Никто на свете не умеет копать так, как гномы и говорящие кроты в Нарнии, но они, разумеется, совсем не считают это работой, потому что обожают копать. Прошло совсем немного времени, и они выкопали в обрывистом берегу огромную чёрную яму. И вот из темноты на лунный свет появился – кто не был с ним знаком, вполне мог и испугаться – сначала тонкий длинноногий квакль в остроконечной шляпе, а затем принц Рилиан собственной персоной с двумя огромными конями в поводу.
При появлении Хмура со всех сторон раздались крики:
– Да это же квакль!
– Это старина Хмур!
– Старина Хмур с Восточных болот!
– Где ты пропадал, Хмур?
– Тебя повсюду искали.
– Лорд Трам разослал грамоты с обещанием награды нашедшему!
Внезапно, как по команде, возгласы стихли и воцарилась мёртвая тишина, как это бывает в шумном классе, когда на пороге появляется директор. Все увидели принца.
Никаких сомнений по поводу того, кто перед ними, ни у кого не было. Многие звери, дриады, гномы и фавны помнили принца до того, как его околдовали. Представители старшего поколения нарнийцев не забыли, как выглядел его отец, король Каспиан, в молодости, и увидели в принце разительное с ним сходство. Но я думаю, они бы узнали его в любом случае. Несмотря на то что принц был бледен от долгого пребывания в Глубинном королевстве, одет в чёрное, растрёпан и измучен, во всём его облике было то, что ни с чем не спутаешь, то, что объединяло всех королей Нарнии, правивших волей Аслана, сидевших на троне Верховного короля Питера в Кэр-Паравале. В одно мгновение все головы обнажились, колени преклонились, но уже в следующую минуту окрестности огласили приветственные крики, все принялись прыгать от радости, водить хороводы, пожимать друг другу руки, обниматься и целоваться. Джил тоже прослезилась, растроганная всеобщим ликованием. Этот миг стоил всех пережитых опасностей.
– Прошу, ваше высочество, присоединиться к нам, – пригласил старейший гном, – для скромной трапезы по случаю окончания Большого снежного танца…
– Охотно, отец! – улыбнулся принц. – Наверное, ни один принц, рыцарь, дворянин или медведь не был так голоден, как мы, четверо путешественников, сегодня.
Все двинулись между деревьями к пещере. Джил слышала, как Хмур говорит своим спутникам:
– Нет-нет, моя история может подождать. Ничего особенного со мной не произошло, так что мне самому хотелось бы услышать новости. И, пожалуйста, не щадите меня, говорите всё как есть. Корабль короля потонул? Лесной пожар? Война на границе? Нашествие драконов?
Его слова вызвали дружный хохот и восклицания:
– Узнаём нашего квакля!
Дети валились с ног от усталости и голода, но тёплая пещера с отблесками огня, пляшущими на стенах, полочках с посудой, чашках, блюдцах и тарелках, а также на ровном каменном полу, точь-в-точь как на деревенской кухне, поначалу слегка их оживили. И всё же, пока готовился ужин, они задремали, а пока спали, принц Рилиан рассказал о своих приключениях самым старым и мудрым зверям и гномам. Теперь всем стало ясно: злая колдунья, несомненно, была из той же породы, что и та, которая некогда заморозила Нарнию. Она всё подстроила: сперва убила королеву, а затем заколдовала и самого принца. Поведал принц и о том, как ведьма готовила подкоп под Нарнию, намереваясь захватить её и там править, превратив его в короля-раба, да ещё в его собственной стране.
Из рассказа о приключениях детей стало ясно, что колдунья была в сговоре с людоедами из Харфанга.
– А урок из всего этого можно вынести такой, ваше высочество, – подытожил старейший гном. – Эти ведьмы всегда замышляют одно и то же, только в разные времена методы у них меняются.
Глава шестнадцатая. Избавление от бед
На следующее утро, проснувшись в пещере, Джил на какое-то ужасное мгновение подумала, что опять оказалась в Земных Недрах, однако заметив, что лежит не на голой земле, а в постели из вереска под меховой накидкой, в каменном очаге весело потрескивает огонь, словно его только что разожгли, и в пещеру заглядывает утреннее солнце, вернулась в счастливую действительность. Джил вспомнила, как со всеми вместе они замечательно поужинали, несмотря на то что очень хотели спать. В голове у неё плыли смутные воспоминания о гномах, собравшихся у очага с огромными, больше их самих, сковородками, на которых аппетитно скворчали и пахли колбаски, много-много колбасок, и не жалкие школьные сосиски, где сои больше, чем мяса, а настоящие, со специями, сочные и румяные. А ещё были большие кувшины с горячим пенистым шоколадом, жареная картошка и каштаны, печёные яблоки, начинённые изюмом, и, наконец, мороженое, чтобы освежиться после всех этих горячих блюд.
Джил села и, заметив Хмура и Юстаса, спавших неподалёку, возмутилась:
– Эй вы, двое! Вставать когда-нибудь собираетесь?
– Фух-фух-ух! – раздался чей-то сонный голос у неё над головой. – Ну что ты никак не угомонишься? Нельзя так громко кричать! Ух-ух!
– Кого я вижу! – ещё громче воскликнула Джил, повнимательнее вглядевшись в пушистый комок белых перьев, расположившийся на старинных часах в углу пещеры. – Это же наша многоуважаемая Белокрылка!
– Верно, верно, – заворчала сова, высовывая голову из-под крыла и открывая один глаз. – В два часа прилетела с письмом для принца. Белки принесли хорошие новости. Принц уехал. Вам надо следовать за ним. Хорошего дня…
Совиная голова исчезла, а Джил, не надеясь узнать что-нибудь ещё, встала и отправилась искать, где бы умыться и позавтракать. Почти тотчас в пещеру, постукивая маленькими копытцами по каменному полу, вошёл фавн.
– Наконец-то ты проснулась, дочь Евы! Не могла бы ты разбудить сына Адама? Через несколько минут вам необходимо отправляться в путь: два кентавра были так любезны, что согласились довезти вас на своих спинах до Кэр-Параваля. – Уже шёпотом он добавил: – Надеюсь, вы понимаете, какая это особая, неслыханная честь – ехать верхом на кентавре. Никогда не слышал, чтобы прежде кому-нибудь это дозволялось, так что не стоит заставлять их ждать.
– А где принц? – едва продрав глаза, в один голос поинтересовались Юстас и Хмур.
– Он уехал встречать короля, своего отца, в Кэр-Параваль, – сообщил фавн, которого звали Оррунс. – Корабль его величества ожидают там буквально с минуты на минуту. Вроде бы король не успел уплыть далеко, как встретил Аслана – уж не знаю, видение это было или наяву, – и лев велел ему возвращаться в Нарнию, где его ждёт давно пропавший сын.