— Понял, будете довольны. Извините еще раз.
Коллингс постучал к Напоре. Поляк, стоя у открытого иллюминатора, разговаривал по воки-токи [115] с «Триглавом», скорее всего, с капитаном Савицким. Разговаривали по-польски, Коллингс не смог уловить ни одного знакомого слова. Он показал Напоре лист, и тот жестом показал на стол. Положив лист, Коллингс кивнул и вышел. Через мгновенье он наслаждался отличным кофе-эспрессо, и пришел к выводу, что, несмотря на бессонную ночь, находится в неплохом физическом состоянии. Хотел сначала поговорить с Аланом Райтом, тот сделал несколько рейсов с фон Модровым и мог бы кое-что рассказать о нем, его жене и отношениях, сложившихся на лайнере. К сожалению, Райт сейчас нес вахту. Коллингс не хотел разговаривать с ним при матросах, а замыкание в штурманской рубке было бы слишком явным пренебрежением обязанностями. Он решил, что нанесет визит Джейн. В этой ситуации она должна быть его союзником. Он погасил недокуренную сигарету и направился в сторону апартаментов миссис Модров.
Джейн явно обрадовалась его приходу.
— Как мило с твоей стороны, что заглянул ко мне. После всего, что случилось, я чуть не сошла с ума.
— Ты не запираешь двери?
— Начинаешь следствие? Разве то, что я не запираюсь, бросает на меня подозрение?
— Я и не думал об этом.
— Извини, нервы. Выпьешь виски?
— Охотно.
— Ну и отлично. Я с самого утра хочу выпить. Но некоторые вещи, сами по себе приятные, делать в одиночку не с руки. Имею в виду алкоголь и прием пищи — усмехнулась Джейн. — У меня есть Баллантайнс, Джонни Уокер и Джей-энд-Би, что выберешь?
— Джей-энд-Би, мой любимый. В Штатах его нелегко достать.
— Со льдом?
— Да, но без воды.
— У нас похожий вкус.
Джейн подала ему бокал.
— Я решил найти убийцу Риза, — сказал Коллингс.
— То есть пришел с целью проводить следственные действия.
— Я пришел к тебе, так как рассчитываю на твою помощь.
— Конечно, я охотно помогу тебе, но как?
— Риз наверняка погиб из-за того, что слишком много знал. Он ввязался в какую-то аферу, о которой я ничего не знаю. Теряюсь в догадках. Знаешь, мы с ним дружили и не имели тайн друг от друга, но он мне не успел ничего передать. Может, он попал в поле зрения убийцы только вчера, или же видел или знал что-то, не отдавая себе отчета в том, что это что-то может компрометировать заинтересованную особу. Ты лучше знаешь людей на этом судне — несколько последних рейсов ходила вместе с мужем. Наверняка что-нибудь заметила.
— Мыслишь логично. А тебе не приходит в голову, что Риз уже довольно давно играл в детектива? Может, держал кого-то под подозрением, но не делился с тобой, так как хотел удивить всех результатами своего следствия.
— Я думал об этом. Эта версия представляется мне мало правдоподобной, но полностью я ее не исключаю. Возможно, Пол старался выследить убийцу твоего мужа.
— Сдается мне, Питер, что ты слишком увлекся своими фантазиями. Прежде всего я не верю в то, что Герхарда убили. Я заботилась о нем в течение всей болезни, была рядом при его смерти. Поначалу у него были обычные симптомы гриппа: температура, ломота в костях. Потом он страдал от боли в желудке. Все время новые вирусы, они вызывают такие странные осложнения. Герхард был уже не молодой и не выдержал этой атаки. Подозрения польского врача кажутся мне сильно преувеличенными. Эти поляки — огромные формалисты. Присмотрись Напоре, какой он всегда аккуратный и официальный.
— Может, ты и права, не стоит связывать между собой эти две смерти.
— Создалась странная ситуация. Я никак не могу поверить, что внизу под палубой лежит замороженное тело Герхарда. Имею претензию к полякам, что они не позволили провести настоящие морские похороны на середине Атлантики, по которой Герхард плавал почти всю свою жизнь. Знаю, что он хотел бы этого.
— Ты перед смертью не разговаривала с ним по этому поводу?
— Нет. Почти до самого конца он не сознавал всю серьезность болезни, отшучивался на предмет «чертова гриппа» и не хотел ложиться в кровать. Только за полчаса до смерти до него дошло, что умирает, но к этому времени он уже не имел сил разговаривать.
— Искренне тебе сочувствую, Джейн.
— Не надо, Питер. Есть вещи, которые надо пережить самому. Знаешь, несмотря на разницу в возрасте, мы были счастливы в браке, имели столько планов на будущее. Пенсия Герхарда и кое-какие сбережения позволили бы жить нам безбедно. Мы планировали зиму проводить на Канарских островах, а летом путешествовать по Европе на лодке или каяке. Мы оба увлекались плаванием по редко посещаемым водным путям. Герхард просиживал над картами, выискивая интересные речушки, каналы и соединения между озерами, намечал трассу. Каждый день ночлег на новом месте, новые люди, новый пейзаж, тишина и покой. Совсем иначе, чем на богатых курортах... Разговорилась я. Но, как видишь, закончился этот этап в моей жизни. Все планы рухнули. Надо будет найти работу. Я уже решила, что не останусь нудной, вечно скорбящей вдовой. Двое суток после смерти мужа оставалась в одиночестве в каюте, почти не ела и не спала. Вспоминала нашу совместную жизнь, чуть ли не день за днем. Опухла от слез, была близка к истерии, мучила себя. И наконец сказала себе: стоп! Легче всего сломаться! Приняла холодный душ и стала размышлять о том, что буду делать по прибытию в Европу, как буду устраивать свою жизнь. Герхард умер всего четыре дня назад — ты считаешь меня циничной?
— Нет, Джейн, я считаю, что у тебя сильный характер. Не каждый так смог бы. У тебя будут еще минуты слабости, но ты справишься.
[115] Воки-токи (англ. walkie-talkie) — переносная портативная ультракоротковолновая радиостанция.