Водоворот судьбы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Подайте нам чаю.

Личный ординарец прошел в вагон-столовую, быстро возвратился и поставил на стол шипящий самовар с изысканным печеньем. Напившись чаю, генерал стал собираться в дорогу. Иванов надел утепленную шинель. Расставаясь, император и генерал крепко пожали руки друг другу.

– Только постарайтесь, все решить без единой капли крови, – тихо, но твердо попросил император.

Генерал Иванов, вскинув пышную окладистую бороду, бросил руки по швам.

– Все будет сделано, как вы мне указали, ваше величество!

Ники притушил папиросу и с печальной тревогой в голосе напоследок добавил:

– Поторопитесь генерал, там находятся моя жена и дети.

При упоминании о семье у императора до боли сжалось сердце. Находившиеся в заложниках жена и дети не сходили с его ума. Горячая любовь к семье довлела над ним. Пытаясь избавиться от тягостных дум, Ники печально улыбнулся одними глазами.

– Не беспокойтесь, ваше величество, я обеспечу их безопасность! – пламенно заверил его генерал.

– Поезжайте генерал, надеюсь, что мы увидимся, – сказал Ники, почувствовав в сердце ноющий холодок.

Государь беспомощным движением потрогал усы и отвернулся, чтобы скрыть от генерал-адъютанта мучившую его тревогу. Иванов, стукнув пятками, козырнул Романову и удалился, явно почувствовав спиной долгий взгляд императора.

В пять часов утра от дебаркадера отошел первый императорский поезд с охраной, придворными, прислугой, канцелярией и железнодорожным батальоном, а через час отправился второй поезд с золотыми орлами на вагонах, унося с собой императора, свиту и личный конвой. Какое-то предчувствие гнало императора в Царское Село.

Царские поезда, разрезая паровозами темную ночь, помчались в сторону Петрограда. Попытка заговорщиков удержать императора в Ставке не увенчалась успехом. Бледный Алексеев, нервничая и кусая кривившиеся губы не находил себе места в штабе. Генерал-адъютант страшился, а вдруг переворот не задастся, что тогда будет? Мысли в его голове метались вспугнутой стайкой птиц. У Алексеева испортилось настроение. В мутных глазах генерала затрепыхались недобрые огоньки, его лицо сделалось старым и злым. Но скоро к нему вернулась полная уверенность.

– Ты уже ничего не сможешь сделать, – с холодной маской на лице пробормотал он.

Первая тревожная остановка императорских поездов случилась на станции Бологое. Офицер железнодорожного батальона сообщил дворцовому коменданту Воейкову, что дальше двигаться становится опасно. Взволнованный генерал-майор немедленно явился к императору, чтобы доложить, что впереди станции заняты революционными отрядами.

– Продолжайте двигаться дальше, – мрачно насупившись, ответил Романов.

Поезда прошли выходную стрелку, светофор и быстро набрали ход. Колеса бешено завертелись. В это же время в столице, испугавшись известия, что Романов и Иванов выехали в Царское Село, прилагали все усилия, чтобы не дать возможности императору и генералу добраться до цели.  Комиссар Министерства путей сообщения Александр Александрович Бубликов приказал начальникам железнодорожных станций сообщать обо всех передвижениях воинских эшелонов и императорских поездов и не пропускать без его разрешения в Петроград. За всеми их передвижениями пристально следил инженер Министерства путей сообщения Ломоносов. Он принял все меры, чтобы остановить эти поезда на дальних станциях, и чтобы Ники и Иванов не сумели добраться до Царского Села.

Утром на станции Малая Вишера комендант Воейков спешно разбудил Романова.

– Что случилось, Владимир Николаевич? – дрогнувшим голосом спросил император.

– Ваше императорское величество, мне только что вручили телеграмму. Заговорщики из столицы требуют не пропускать императорские поезда! – воскликнул генерал-майор Воейков, протянув государю бумагу.

Встав с постели, Романов стараясь не показать своего недовольства, накинул на крепкое мускулистое тело теплый халат и, прочитав телеграмму, сонно промолвил:

– Владимир Николаевич, направляйте поезда в Псков, мы поедем к Рузскому.

Император, размахивая полами халата, зашагал взад-вперед, потом разделся, лег в постель, но ни сон, ни дрема его не брали, сказывалась скопившаяся усталость и расшалившиеся нервы. Однако через час он прикрыл смятые веки, и в его тревожных мыслях возникла свадьба с Аликс, которая состоялась в ноябре одна тысяча восемьсот девяносто четвертого года и против которой вначале выступали его родители. Но, почувствовав непоколебимое желание сына жениться только на Аликс, они вынуждены были смириться с его выбором, правда за это Ники пришлось дать обещание, что он взвалит на свои плечи тяжелые обязанности императора.

Их свадьба состоялась в Аничковом дворце, где жил его дед Александр III в день рождения его матери Марии Федоровны и всего лишь через неделю после смерти его любимого отца Александр II. Венчание прошло в Большой церкви Зимнего дворца. В тот памятный день Николай надел гусарскую форму, Александра серебряное платье с бриллиантовым ожерельем, поверх которого была накинута подбитая горностаем золотая мантия с длинным шлейфом.

В этот знаменательный день народу вывалило на улицы уйма. Праздничные кареты с трудом проезжали сквозь огромную толпу. После состоявшегося бракосочетания митрополит Санкт-Петербургский Палладий вместе с членами Святейшего Синода отслужил благодарственный молебен. Свадьба прошла скромно, без излишних торжеств и свадебного путешествия. После состоявшегося обручения молодожены несколько дней прожили в Александровском дворце.

Любовь Ники и Аликс была глубокой и бескорыстной, что в то время было большой редкостью для императорских семей. Они стали едва ли не единственными, кто женился по любви. Все знали, что Ники и Аликс всегда чувствовали себя счастливыми людьми. Даже время не смогло повлиять на их чувства.

Между тем синие императорские поезда, загрузившись углем и водой, без оповещения своего местонахождения двинулись в сторону Бологого. Первого марта царские поезда с золотыми орлами, тревожно стуча колесами на стыках рельс, прибыли на станцию Дно, где накануне проследовал воинский эшелон генерала Иванова. Перед тем как покинуть эту станцию старый генерал арестовал революционных солдат, прибывших из Петрограда, изъяв у них оружие и личные вещи офицеров. При аресте Иванов густо бранился, угрожающе тряс широкой бородой, а затем, поставив солдат на колени, потребовал, чтобы они просили у него прощения. Получив извинения, генерал загрузил солдат в свой поезд и отправился дальше.

На этой же станции Романову вручили телеграмму Родзянко с просьбой об аудиенции. Государь дал на это свое принципиальное согласие, но Родзянко, оставшись без поезда по вине Исполкома рабочих и солдатских депутатов, не смог прибыть к императору. Его уведомили – государь будет его ждать в Пскове.

Вслед за этой вестью Ники получил известие, что ночью Царскосельский гарнизон перешел на сторону восставших.

– Только бы моя семья не пострадала, – отчаянно прошептал Ники, печально склонив голову.