Потрясенный Джорджи сидел с открытым ртом, и Винсенту оставалось только закрепить успех, перейдя непосредственно к описанию достоинств Симона.</p>
<p>
- У Симона Мага было два юных ученика, братья Никита и Акила, которые много интересного о нем рассказали. Так, он хотел, чтобы его называли Стоящим. Этим именем он подразумевал, что он никогда не будет растворен, утверждая, что его плоть настолько уплотнена силой его божественности, что она выдержит вечность.</p>
<p>
Симон пообещал этим мальчикам, что, в благодарность за их услуги, он вызовет облечение братьев высочайшими почестями, и люди уверуют, что эти двое - боги. "Только, однако, при условии", - сказал он, - "что вы отведете главное место мне, Симону, который магическим искусством способен показать многие знамения и пророчества, посредством чего моя слава или наша секта сможет установиться. Ибо я способен делаться невидимым для желающих меня схватить и снова видимым, когда я того хочу. Если я желаю обратиться в бегство, я могу прорываться сквозь горы и проходить сквозь скалы, как если бы они были глина. Если бы я захотел броситься головой вниз с высокой горы, я бы добрался до земли невредимым, как если бы меня донесли; связанный, я могу развязаться и связать повязавших меня; будучи заточен в темницу, я могу заставлять преграды открываться по их доброй воле; я могу приводить в движение статуи, так что зрители будут полагать, что это люди. Я могу заставлять неожиданно выскакивать новые деревья и моментально производить ростки. Я могу бросаться в огонь и не обжигаться; я могу менять свое выражение лица так, что меня не узнают; но я могу показывать людям, что у меня два лица. Я могу обращаться в быка или козла; я могу вырастить бороды у маленьких мальчиков; я поднимусь в воздух полетом; я укажу обилие золота, и поставлю и свергну царей. Я буду прославляем как Бог; мне будут приносить божественные почести публично, так что воздвигнут мой образ, и меня будут славить и обожать как Бога. И зачем еще слова? Чего бы я ни пожелал, я смогу это сделать. Ибо уже я достиг многих вещей путем эксперимента. Вкратце, однажды моя мать Рахиль велела мне идти на поле жать, и я увидел лежащий серп, и я велел ему идти и жать; и он пожал вдесятеро более того, что другие. Недавно я произвел много новых ростков из земли и заставил их покрыться листьями и произвести плоды в мгновенье ока; и ближайшую гору я успешно пробуравил".</p>
<p>
Из его чудес мальчики называли еще то, что он делает хлебы из камней, и становится змеей, и обращается в золото, и плавит железо, и на пирах производит образы всеразличных форм. У себя дома он заставляет тарелки прислуживать себе безо всяких видимых слуг. А однажды он поведал братьям о своем главном магическом достижении вот такими словами:</p>
<p>
"Я буду теперь милостив к вам за ту привязанность, что вы имеете ко мне как к Богу; ибо вы любили меня, хоть и не знали, и искали меня в неведении. Но я не буду искушать вас сомнением, что я истинно Бог, когда некто способен становиться маленьким и большим по желанию; ибо я способен выглядеть для человека любым образом, каким пожелаю. Теперь я начну открывать вам об истинном. Однажды я, своею силой, превращая воздух в воду, а воду снова в кровь и уплотняя ее до плоти, образовал новое человеческое существо - мальчика - и произвел гораздо более благородную работу, чем Бог-Творец. Ибо Он создал человека из земли, но я из воздуха - куда более сложной материи."</p>
<p>
Тайна сотворения человека сгинула со смертью Симона Мага, и хотя его последователи в меру своих сил продолжали его традиции, заложенные им и Иисусом, например, успешно занимались экзорцизмом, а если верить знаменитому философу Плотину, даже пытались добиться повиновения Высших сил посредством магии, до подобных высот ни одному из них не суждено было подняться... пока не появились мы. Наши знания намного превосходят знания всех наших предшественников, и ты, надеюсь, поймешь, Джорджи, почему мы рискнули проверить свои силы и попытаться повторить выдающееся достижение нашего Учителя Симона. И твое сейчас существование, Джорджи, является неоспоримым свидетельством того, что нам это удалось! У пусть наши умения основаны не на магии, а на науке, это все частности, главное, что мы, подобно Симону, сумели сотворить нового человека, не биоробота, а настоящего человека с живой душой! Вот ты какой значимый субъект! Ты уж проникнись этим!</p>
<p>
Джорджи, конечно, проникся, но в связи с открывшимися обстоятельствами его теперь очень интересовала его собственная дальнейшая судьба, поэтому он решился спросить:</p>
<p>
- Дядя Винсент, а что со мной дальше-то будет? И... и зачем я вам нужен?</p>
<p>
- Зачем нужен, говоришь? Пока ты не вырос, эксперимент не может считаться законченным, мало ли как еще взбрыкнет твой организм. Мы же ученые, нам все интересно. И здесь, под замком, тебе, надеюсь, долго сидеть не придется. Дядя Стивен поехал лично отвозить домой твоего прототипа, если удастся провернуть то, что мы наметили, то он, вернувшись, заявит, что мать нашего пациента скоропостижно скончалась, а его самого отдали мне под опеку. Вот тогда ты, Джорджи, и выйдешь на свет в его качестве, с ребятами познакомишься, а дальше будешь жить со мной под медицинским наблюдением, может, лаборантом еще поработаешь: местным туземцам много, конечно, платить не надо, но всякие лишние уши в сочетании с болтливым языком есть серьезный фактор риска в нашем деле... А будешь хорошо себя вести, я, может, еще когда-нибудь и усыновлю тебя. Здесь в Кириату власть достаточно коррумпированная, при желании можно будет выправить любые нужные бумаги. Короче, у тебя неплохие перспективы, мой мальчик!</p>
<p>
Заметив, что на губах у Джорджи появилась еще очень неуверенная, но все же улыбка, Винсент ободряюще кивнул ему и вышел из комнаты. Сразу за дверью его ждал Кевин.</p>
<p>
- Ну как он там, не слишком с ума сходит? Я бы, честно говоря, узнав про себя такое, наверное, в петлю бы полез!...</p>
<p>
- Да нет, знаешь ли, он удивительно стойкий мальчик! Ни истерить не стал, ни в себе замыкаться. Все-таки нам потрясающе повезло с его прототипом. Жаль будет, если этот парень так и сгинет в своем Мончегорске. А Джорджи я, наверное, со временем к делу приставлю. Только бы у Стива все выгорело...</p>
<p>
Стивен в намеченный срок вернулся с подложными бумагами об опеке, и Джорджи наконец-то смог выйти на свет божий. Выпуская мальчика в первый раз на прогулку, Винсент напутствовал его на дорогу.</p>
<p>
- На случай, если будут спрашивать, запомни: раньше тебя звали Юрой Пафнутьевым, твою мать - Валентиной Тимофеевной, а жил ты в России, в городе Мончегорске. Как все там выглядело, ты и так помнишь. Твоя мать недавно померла, поэтому тебе пришлось остаться здесь. Думаю, донимать тебя сильно не будут, пожалеют сироту. Присматривайся к людям, если увидишь явно не здешних, с ними - ни слова! А в остальном полагаюсь на твое благоразумие, Джорджи.</p>
<p>
Понимающе улыбнувшись Винсенту, мальчик отправился наводить контакты со сверстниками.</p>
<p>