– Вы должны доказать, что род человеческий совсем небезнадежен. Что вы другие, что прошлое не повторится.
– Кому доказать?
– Им, – ханх многозначительно поднял глаза к небу.
– Почему именно мы?
– Потому, что вам не нужна власть и богатство, потому, что вы решили пожертвовать собой ради других людей, отдать самое ценное что имели – свою собственную жизнь. Это я вам скажу поступок!
– Он может убедить их? – следую примеру ханха, я тоже поглядел на небо.
– Не уверен, – лесник скривил кислую мину.
– Но ведь тебя же убедил?
– Я другое дело. Я совсем другое дело.
Наш собеседник печально улыбнулся. В этой улыбке было что-то неуловимо знакомое. Но только что? Я попытался вспомнить, да так и не смог. И это наверное потому, что сейчас наступило время действий, а совсем не воспоминаний.
– Как это сделать? – на удивление вечно недоверчивый, скептично настроенный Леший первым принял предложение ханха. А может здесь как раз и сработало то самое чутье старого контрразведчика?
– Все очень просто, – наш знакомый удовлетворенно кивнул. – Разум, человечность, любовь, доброта. Покажите, что это не просто слова.
– И все?
– А это немало, – усмехнулся ханх.
– Почему ты нам помогаешь? Людям, я имею в виду.
Мой вопрос не обескуражил лесника, скорее заставил его что-то вспомнить. После секундной паузы тот ответил:
– Братья всегда обвиняли меня в излишней заботе о человечестве. Может это и так. Однако предоставить вам самим себе… – ханх сокрушенно покачал головой. – Это значило рискнуть всем процессом творения.
– Мы в ответе за тех, кого приручили, – подытожил я.
– Вот именно, – согласился мнимый белорус.
– Может хватит говорить загадками?! – взорвался Загребельный. – Разум, человечность… Что там еще? Любовь, доброта. Что все это значит? Что конкретно мы должны сделать?
– Есть вопросы, на которые каждый должен ответить сам, – наставительно произнес ханх. – Я могу лишь ненавязчиво подсказать.
– И какова будет твоя подсказка? – мы внимательно уставились на собеседника.
– Дорога… – медленно произнес тот. – В дальней дороге человек как нигде проявляет свои черные и белые стороны. Уж поверьте мне. Я знаю о чем говорю.
– Дорога? – Леший непонимающе замотал головой. – О какой дороге ты говоришь?
– Дороги бывают разными, – усмехнулся ханх. – Порой не важно куда идти, главное для чего.
Произнеся эти слова, он поднялся на ноги. Отряхнул плащ. Поправил сползшую на затылок бандану.
– Что ж, мне пора. Прощайте.
– А что дальше? – Леший обвел взглядом застывшую вокруг нас битву.
– Ах это… – ханх как будто только теперь вспомнил о действительности. – Ваши люди очнутся через десять минут. Забирайте их и уходите. Что касается кентавров… Для них время возобновит свой бег через час, но даже и тогда вам не стоит опасаться. Мой брат пообещал, что сегодня они не доставят вам хлопот.
При этих словах бывший одноглазый обернулся и посмотрел куда-то влево. Проследив за его взглядом, я заметил одинокую фигуру в черном балахоне, которая как тень блуждала меж многолапых созданий, по очереди гладила, похлопывала их неподвижные тела. Еще один из истинных властителей мира. У него, кажется, как и у лесника имеются свои фавориты.