С.П.Королев еще в феврале прислал мне "Исходные данные по кораблям "Восход" (3КВ и 3КД) серии 1965 г.". Только сегодня я сумел ознакомиться с этим документом, содержащим план изготовления и пусков космических кораблей в 1965 году, и изучил заключение по нему организаций ВВС.
1. Корабль 3КВ № 5 - изготавливается в июне, выводится на орбиту в июле-августе в беспилотном варианте на срок от 15 до 30 суток; корабль оборудован кабиной для размещения животных и системой АПО.
2. Корабль 3КВ № 6 - изготавливается в августе, полет с экипажем (командир корабля и научный сотрудник) длительностью до 15 суток осуществляется в сентябре-октябре; в полете проводится эксперимент по созданию искусственной гравитации.
3. Корабль 3КВ № 7 - изготавливается в декабре, пилотируемый полет длительностью 15-18 суток выполняется в марте-апреле 1966 года; экипаж (командир корабля и научный сотрудник - специалист в медико-биологической области) в течение 3-4 суток находится в условиях искусственной гравитации.
4. Корабли 3КД № 8 и № 9 - изготавливаются в сентябре, дата пуска устанавливается дополнительно, продолжительность полета до 3-5 суток; экипаж (командир корабля и второй пилот) осуществляет 2-3 выхода в открытый космос с удалением на 50-100 метров от корабля и производит посадку в режиме ручного управления.
В плане полетов на 1965 год, разработанном ОКБ-1, мало экспериментов военного назначения, хотя их перечень, подготовленный ВВС, у Королева имеется. Я говорил с Королевым на эту тему. Он ответил и едко, и метко: "Николай Петрович! Вы сами понимаете, что летаем мы мало и обеспечить широкий поток исследований не можем. Вот если бы для этих целей ваш министр заказал десяток кораблей, тогда бы вы смогли осуществить свои планы". Королев очень хорошо знает, что мы неоднократно пытались и пытаемся уговорить министра обороны заказать для МО несколько космических кораблей, но нам не удается "расшевелить" этого тугодума.
Позвонил генерал Кузнецов и доложил, что Беляев и Леонов сегодня выполняли полет на Ту-104. Еще раз в условиях невесомости Леонов совершил "выход в космос", а также провел эксперимент по открытию и закрытию люка шлюза вручную. Сегодня же это упражнение выполнит и второй экипаж (Заикин и Хрунов).
Очень много звонков от корреспондентов, все хотят хоть что-то узнать о предстоящем полете. Приходится изворачиваться и ловчить. Мы подготовили десять экземпляров пакетов фотографий и биографические справки космонавтов членов экипажей "Восхода-2" и немедленно после объявления ТАСС о выходе космического корабля на орбиту передадим их в печать.
7 марта.
Был в ЦПК, проводил подготовку к вылету на полигон. Долго беседовал с Беляевым, Леоновым, Заикиным и Хруновым. Леонов рассказал о последнем полете на Ту-104. Ему удалось выйти из шлюза за первые три горки, а три последние горки космонавты использовали на операцию по открытию и закрытию люка шлюза вручную. Все прошло хорошо. Хрунов также успешно справился с упражнением. В задании на полет открытие люка шлюза вручную не предусматривалось, однако по итогам работ в ТБК-60 Цыбин, Смирнов и другие пришли к выводу, что недублированный автоматический способ открытия люка недостаточно надежен. Выслушав их доводы, Королев согласился на доработку люка с целью предоставить космонавтам возможность открыть и закрыть люк вручную. При открытии люка требуются значительные усилия (45 килограммов); скафандр, узкий шлюз, невесомость и другие психофизиологические факторы полета очень усложняют выполнение этой операции. Открывая люк вручную, космонавт до выхода из шлюза сильно устает и не может точно уложиться в график. Мы договорились с Леоновым и Хруновым, что после открытия люка вручную надо обязательно отдохнуть в течение 3-5 минут. Все космонавты просили дополнить группу врачей, едущих на полигон, специалистами по вестибулярному аппарату; я дал соответствующее распоряжение.
