Принц опустил меч, а Хмур позволил пленнику сесть. Гном обвёл всех четверых взглядом подслеповатых глазок, откашлялся и начал свой рассказ.
Глава четырнадцатая. Самое дно мира
– Меня зовут Гогл, и я расскажу вашей светлости всё, что знаю. Около часа назад все мы были заняты своей обычной работой, точнее – её работой, в печали и молчании, как это продолжалось изо дня в день из года в год. Когда раздался ужасный грохот, каждый спросил себя, почему так давно не пел, не плясал, не запускал петарды, и каждый подумал: «Должно быть, это колдовство. Почему я несу это бремя? Не желаю больше, и всё!» И мы побросали свои мешки, котомки и инструменты, а когда обернулись, увидели это огромное красное зарево в той стороне. И каждый спросил себя: «Что это?» И сам себе ответил: «Это разверзлась бездна, и прекрасное тёплое сияние исходит с самого дна мира, который ещё ниже нас».
– Ничего себе! – воскликнул Юстас. – Неужели есть места ниже ваших?
– Да, милорд, – ответил Гогл. – Чудесные места, надо сказать. Мы называем их землёй Бисм. Этот колдовской мир слишком уж близко к поверхности. Уф! Да жить здесь – это же всё равно что наверху! А мы – бедные гномы из Бисма, которых ведьма колдовством заманила сюда и заставила работать на неё. Но мы не помнили об этом, пока не раздался этот грохот и чары не рассеялись; не знали, кто мы и откуда родом. Мы механически выполняли лишь то, что она вложила в наши головы, и ничего больше. Все эти годы были наполнены печалью. Я почти забыл, что можно улыбаться, веселиться или танцевать джигу. Но в тот момент, когда раздался взрыв, разверзлась бездна и море стало подниматься, всё опять вернулось ко мне. И конечно, все мы бросились собираться, чтобы через разлом вернуться на родину. И вы видите, как гномы едва не стоят на головах от радости и запускают ракеты. И я был бы очень признателен вашей светлости, если бы вы отпустили меня к ним.
– По-моему, это просто здорово! – восхитилась Джил. – Я так рада, что мы не только спаслись сами, но и освободили гномов. Оказывается, не такие уж они ужасные и мрачные. Совсем как принц, который поначалу мне очень не понравился.
– Всё это очень хорошо, Поул, – осторожно заметил Хмур, – но эти гномы, на мой взгляд, слишком уж похожи на военных. Посмотри мне в глаза, Гогл, и скажи, не готовились ли вы к бою.
– Конечно, готовились, ваша честь, – ответил гном. – Ведь мы не знали, что ведьма мертва, и думали, что она как обычно, наблюдает за нами из замка. Вот и старались улизнуть незаметно. А когда вы четверо появились с мечами и на лошадях, каждый, не подозревая, разумеется, что ваша честь не на стороне ведьмы, сказал себе: «Ну вот, началось». И мы решили, что скорее умрём, чем расстанемся с надеждой вернуться в Бисм.
– Клянусь честью, гном говорит правду! – воскликнул принц. – Давай отпустим его, дружище Хмур. Знаешь, добрый Гогл, ведь я тоже был заколдован, как все вы, и теперь заново вспоминаю себя прежнего. Теперь ещё один вопрос. Знаешь ли ты дорогу к новому туннелю, которым колдунья собиралась вести армию против Наземья?
– И-и-и! – взвизгнул Гогл. – Да, я знаю эту страшную дорогу и готов показать, где она начинается, только не просите меня, ваша честь, быть провожатым: я скорее умру.
– Почему? – забеспокоился Юстас. – Что в ней такого ужасного?
– Слишком близко к поверхности, к внешнему миру, – с содроганием произнёс Гогл. – Это самое ужасное, что собиралась сделать с нами ведьма: вывести наружу, во внешний мир. Говорят, там совсем нет крыши – только ужасная огромная пустота, которая называется «небо». Туннель подошёл так близко к поверхности, что достаточно пару раз ударить киркой, и окажешься наверху. Мне страшно туда даже приближаться.
