Спустя двадцать минут.
– Во-о-т, значит. А в воскресенье вечером зрители всей республики увидят ваши, так сказать, светлые лики на экранах своих телевизоров. А некоторые, я уверена, посмотрят передачу в Интернете, когда до них дойдут слухи о том, что передача стоит того, чтобы её смотреть, – медленно говорила-рассуждала Даша.
Мы сидели в её кабинете и ждали звонка. Зазвенел стационарный телефон на столе Даши. Она сняла трубку.
– Всё. Всё. Идём, – сказала Даша в трубку, затем положила её.
Мы зашевелились.
– Всё. Всё. Идём. Студия освободилась, – сказала Даша нам и поднялась с кресла.
*****
Половина восьмого вечера этого же дня.
Начав в половине первого, мы закончили только полчаса назад. Это были долгие шесть с половиной часов. Как я и боялся, мы не смогли расслабиться, и мысли не шли. Декорации студии были почти один в один скопированы с нашей гостиной в Вертолётострое, но, для усиления эффекта, журнальный стол был заменён на две трёхногие табуретки. Надо сказать, что Даша, контролировавшая весь процесс, к выбору декораций, а также наших сценических костюмов, подошла с большим вкусом. Лично мне совершенно не в чем было её упрекнуть. Однако дело не шло. Мы с Глебом постоянно отвлекались на три, направленных на нас камеры, а также на людей за кадром. Естественно, мы не смотрели на них, но их присутствие нам мешало. Через два часа мямлянья, Даша хлопнула в ладоши, велев прервать съёмку.
– Так, господа хорошие, – садясь рядом с нами на диван и положив руку на коленку Стальского, сказала она. – Давайте-ка снимем рекламу.
Ассистент притащил бутылку «Метели» и два гранёных стакана, и в течение следующего часа были сняты несколько рекламных роликов с товаром-спонсором.
– Продолжим, – махнула Даша режиссёру.
Ассистент попытался унести «Метель».
– Стойте-стойте, – поднялся с дивана Глеб. – Может попробуем нажраться?
– Здесь вода, – предупредила Даша.
– Да знаю, я ж понюхал, когда наливали, – ответил Глеб. – А настоящая есть?
Даша задумалась, затем сделала шаг в темноту, затем снова появилась в поле нашего зрения.
– Есть, – ответила она. – Только не «Метель».
– Вот и хорошо, – шепнул я Стальскому, предчувствуя веселье.
– Перельём в бутылку из-под «Метели», – махнул Глеб.
Даша ушла за водкой. А когда она вернулась, всё стало «красиво».
Тем не менее, чтобы впоследствии нарезать всего час эфирного времени считая рекламу, мы отсняли пять с половиной часов, в течение которых нам показывали новости, мы листали газетами, а вся редакция подкидывала нам темы для обсуждения. Это было тяжело. Все утомились. А мы с Глебом ещё и напились, причём без закуски.
Итак, половина восьмого вечера этого же дня. Марта выезжает с парковки «Кефира» и везёт нас в «Фанерный Пейзаж», где нам предстоит разбор полётов, с Сицилией Владимировной в роли председателя заседания.
*****
В самом начале совещания наш куратор подняла вопрос электронных средств коммуникации. Когда Стальские высказались по этому вопросу, Владимировна перевела взгляд на меня:
– У тебя? Есть аккаунты где-нибудь?
Меня повеселило слово «аккаунт». Я ответил:
– ВКонтакте есть. Только я пароль забыл. Полтора года прошло…
– Хорошо, – заключила Сицилия. – Тогда страница Глеба в Твиттере будет официальным электронным ресурсом «La Critic’и» и «Дивана» и всего остального, чем вы занимаетесь.
Марте явно не терпелось что-то сказать. Все перевели взгляды на неё.