И тот факт, что мы разговаривали с инспектором полиции, предполагал, что не добралась.
– Как держится Кокер?
Ланди поморщился, и я заметил, как топорщатся его усы, когда он глотнул чаю.
– Как и следовало ожидать. Если у Джемми Траска есть хоть капля здравого смысла, он будет всеми силами его сторониться.
Я об этом не подумал, но Ланди был прав. Пусть Джемми и не виноват напрямую в случившемся, Кокер это воспринимает совсем по-иному.
Мы помолчали среди гулкого шума кафетерия. Я покорно пережевывал сэндвич с мягким сыром, а инспектор разорвал целлофан с запечатанного куска фруктового торта. Он хоть и позавтракал, но решил, что место для сладкого найдется. Чтобы не разбивать компании, застенчиво улыбнулся он. И неожиданно добавил, обведя глазами зал:
– Забавные места. Я говорю о больничных столовках. Когда бы ни пришел, всегда одно и то же. Как будто все в порядке. Хотя ничего подобного, если понимаете, что я имею в виду.
Раньше я об этом не задумывался, но был период, когда сам работал и проходил практику в больнице, и потому смотрел на это несколько иначе.
– Люди должны есть.
– Понятное дело. – Он доел торт и начал рассеянно отрывать кусочки полистирола с ободка чашки. – Мне сюда еще завтра приходить. В саму больницу, а не в кафешку.
Я взглянул на него и подумал, не предстоящий ли визит к врачу причина его настроения?
– С вами все в порядке?
По выражению лица инспектора я понял, что он пожалел о своей откровенности.
– Ничего серьезного. Эндоскопия. Подозревают, что у меня язва. Много шума из ничего. Но вы же знаете врачей.
– Да, мы вечно надоедаем и стоим над душой.
Я замечал, что инспектор принимает антацид, но решил, что от несварения желудка. Он улыбнулся, признавая, что забыл о моем прошлом врача-терапевта. И сразу перешел к работе:
– Как продвигаются дела с трупом из протоки? Удалось ознакомиться с заключением патологоанатома?
– Да. – До сих пор основной темой нашего разговора было исчезновение Стейси Кокер, и у меня не было повода коснуться чего-либо другого. – Переломов костей гораздо больше, чем я предполагал.
– Это может быть следствием удара лодки?
– Может. Но для этого судно должно быть либо большим, либо идти на высокой скорости. Трудно представить, чтобы подобное случилось в заводи Бэкуотерса.
– Нам неизвестно, откуда тело взялось. Возможно, его принесло из устья или вообще издалека.
– И оно достаточное время оставалось на плаву, чтобы запутаться в колючей проволоке, где мы его нашли?
Ланди оторвал от чашки очередной кусочек полистирола.
– Понимаю. Неправдоподобно. Вы так считаете. Но трудно представить что-либо иное, кроме лодки, чтобы так искалечило лицо.
– Можно представить.
Брови инспектора поползли вверх.
– Вы что-то обнаружили?
– Не исключено, – признал я. – Хотя рентгеновский снимок не передает достаточно деталей. Наверняка буду знать только после того, как осмотрю сам череп.
– Держите меня в курсе. – Ланди снова казался расстроенным. – Кстати, я пробил шофера сэра Стивена. Его зовут Брендан Портер. Сорока девяти лет. Водит машину у Уиллерсов больше двадцати лет. Подростком озорничал, но в восемнадцать пошел в армию и исправился. Сначала подменял штатного шофера, когда тот болел, затем занял его место. Странный выбор, но раз он продержался там так долго, значит, нашел свою нишу.
– Как по-вашему, зачем он подкатывался ко мне? Хотел угодить боссу?