– Ура! Ну дела! – воскликнул Юстас, а Джил сказала:
– Там вовсе не страшно. Нам нравится. Мы там живём.
– Да, я знаю, – кивнул Гогл. – Но я думал, это потому, что вы не могли найти дорогу вниз. Кому это может нравиться – ползать, как мухи, по верхушке мира.
– Лучше покажи нам дорогу, – предложил Хмур.
– В добрый час! – воскликнул принц.
Все приготовились трогаться в путь. Принц вскочил на коня, Хмур уселся позади Джил, а Гогл пошёл впереди, указывая путь и попутно выкрикивая радостные новости о том, что ведьма мертва и что четверо чужестранцев не представляют опасности. Те, кто его слышал, в свою очередь передавали новость другим, и через несколько минут все Земные Недра звенели от криков и смеха, а гномы сотнями и даже тысячами становились на головы, играли в чехарду, запускали огромные петарды и выписывали вензеля вокруг Уголька и Снежинки. Принцу пришлось раз десять повторять свою историю, и каждый раз слушатели кричали «ура!».
Вот так и дошли они до края разлома примерно тысячу футов длиной и около двухсот – шириной. Спешившись, путники заглянули вниз, и в лица им повеяло нестерпимым жаром, а в воздухе разлился необыкновенный, доселе незнакомый запах. Насыщенный, резкий и волнующий, он щекотал ноздри. Из глубины пропасти шло такое сияние, что поначалу, ослеплённые, они ничего не увидели. Постепенно, когда глаза привыкли, им показалось, что внизу течёт огненная река, а по берегам можно различить поля и перелески, издававшие нестерпимо яркое сияние, хоть и были темнее реки. Здесь перемешалось синее, красное, зелёное и белое, словно в витражном стекле, сквозь которое в полдень бьют лучи тропического солнца. На этом ослепительно ярком фоне сотни бывших оби-тателей Земных Недр, карабкающихся по неровным стенам обрыва вниз, казались чёрными мухами.
– Ваши светлости, – раздался голос Гогла.
Обернувшись, поначалу друзья какое-то время видели перед глазами лишь темноту.
– Почему бы и вам не спуститься в Бисм? Там вы будете счастливее, чем в холодной, открытой всем ветрам, голой стране наверху. Вы можете хотя бы ознакомиться с нашим миром.
Джил была уверена, что никто и думать об этом не станет, но, к своему ужасу, услышала голос принца Рилиана:
– Пожалуй, дружище Гогл, я действительно спущусь вместе с тобой. Это же так здорово! Может статься, ни одному смертному никогда не представится случай заглянуть в Бисм. Как же я смогу дальше жить с мыслью, что мог проникнуть на самое дно мира и не сделал этого? Но можно ли там существовать человеку? А сами вы что, плаваете в огненной реке?
– О нет, ваша честь. Конечно, нет. В огне живут только саламандры.
– Что за зверь эта ваша саламандра? – спросил принц.
– Трудно определить, ваша светлость, – сказал Гогл. – Они раскалены добела, и на них трудно смотреть, но больше всего напоминают дракончиков. Они говорят с нами прямо из огня, и слушать их – одно удовольствие.
Джил бросила взгляд на Юстаса, не сомневаясь, что ему идея спуститься в преисподнюю понравится ещё меньше, чем ей, но при виде его лица у неё упало сердце. Сейчас он был больше похож на принца, чем на прежнего Вреда из экспериментальной школы. Он словно вернулся в те дни, когда совершал плавание с королём Каспианом.
– Ваше высочество, если бы здесь был мой старый друг, мышь Рипичип, то сказал бы, что, откажись мы от этого приключения, нас не за что было бы уважать.