La Critica (первая книга казанской трилогии): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Братец, дорогой! – одновременно со мной запричитала Марта.

Глебушка – он же братец дорогой – зашмыгал заложенным носом. Медсестра, которая нас сопроводила, интимно погладила здоровую руку Глеба и сказала: «Он сильный. Скоро поправится. Два-три дня в больнице, потом недельку полежит дома, а потом ещё два месяцочка в гипсе и снова будет как новый». Обращалась она как будто не к нам с Мартой, а только к Глебу. «Вот и та самая медсестра», – подумал я. Потом она вышла, в самом дверном проёме сделав Стальскому ручкой. Этот кобель и в морге успеет кого-нибудь шмякнуть.

– Мудило сраный! – тут же разозлился я, как только стало очевидно, что Глеб не при смерти.

– Ненавижу тебя! Когда ты успел купить мотоцикл?! – просипела Стальская.

– Вчера утром, – грустно сказал Глеб.

– Рыцарь дорог х..в! – Марта засучила кулаком перед печальным взором своего брата.

– Утром купил мотоцикл, а днём тебя привезли сюда, – не в силах скрыть улыбку, проговорил я. – ДолбоВудиВудпекер.

– Всё, заткнитесь, – уставшим голосом проговорил Глеб.

– Зачем ты выехал на встречку? – с искренним изумлением спросил я.

Взгляд Стальской тоже вопрошал об этом.

– Я ехал-ехал, – начал объяснять Глеб, – и вдруг увидел двух парней в юбках. Решил, что это Шотландия и стал ехать по левой стороне дороги.

Мы немного посмеялись над шуткой Глеба, а затем на некоторое время замолчали. Я прервал молчание, сказав:

– Понятно.

– Я умею ездить!.. – шевельнувшись, попытался воскликнуть Глеб, но напряжение отозвалось болью, и он заойкал: – Ой-ой…

Лицо Стальского не сильно пострадало, наверное, он успел его закрыть левой рукой, в запястье которой теперь была трещина. Сломанная лодыжка, в которую врачи вставили какие-то пластины. Два ребра справа сломаны, одно – тоже справа – треснуло. Таковы итоги становления Глеба байкером.

А когда вообще Стальский успел стать байкером? Теперь, когда он лежал на больничной койке, я начал что-то такое припоминать. Его туманные фразы о каком-то начавшемся сезоне, духе свободы и полёте воображения теперь обрели для меня ясность.

Несколькими днями позже, когда к нам на двор привезут повреждённый мотоцикл, я, сорвав с него брезент, прочитаю на поцарапанном бензобаке надпись: «Harley-Davidson Dyna». «Всего за полплюхи купил!..» – ещё через пару дней скажет Стальский.

Мы взяли стоявшие у окна стулья.

– Вчера днём мне ввели спинальный наркоз и сделали операцию на ноге. Потом меня отпустило, и началась боль, от которой я всю ночь не мог сомкнуть глаз; зато весь день проспал, как убитый, потому что ночью не мог уснуть от боли, – Стальский кряхтел и сопел.

– Что тебе принести? – спросила Марта.

– Мой сосед с переломом ноги – футболист, – показал Глеб в сторону угловой койки.

– Здрасьте, – поздоровались мы с молодым мужчиной с привязанной за веревочку ногой.

Мужчина печально кивнул нам.

– Понятно. Так что тебе принести? – снова спросила Марта.

– А где мой курительный набор? Он был при мне во время аварии, значит он до сих пор в сумке, – Стальский мученически закрыл глаза и замолчал.

– Я спрошу у медсестры, – привстал со стула я.

– Нет! – неожиданно бодро запротестовал Глеб, а потом снова умирающим голосом: – Нет. Лучше пусть Марта сходит. Вадим, ты слишком раздражаешь людей, чтобы они шли тебе навстречу.

– Верно подмечено, – согласилась Марта.

Признаться, так оно и есть.

Пока Стальская ходила узнавать насчёт табака, я рассказал Глебу, а заодно и футболисту историю про то, как телефон взяла некая медсестра, которую я принял за другую «медсестру», которая из той же серии, что и «горничная», и «женщина-полицейский» и «учительница» и…