Бермятман, в последний раз окинув взором горящий результат своей мести земле, которая имея клад, второй раз не поддаётся его родне, ухмыльнулся – он был доволен и тем, что устроил пожар…
Когда доложили Марии-Терезии об исходе операции «меч», как она её окрестила, она вздохнула, а через несколько дней подписала мирный договор. Победоносной войны так и не состоялось…
Когда по приказу Екатерины II казнили Емельяна Пугачёва, ни сама императрица, ни Нарышкины даже и не вспомнили Германа фон Лихтенштейна, погибшего от руки казака…
Единственно, кто немного пожалел, что была вновь утеряна береста с чертежом для поисков медного зеркала жрицы Амаги, были две молодые казачки, которым показалось маловато приключений, выпавших на их долю…
Глава 7. Русско-Турецкая война за Крым, 1787 год
1.
Екатерина II стояла у окна и нервно теребила пальцы, вызвав на доклад своего верного помощника Григория Потёмкина, который должен был появиться здесь с минуты на минуту.
Громко стуча башмаками по императорскому полу, Григорий прошёл сразу к ней.
─ Ты, мой друг, что-то перестал торопиться, когда тебя зовут! ─ не преминула укусить лишний раз Потёмкина Екатерина, чтобы тот не задавался. Отодвинув от себя Григория, императрица не особенно-то надеялась на проявление своей любви к нему.
─ Прости, матушка… ─ Григорий поцеловал протянутую императрицей руку и, увидев кивок, означающий, что он может говорить, произнёс. ─ Наше противостояние с Турцией не прекратилось после войны 1768 – 1774 годов, несмотря на то, что последний крымский хан Шагин-Гирей отказался от власти, а его ханство было присоединено к вашей империи…
─ Я что-то до сих пор его не вижу среди чиновников… ─ едко усмехнулась императрица, невольно делая виновником самого Потёмкина. ─ А что Турция?
─ Султан Селим III сравнил своё государство с домом, у которого сорвали дверь с петель! ─ Григорий слегка улыбался, найдя способ сделать ей комплимент: его старая любовь к Екатерине почему-то никак не уходила. ─ Он продолжает активно готовиться к новой войне с нами за Крым. Теперь ему в этом помогают Англия, Пруссия, Швеция и Франция…
─ А Англии-то что надо? ─ возмутилась Екатерина.
─ Это тебе за Декларацию о вооруженном нейтралитете! ─ усмехнулся Потёмкин и продолжил. ─ Пруссия стремится ослабить российское влияние в Польше, а Франция ей помогает. Швеция мечтает отнять у ослабленной войной России свои потерянные земли…
─ Понятно… Я бы тоже так делала… ─ Екатерина была недовольна сложившейся ситуацией. ─ А как военная реформа?
─ А что реформа? ─ спокойно ответил Потёмкин. ─ Усилилась специализация рекрутов, была введена новая, не стесняющая движений военная форма: широкие куртки и сапоги, теплые шаровары, каски, отменены парики и косы. Солдатам стали стричь волосы. Офицерам теперь запрещается избивать новобранцев. Определенные изменения произошли и в структуре вооруженных сил – увеличилось число егерей, драгун, артиллерийских и других подразделений…
─ А сам Селим-то верит, что в этот раз победит? ─ Екатерина повернулась и посмотрела в глаза Григорию.
─ Я, думаю, не верит… ─ Потёмкин смотрел прямо в глаза Екатерине и не отводил глаз.
─ Значит, не верит… ─ сделала вывод она, прищурив глаза. ─ Но на что-то он всё же надеется? Ведь войска-то собирает… Может, на помощь европредателей?
─ Вот-вот, как раз на предателей-то он едва ли надеется… ─ Потёмкин посмотрел куда-то вдаль, отключившись тот всего. ─ Но на что? Вот это-то я бы и сам очень хотел знать!
─ Ну, так давай, шпионов к нему засылай… Разведчиков! ─ взрыв негодования опять напал на неё. ─ Я что это сама за всех буду делать? Чего ждать-то?
─ Да я уже это сделал давно… ─ усмехнулся Потёмкин. ─ Вот только что-то ответа никак не дождусь…
─ Ну, так ещё зашли… И не только к туркам… ─ у Екатерины поднялись брови, через лоб проскочила одна горизонтальная морщина, мышцы лба, сдвинулись вовнутрь и вниз, создав угрожающее выражение глаз, а губы плотно сжались. ─ Мне что, надо учить вас, как это надо делать ?! Иди и работай!
Потёмкин повернулся, поклонившись, и пошёл, постукивая башмаками, к двери. А Екатерина, сильно теребя пальцы рук, повернулась к окну…
2.
Султан Селим III сидел на своём кресле и рассуждал. ─ Почему русские такие тупые? Я им, понимаешь ли, письма пишу, на арабском языке, а они? Они что, не понимают важности арабского языка? У меня все люди считают его сакральным, языком Аллаха и Корана! Даже мусульмане неарабского происхождения в Тавриде, для которых этот язык стал магическим и священным, признают это… Так могу ли я так просто их отдать на растерзание русским? Конечно, нет! Ведь я не просто султан, но и халиф, то есть тень Аллаха на земле…
Он посмотрел куда-то вдаль и неожиданно произнёс, хлопнув в ладоши. ─ Эй, там, позовите ко мне моего астролога!
Ждать долго не пришлось, в зал вошёл придворный астролог Али ибн Сахиб и тут же упал на колени, воздав руки вверх.
─ О величайший из великих… ─ начал он восхваляющую часть приветствия, но султан быстро его прервал. Тогда астролог его просто спросил. ─ О чём душа болит?
─ Вот, скажи мне, Али, почему я, имеющий разные обереги и талисманы, делающий всё с учётом правильных и неправильных дней, которые показывают астрологи, проиграл войну с Россией в прошлый раз?