La Critica (первая книга казанской трилогии): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Какой-то комитет при министерстве культуры. Что-то связанное с законом об «оскорблении религиозных чувств».

«Как думаешь: это серьёзно?» – спросил Стальский.

– Тебе об этом лучше спросить у сестры. Давай пока, у меня батарейка садится.

«Это всё ты со своим «Перекрещиваться приходится»!»

– Да? А может ты со своими «Прелыми пелотками»?!

«Может и я с пелотками», – согласился Стальский.

– Пока.

«Пока», – Стальский повесил трубку.

В одном из недавних выпусков «Дивана» я позволил себе следующее шутливое высказывание: «Почему христианские священники так некачественно крестят, что потом приходится перекрещиваться?» А чуть позже Глеб сказал: «Я вообще против всякой религии, которая заставляет пелотки преть», а потом ещё «ненамеренно» перепутал буквы, сказав вместо «ИГ» – «УГ». Оказывается, где-то сидят серьёзные люди и вслушиваются в наш бред. Такое внимание, безусловно, приятно. Да и лишняя шумиха ещё никакой передаче не мешала.

Я достал из сумки наушники и нажал «Play».

…You know I got a taste for tonic and gin,

You know I got an eye for fur and fine things,

You know that I'm to die for,

Baby, give in,

I told you when we met what you were in for.

Put the radio on,

Put the radio on, (Yes, yes)

I don't wanna know I'm wrong,

I don't wanna know I'm wrong…

Now he works the fairground, looks back on his career

And anyone who's interested he shows his souvenirs

The Tiger Lillies

Глава о Храброй Сердцем и других персонажах этой субботы

Провалявшись пьяным и обдолбанным на пляже, как кусок верблюжьего навоза, всего три дня, я захотел домой. Одиннадцатого числа в четыре часа дня, сойдя с аэроэкспресса на вокзале родного города, я попал в настоящую зиму. Температура была явно ниже ноля, кружились редкие снежинки, а я был в одной джинсовой куртке. Несмотря на погоду, я решил не прибегать к услугам транспорта, а дойти пешком до квартиры, чтобы немного размяться. У меня давно не осталось желания жалеть себя, а пускаться в разврат не позволяло здоровье. Отупение сделало меня внешне спокойным.

Залягу на пару дней на дно, – посплю, полежу в ванне. Может отнесу в химчистку пальто, – приготовлюсь к зиме. Завтра приведу себя в порядок, а то за время своего заграничного вояжа я весь оброс и закудрявился. Зайдя по пути в кулинарию, купил два готовых свиных эскалопа и три говяжьи отбивные, несколько видов салатов, а также чай, кофе и несколько коробок соков, – всё, что мне может понадобиться в плане съестных припасов на ближайшие дни. От алкоголя решил также отдохнуть.

Придя домой, положил продукты в холодильник, а одежду, в которой был, в корзину для грязного белья. Принял душ. Нашёл запасную зарядку для мобильного; когда телефон ожил, пришла смс-ка от Марты Стальской: «Нам надо поговорить. Позвони, когда вернёшься». «Хм!..» – подумал я. В Интернете телефона отыскал старинный фильм – с ещё молодым Ньюманом – и вывел картинку на экран стоящего на полу телевизора. Пока грузился фильм, разогрел в микроволновке эскалоп, открыл пластиковые контейнеры с салатами, налил в пивную кружку вишнёвого сока; перетаскал всё это на журнальный столик перед телевизором и вздохнул с облегчением. Как говаривал сосед Сальвадора Дали по даче: «Бывают года, когда ничегошеньки не хочется делать».

*****

Проснулся. Часы на мобильном показывали двадцать один час двадцать одну минуту. Меня всего ломало. Света в конце туннеля я не видел. Необходимо что-то предпринимать. Нужно забрать машину. Или не нужно? Хотелось бы, чтобы все думали, что я уехал и меня нет. «Чёрт возьми, надеюсь, Сицилия не звонила мне в эти дни», – суеверно прошептал я. Ведь я не предупредил её о своём спонтанном отпуске. Раз никаких сообщений на оживший телефон от неё не пришло, значит она меня не искала. Разумнее всего прямо сейчас вызвать такси и поехать на Левитана тринадцать «а». Душевных сил на преодоление навязчивого желания кайфа у меня в запасе не было. «Что делать? Что делать?» – лихорадочно соображал я.

*****

Когда чёрно-жёлтое такси со мной внутри подъехало к усадьбе по адресу Левитана тринадцать «а», вневедомственная охрана, дежурившая тут круглосуточно, «напрягла булки». А когда из двери выполз я, доблестные стражи возобновили непринужденную болтовню и распивание кофе из термоса. «Неужели меня знают даже полицейские?!» – подивился я.