Новые демиурги (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В роли единственной белой вороны среди достаточно дружелюбного, но не обремененного познанием высоких философских материй детского населения Ниунау юному Джорджи довелось пробыть не долго. Месяца через два после его сотворения по уже отработанной технологии была создана одиннадцатилетняя Софи - копия больной раком хорватской девочки Анны Матосевич. Еще через пару недель на острове появился десятилетний Эдди - Стивен подсуетился и в качестве прототипа для своего будущего сына раздобыл природного англичанина Питера Дэвидсона. Родители Пита с просьбой о помощи в компанию "Глобальный изыскатель" не обращались, просто не успели бы, но когда их попавший под трейлер сорванец умирал от тяжелых травм, не совместимых с жизнью, от нежданного предложения спасти сына при помощи экспериментальной операции, разумеется, отказываться не стали. Буквально собранный заново Пит вернулся в итоге, абсолютно здоровый и ничуть не растерявший его природного авантюризма, к обезумевшим от счастья родителям, оставив в наследство своему дублю все издержки собственного необузданного характера.</p>

<p>

Наконец-то у Джорджи появились друзья, с которыми можно было откровенно беседовать обо всем. Объединенные общей тайной происхождения дети, естественно, лепились друг к другу, держа на расстоянии остальных сверстников, и те вскоре прекратили попытки завести дружбу с кем-либо из этой троицы. Джорджи, имевший из всех троих наибольший стаж жизни на острове и потому ставший для Софи и Эдди источником знаний о местных порядках и обычаях, неожиданно ощутил себя старшим братом, наставляющим младших. Приятное, надо признать, чувство, особенно для уверенного в себе пацана, у которого в прежней жизни (точнее, в жизни его прототипа Юры Пафнутьева) не было ни братьев, ни сестер, ни возможности как-то проявить свои лидерские качества. Все бы хорошо, да только наставляемые порой подводят...</p>

<p>

Правда, с Софи никаких особых проблем не возникало. Девочка оказалась на диво вдумчивой и серьезной, упорно учила изначально незнакомый ей английский язык и даже умудрялась кое-как объясняться с Джорджи на смеси своего родного сербско-хорватского и его русского, освоившись же, начала выдавать столь трезвые суждения, что мальчику порой казалось даже, что она его старше. Лишь вычитав в какой-то педагогической книге, что девочки в этом возрасте развиваются быстрее пацанов, а потом все приходит в соответствие, Джорджи несколько успокоился на ее счет.</p>

<p>

Но вот Эдди!... Этот деятель умудрялся влипнуть во все неприятности, какие только были возможны. Едва научившись управляться со своим телом после операции и впервые получив разрешение прогуляться на пляж со всей компанией, он умудрился повздорить там с Джонни Лоуренсом, сыном одного из институтских сотрудников. Ссора вполне естественным образом переросла в драку, и Эдди, даже уступая своему противнику в росте и весе, сумел сбить его с ног и основательно извалять в песке. Слух о происшествии быстро дошел до Стивена, и вечером того же дня юный Эдди впервые в жизни познакомился с традиционным английским средством воспитания необузданных мальчишек - специальной гибкой тростью для порки с загнутой рукоятью. Осторожно поглаживая в ванной комнате вспухшие на заднице красные полоски, Эдди жаловался Джорджи на свою горькую судьбу и клятвенно обещал, что он больше никогда... нигде... ни с кем... Обещаний своих он, разумеется, так и не сдержал.</p>

<p>

Мало того, что все островные птицы, кажется, стали считать Эдди своим личным врагом - так удачно он палил по ним из рогатки, мало того, что его принялись обходить стороной никого и ничего доселе не боявшиеся островные коты, так даже сотрудники институтской охраны теперь нервно вздрагивали, когда юный воспитанник Стивена Ньюбери проходил рядом. Разумеется, подобная слава не могла остаться безнаказанной, и Эдди стал получать регулярные дерки раз в неделю, а то и чаще, последовательно познакомившись со шлепанцем, тоузом, точильным ремнем и розгами, правда, за неимением на острове берез, не традиционными английскими, а сделанными из жестких пальмовых листьев, но оттого не менее болючими. Принимая очередную кару от опекуна, Эдди громко каялся в своих прегрешениях, но стоило пострадавшей пятой точке хоть немного поджить, как здоровый пофигизм привычно брал верх, и Эдди вновь пускался во все тяжкие.</p>

<p>

...Вернувшись домой из лаборатории, где его уже понемногу допускали к более ответственной работе, нежели мытье пробирок, Джорджи, наскоро переодевшись, решил заглянуть к друзьям. Софи, к его удивлению, увлеченно читала толстую книгу с непонятными знаками на страницах.</p>

<p>

- Что это?</p>

<p>

- Учебник арамейского.</p>

<p>

- Э-э-э... А зачем?</p>

<p>

- А затем, чтобы читать в подлиннике философские работы взыскующих истины. Очень многие из них именно на арамейском написаны. Ну еще, конечно, на иврите, коптском, древнегреческом, арабском, санскрите...</p>

<p>

- И ты все это собралась выучить?!!</p>

<p>

- Ну, может не все... но по крайней мере постараюсь. Кевин говорит, что обязан кому-то передать свои знания. Он мне уже целую программу обучения составил. Скоро, например, я приступлю к изучению Каббалы. Она, кстати, тоже на арамейском писалась.</p>

<p>

- А разве все это давно ни переведено?</p>

<p>

- Во-первых, не все, сейчас в мире слишком мало знатоков арамейского, чтобы этим заниматься, во-вторых, археологи постоянно находят все новые документы, и в-третьих, знал бы ты качество этих переводов! Кевин говорит, что многие догматы современных церквей суть заблуждения, порожденные дурными переводчиками с арамейского на греческий.</p>

<p>

- Ага, Винсент мне тоже об этом говорил. Только он меня древние языки учить не заставляет.</p>

<p>