
– Скаут-мастер Тим…
Тим не мог отвести взгляд от лица мужчины. Тот лежал и улыбался, словно вурдалак.
– Тим? Тим! Тим!
Он оцепенело повернулся к Максу. Глаза мальчика вылезли из орбит, а лицо превратилось в бледную маску. Ноздри раздувались, будто у быка, готового броситься на красный плащ тореадора.
– Что?..
И тут Тим почувствовал, как что-то коснулось его руки. И посмотрел вниз.
И увидел это.
И закричал.
[12] Шотландское блюдо, бараний рубец, начиненный потрохами со специями.