Саша собрала вещи и направилась к выходу. Она остановилась в дверях и взяла один из рекламных проспектов, лежащих на столе, после чего сказала на прощание:
– В «Игольнице» на стекле есть пулевые отверстия. Калибр восемь миллиметров. Из какого оружия хотел застрелиться Игла? Раз уж вы его спасали, то наверняка должны были запомнить модель.
– Спросите у нашего друга, всадника апокалипсиса. – Буль улыбнулся.
– Что, простите? Буль вынул из ящика стола нечеткое фото с мониторинга.
На нее смотрел Дарт Вейдер. Саша сразу же вспомнила пошевелившуюся занавеску и человека в маске.
– Это он тогда спас Иглу, забрал у него ствол. Я пришел позже. Они говорили полночи. Когда я вошел, сосед сразу улетучился, а Игла резко выстрелил в меня. Может, от страха? Может, этот придурок что-то ему напел? Понятия не имею. Если мой нос ищейки не обманывает, то это он перед Пасхой повредил электропроводку. Собственно, уже не в первый раз.
– Вы это знали?
– Никому в голову не пришла бы настолько идиотская идея с маской. – Буль пожал плечами. – Доказательств, конечно, у меня нет. Только вот на этот раз Вальдемар Габрысь превзошел самого себя.
– То есть, если я правильно поняла, – уточнила Саша, – этот человек спас Иглу от смерти, а потом перед его убийством вырубил свет всему дому?
Буль кивнул.
– Зачем?
– Может, приближается конец света? – Он издевательски засмеялся. – Это псих, но ему не чужда логика. И наверное, сам он – личность очень организованная.
– Где мне найти этого Князя тьмы?
– Он уехал куда-то. Сразу после того, как донес на меня. Когда вернется – не знаю. Не только он меня пасет. Я тоже не слепой, вижу все, что происходит. Если вы хотите с ним поговорить, то предлагаю подойти на Пилсудского, 7, квартира 9, пятый этаж. – Буль вдруг посерьезнел. – А сейчас, с вашего позволения, мне надо заняться делами. Вот-вот коллеги из бывшей фирмы придут, чтобы задержать меня для допроса. Необходимо определить фронт работ всем сотрудникам, чтобы, пока меня не будет, бизнес не стоял. Я ведь не выйду в ближайшие сорок восемь часов. Или я ошиба юсь? – Мне об этом ничего не известно, – ответила Залусская.
Саша сообщила главврачу, что она уже здесь. Он велел ей подождать у палаты. Он даст знать, когда можно будет войти. Она направилась в указанном направлении.
Двое в форме скучали у палаты, в которой лежала Иза Козак. Они показывали друг другу что-то в своих телефонах, не обращая внимания на Духа, дремлющего на стуле. Не в пример Залусской, капитан этим утром был не в настроении. Выглядел плоховато. Лицо опухшее, как после бессонной ночи. Подойдя к нему, она поняла, что причина довольно прозаична.
– Вы закопали топор войны, – прошептала она, стараясь не обращать внимания на запах перегара.
– Этот алкаш Валигура хотел меня уничтожить, – сказал Духновский, не открывая глаз. – Конечно же ему это не удалось. Надеюсь, он преставился и жарится в аду.
– Если заслужил. – Саша достала из сумки бутылку минералки и протянула Духу. Он взял ее не глядя и присосался к горлышку потрескавшимися губами. Краснотой глаз он мог бы вполне посоревноваться с ангорским кроликом.
– У тебя не найдется бутылочки пивка или чекушечки, чего-нибудь… – промурлыкал он.
Саша покачала головой.
– Я просто так спросил, – вздохнул он. – На всякий случай. А вдруг.
Она засмеялась. Удивительно. Глядя на то, как он мучается, она чувствовала себя просто превосходно.
– А ты, я вижу, в отличной форме, – добавил он, потирая небритое лицо. – Вчерашнее забыто, и это очень хорошо. Тебя не так просто сломать.
Саша не снизошла до того, чтобы прокомментировать эту тираду. По правде говоря, она только делала вид, что переварила вчерашнее унижение.
– Беру это на себя. – Она указала на палату, в которой лежала Иза Козак. – Можешь пойти выпить кофе или остаться и поддержать меня молчанием. Проверишь, как я справляюсь.
– Как-нибудь, – сказал он. И тут же, хитро улыбаясь, добавил: – Как-нибудь проверю.
– Предпочла бы услышать, что я просто ангел, спасающий тебя.
– Ты не ангел, – ухмыльнулся он. – Но могла бы им стать, если бы захотела.
– Ты ничего обо мне не знаешь.