Вечером 6 марта Гагарин, Муся и я ездили к Терешковой, ей в этот день исполнилось 28 лет. Мы поехали к ней с целью сделать все возможное, чтобы укрепить ее семью. Валя и Андриян в беседах с Мусей и мной заверяли нас, что они очень благодарны за поддержку в трудную минуту и что сейчас у них отношения хорошие. Валя выглядит неважно. Когда она вернется из Алжира, придется лично проследить за мерами по укреплению ее здоровья. На вечере было человек 40, были герои-космонавты и будущие герои. Все вели себя в пределах нормы, а Беляев, Леонов и другие кандидаты на ближайшие полеты строго выдерживали режим. Гагарин, Комаров, Быковский и другие настойчиво просили меня отстоять Волынова как основного кандидата на очередной (после "Восхода-2") полет. Волынов и его друзья опасаются, что полковник Береговой может оказаться впереди, и их опасения имеют основания: маршал Руденко недооценивает Волынова и переоценивает Берегового. Волынов четыре раза был дублером, он пять лет готовится к полету и способен летать 15-20 суток. Я буду бороться за него, хотя знаю, что и Береговой хороший кандидат.
8 марта.
Вчера весь день провел на даче, "воевал" со снежными заносами, расчистил дорогу от гаража до асфальта, запустил машину и немного проехался для разминки и зарядки аккумулятора.
Сегодня готовились к завтрашнему вылету на полигон. Полетим на Ан-10, всего в самолете будет около 50 человек. Сегодня же дал приказание генералу Кузнецову начать подготовку к 15-суточному космическому полету Волынова, Берегового, Шаталова, Демина и Артюхина. Беседовал с Г.П.Катысом, он рассказал о работах Института автоматики АН СССР по подготовке ряда научных исследований в условиях космического полета. Катыс ведет энергичную деятельность, надеясь быть участником полета.
В присутствии генералов Волынкина, Бабийчука, Бородина и Горегляда провел беседу с врачами Ярошенко, Ивановым и Воскресенским, которые год назад рассматривались нами как вероятные кандидаты на полет. Они подтвердили свое желание лететь в космос и доложили свои соображения о программе медицинских исследований. Ярошенко готовится к проведению хирургической операции в космосе. Иванов готовит программу психофизиологических исследований. Воскресенский работает над проблемами сердечно-сосудистой деятельности в условиях невесомости и других факторов космического полета, интересуется видами и дозировкой физических упражнений в полете. Мне особенно понравился Воскресенский - это уже сложившийся серьезный ученый (кандидат наук, имеет 30 работ, знает английский язык). Дал задание Бабийчуку и Волынкину до конца марта помочь Ярошенко, Иванову и Воскресенскому подготовить три варианта задания на полет врачу-космонавту. Волынкин, Бабийчук и Бородин высказались за отмену длительного полета корабля с животными и за выполнение такого полета с участием врача-космонавта.
Маршал Руденко согласился с этим предложением и выразил намерение поговорить по этому вопросу с Королевым. Этого намерения Руденко я опасаюсь: он плохой дипломат и может не добиться желаемого результата. Придется переговорить с Королевым до его встречи с Руденко и изложить ему все преимущества полета корабля с экипажем. Авария технологического корабля 22 февраля "подготовила" Королева к такому разговору, и у меня есть уверенность, что он согласится с нашей идеей.
9 марта. Тюра-Там.
В 7:45 на самолете Ан-10 вылетели на полигон. В самолете нас было человек 50, в том числе Руденко, Бабийчук, Горегляд, Кузнецов, Гагарин, Комаров, Леонов, Беляев, Хрунов, Заикин.
В Тюра-Там прибыли в 11:45, а ждали нас в 12:10. Тюлин и Королев опоздали на встречу с нами. Королев был очень недоволен, что ему неправильно доложили время прилета самолета. Виновниками этого "происшествия" были КП ВВС и подполковник Никерясов. Маршалу Руденко и мне было неприятно выслушивать ворчание Королева... Тюлин, Королев, Керимов, Войтенко, Правецкий поздоровались с космонавтами. Королев интересовался настроениями экипажей, а также результатами их последнего полета на Ту-104.
