Как пишут в книжках, прогрессирование синдрома скорпионизма у детей может завершиться лёгочной недостаточностью, требующей аппарата искусственной вентиляции лёгких. Наиболее эффективное лечение – введение специфических сывороток, нейтрализующих яд скорпиона. Однако в связи с риском реакций на сыворотки, их применение ограничено строгими показаниями.
В ЮАР круглые сутки открыт доступ к специальному центру при укусах ядовитыми змеями, скорпионами, пауками и всякими другими экзотическими тараканами. В момент моего прихода в отделение Хулио Сантойо был занят разговором с консультантом этого центра. Центр этот находится за 1500 км от нас – в Кейптауне. Чудеса техники – мобильные телефоны – позволяют вам связаться с этим центром прямо с места атаки каким-нибудь ядовитым гадом в любой точке страны. Вы даёте консультанту словесный портрет гада (с помощью сегодняшних мобильных телефонов можно послать и фото) и получаете в ответ: «Укус гада болезнен, но не смертелен!» Возможен и другой вариант: «Похоже, что вас укусила чёрная мамба. Сыворотки у вас в машине, случайно, нет? Тогда сконцентрируйтесь – вам осталось жить не более часа!»
64. Немного экзотической медицины: укусы шестиглазых пауков
Чудеса информационных технологий неописуемо расширили возможности врачей для выбора правильного решения. Речь идёт об интернетовских источниках медицинской информации.
Поступил ко мне высокий симпатичный чёрный парень с отёком правого бедра, на внутренней поверхности которого был большой участок подкожного кровоизлияния с водянистыми пузырями вокруг. Всё это было очень похоже на следствие укуса паука. Почему-то в голове у меня укус паука сочетался с непременной болью. Однако парень категорически отрицал какую-либо боль перед появлением отёка на ноге.
Выпытываю у парня:
– Где ты живешь? Где ты спал накануне?
Живёт он в поселке при шахте, где полно всяких насекомых. По причине жары (или выпивки) ночь спал на ковре на полу. Всё сходилось на причастности к его страданию паука, кроме отсутствия боли.
Лезу в Интернет и с помощью Google.co.za, нахожу кучу информационных источников, представляющих картинки самих пауков, места их укусов и методы лечения. Выбираю Wikipedia, the free encyclopedia, которая мне сообщает, что укус водящегося в наших краях шестиглазого песчаного паука первоначально может быть безболезнен:
Пришлось дважды делать парню очень обширное иссечение некротических тканей на бедре чуть ли не до самой паховой складки, а потом кожную пластику. Укуси паук чуть-чуть повыше – парень настрадался бы куда больше.
65. Обычная редкостная хирургия: снова грудной лимфатический проток слева
Количество хирургических патологических (болезненных) состояний настолько велико, что некоторые за всю долгую жизнь иного хирурга встречаются только раз-другой.
За 15 лет работы торакальным хирургом-онкологом не менее сотни раз глазами видел грудной лимфатический проток между аортой и пищеводом справа; лечил не более пяти больных с повреждением упомянутого протока – опять же справа…
Ту часть грудного лимфатического протока, которая располагается слева, до недавнего времени видел только раз (этот редкий для меня случай я представлял виртуальному интернетовскому собранию русскоговорящих хирургов).
К 10-летней годовщине пребывания в ЮАР судьба преподнесла мне достойный подарок – я впервые повредил у больного грудной лимфатический проток слева.
Как и всегда, ситуация началась со звонка доктора Читати:
– Док, у меня лежит наша коллега. У неё СПИД, а на компьютерной томограмме грудной клетки видны увеличенные лимфатические узлы под дугой аорты. Мне нужно знать – это туберкулёз или СПИД-обусловленная лимфома. Сделайте биопсию.
Красивая молодая женщина…
Показываю ей КТ-снимки со словами:
– Коллега, вот эти узлы я могу достать только при торакотомии.
Больная соглашается.
Утром следующего дня сначала помогал доктору Ландауэру (кардиоторакальному хирургу юаровской выучки) выполнять декортикацию правого лёгкого, а потом доктор Ландауэр ассистировал мне при переднебоковой торакотомии слева у несчастной докторицы.
При выковыривании узлов из аортального окна убеждаюсь, что их реальный размер несколько меньше того, каким он представлялся на КТ-снимках.
Стараюсь убрать узелки на совесть. К концу процесса выковыривания отмечаю появление из ложа удалённых лимфатических узлов жидкости белесоватой кисельной консистенции.
«Это что – гной?» – не сразу соображаю я.
«Черт! Это же лимфа!» – вспоминаю операцию двухлетней давности по ушиванию грудного лимфатического протока, повреждённого при ножевом ранении.
«Самое удивительное – я только что видел этот белесоватый сосуд при выдирании цепочки узлов. И почему моя подкорка не забила тревогу? Наверное, от недостатка визуального контакта с этой структурой».
«Мама моя родная!» – мысленно причитаю, ушивая восьмиобразными вайкриловыми швами ткани аортального окна, – «Ну, вроде бы молоко течь перестало, а?»
– Да, всё нормально! – успокаивает меня доктор Ладауэр.