— Смотри, кровь исчезает!
Так и было. Красная жидкость вскипала и пропадала. За двадцать секунд пол, хитон и человек в нем стали чисты, как до начала бойни.
Иисус поднял руки и сказал что-то на иврите — наверное благословение. Потом он вышел, и больше в этот день Орм его не видел.
Бронски, потрясенный не менее своих спутников, все же сохранил иудаистское любопытство:
— Интересно, придется ли ему пройти ритуальное очищение после того, как на него пала кровь? Или потому, что он — Мессия, все его деяния кошерны по определению? Или потому, что кровь испарилась и он чист физически, на нем не было скверны? Или как?
ГЛАВА 16
Наблюдатель, оглядывающий пещеру после «заката», не увидел бы ни одного огня — только светились окна в двух домах язычников и витал под куполом бледный шар.
И вдруг засияли огоньки в каждом окне — будто сказал Господь: «Да будет свет!» Это мужчины засветили в каждом доме лампы, где горел жир «чистых» животных. При свете этого пламени совершалось вечернее молебствие — мужчины возносили хвалу Создателю, а семьи их стояли у окон.
Потом загасили фитили и включили электричество, семьи сели за торжественную праздничную трапезу, и радость струилась, как вино.
В доме Ширази, где ужинали все четверо землян, было оживленно, но не радостно.
— И вообще это могла быть не овца, а робот! — утверждала Мадлен Дантон. Она бросила вилку возле тарелки, где давно уже остыла еда. — Да по-другому просто быть не может. Это единственное разумное объяснение, а неразумных я слушать не желаю!
— Сама ты неразумна, — ответил ее муж. — Разве можно сделать такого робота?
— Для нас — нет. Но они далеко нас обогнали.
— Ты еще скажи, что Иисус робот. Или что все марсиане вообще.
— Не нужно столько сарказма, Надир. И не смотри на меня так, будто у меня приступ паранойи.
— Я бы так не сказал, — ответил Ширази. — Что я бы сказал, так это то, что тебе не хватает научного подхода. Ты слишком упряма. И не только в этом деле.
Надир все еще злился, что Мадлен отказалась готовить еду для семьи. Она заявила, что это его обязанность не меньше, чем ее. И вообще она готовить не умеет.
— А еще биохимик! — сказал тогда Надир с презрением.
Они рассмеялись и потому не поссорились.
— Ладно, я-то не робот, — вмешался Орм. — И я точно знаю, что никакие механические или электрические устройства для моей левитации не применялись. Если у этих людей и есть антигравитация, то на мне антигравитационных устройств в любом случае не было.
Мадлен снова взялась за вилку, глянула на остывшее мясо, вареный картофель и спаржу и отложила вилку опять.
— У них должны быть какие-то силовые лучи.
— Их бы я точно почувствовал, — рассмеялся Орм.
— А испарившаяся кровь? — напомнил Бронски.
— Химическое соединение или смесь, — стояла на своем Мадлен.
— Послушай, — сказал Орм, — разве ты не почувствовала, что этот баран живой?
— Ничего я не почувствовала!
— Ты вообще ничего не чувствуешь, — резко сказал Надир. — Я это стал замечать последнее время.
— Воздержимся от перехода на личности, — холодно заметила Мадлен.
Надир раздраженно и резко встал и вышел из дому широкими шагами. Он от души хотел бы хлопнуть дверью, но гидравлическая система такого не позволяла.