Вечером под руководством Тюлина на второй площадке состоялось совещание. Присутствовали: Руденко, Королев, я, Захаров, Керимов, Правецкий, Шабаров, Северин, Горегляд, Бабийчук, Кузнецов, Гагарин, Комаров, Карпов, Смирнов и Целикин. Обсуждали вопрос о составе экипажа "Восхода-2". Открывая совещание, Тюлин сказал: "Вопрос о составе экипажа давно уже решен, но, может быть, за последнее время в подготовленности и в здоровье космонавтов появились какие-то изменения?" Королев попросил еще раз дать сравнительную характеристику каждого космонавта. Я доложил, что по всем результатам подготовки, по состоянию здоровья, по общему развитию и готовности к полету четверка космонавтов распределяется так: Леонов, Хрунов, Беляев, Заикин; но, учитывая, что Беляев - Леонов уже более полугода тренируются вместе, целесообразно первый экипаж в составе Беляева и Леонова не разбивать, а Хрунова готовить запасным на место того и другого. Мое предложение поддержал Руденко и все другие представители ВВС. Северин высказался в том смысле, что, по его наблюдениям, Хрунов как кандидат на полет сильнее Беляева. Чувствовалось, что у Королева, Тюлина и Правецкого тоже есть сомнения в Беляеве, но ни один из них прямо не сказал об этом. После того, как все представители ВВС твердо высказались за кандидатуру Беляева, Королев заявил, что у него нет вопросов для дальнейшего обсуждения. Постановили: "Совещание подтверждает ранее принятое решение о составе экипажей. Экипаж основной Беляев и Леонов, экипаж запасной - Заикин и Хрунов".
Королев неоднократно говорил, что у него нет никаких сомнений в Леонове, высоко оценивал он и Хрунова, а вот Беляеву он не дал никакой оценки. Я никогда не был в восторге от Беляева. Человек он замкнутый, малообщительный, вяловатый и имеет только средние способности, но сейчас уже поздно ставить вопрос о его замене, тем более что к данному полету он подготовлен хорошо.
10 марта.
Вчера поздно вечером Леонов проводил примерку скафандра и подгонку кресла. Сегодня под контролем Гагарина и Комарова эту операцию проделали Беляев, Хрунов и Заикин. Приняли окончательное решение: в день полета одевать в скафандры только троих - Беляева, Леонова и Хрунова. Посылать в космос Заикина у меня нет никакого желания, поэтому запасным фактически будет только Хрунов, он подготовлен для замены и Леонова, и Беляева.
Беседовал с Беляевым и Леоновым, рассказал им о последнем решении Госкомиссии по составу экипажа и о сомнениях в Беляеве. Поводом для сомнений являются излишняя скромность Беляева и срыв задания при проведении им эксперимента в барокамере. Два месяца назад полковник Карпов доложил мне: "С Беляевым плохо, наверно, придется его заменять, он плохо показал себя на испытаниях в барокамере". Я приказал тогда Карпову не спешить и внимательно разобраться в происшествии. Через два дня генерал Бабийчук доложил мне, что здоровье Беляева сомнений не вызывает и что причина происшествия - в неправильных записях по телеметрии. А сегодня Леонов рассказал мне об этом инциденте следующее. Беляев в ходе эксперимента в барокамере начал задыхаться из-за непоступления кислорода. Но он проявил блестящую выдержку, обнаружил неисправность и устранил ее. В неисправности системы подачи кислорода была виновна группа товарищей с 918-го завода, но Беляев "не выдал" их и все взял на себя.
Вечером с маршалом были у космонавтов и смотрели арабский фильм "Черные очки". Е.А.Фурцева сдержала свое слово и прислала нам самолетом пять кинокартин.
Сегодня на полигон прилетели академики М.В.Келдыш и А.Ю.Ишлинский.
11 марта.
Утром в МИКе Гагарин доложил мне, что вчера вечером Хрунов, узнав о том, что на сегодня для второго экипажа не планируется тренировка в скафандрах в космическом корабле, заявил в присутствии группы офицеров: "Очень жаль, что нам не дают поработать на боевом корабле в скафандрах, я вынужден буду сказать на Госкомиссии, что я не полностью подготовлен к полету". Это необдуманное высказывание Хрунова прошло незамеченным у генералов Кузнецова и Горегляда. Гагарин тоже поступил глупо, рассказав о заявлении Хрунова Королеву. Сергей Павлович реагировал, как всегда, очень бурно: "Мне не нужны такие космонавты, которые на полигоне заявляют о своей неподготовленности и пытаются мешать нам готовить космический корабль к полету!" Из-за пустяка мог разразиться большой скандал. К счастью, до беседы Королева с Хруновым мне удалось предупредить последнего об ошибочности его заявления. Хрунов понял свою оплошность и сумел загладить ее в разговоре с Сергеем Павловичем.
Руденко, Королев, Келдыш, Тюлин и другие присутствовали при надевании скафандров космонавтами, наблюдали за посадкой их в корабль и ходом тренировки в корабле. Королев и Правецкий, Руденко и я, Кузнецов и Бабийчук парами поднимались к люку "Восхода-2", беседовали с экипажем и уточняли отдельные вопросы. Экипаж и руководство Госкомиссии остались довольны проведенной тренировкой.
12 марта.