– Кто же ее сфотографировал? – спросила с улыбкой Блум.
– На этот вопрос она отвечать отказывается, – сказал Бергер. – Снято с балкона гостиницы. То есть она отдала свой телефон человеку, который находился на приличном расстоянии и который мог просто сбежать с ним. Интересно, кому можно так безоговорочно доверять?
– Совсем не обязательно, что все было именно так, – возразила Блум. – Кто-то мог сфотографировать ее и переслать снимки.
– Ты рассуждаешь как настоящий детектив, – заметил Бергер. – Это хорошо. Для будущего.
– Ты действительно считаешь, что мы можем отремонтировать домик и открыть частное детективное агентство?
– Да. Только при одном условии.
– Каком?
– Что мы будем доверять друг другу.
Она ничего не ответила. Бергер внимательно смотрел на нее.
– Между нами было много недоверия и подозрений, – сказал он наконец. – Я до сих пор не знаю, могу ли тебе верить до конца. У меня осталось много вопросов.
Она продолжала молчать. При этом помрачнела.
– У тебя остались от меня секреты, Молли? Например, у СЭПО ведь нет такой должности, как «администратор вертолетного транспорта», или как там ты его назвала? Как ты нашла меня на крошечном островке недалеко от Ландсорта?
Она сидела молча. Смотрела в пустоту. Перед глазами стояли два церковных зала.
– Кто-то нас спас, – продолжал Бергер. – Близнецы уже сидели в резиновой лодке, Фрейя туда как раз забиралась. Нас спас какой-то высокий и худой бледный мужчина. А потом, стоя на берегу, там, на острове Эйя, отдал нам честь. О нем в твоих отчетах не упоминается. Но ты ведь должна была его видеть.
Молли скорчила гримасу.
– Да, на острове были друзья, – ответила она уклончиво.
– Друзья! – воскликнул Бергер. – Что еще за друзья?
– На Ландсорте сохранилось несколько старых артиллерийских пушек. Под ними – подземные помещения. Там они и прятались. Как раз там и собирался укрыться Август Стен, чтобы похитить твоих детей.
– Но откуда эти друзья?
– Из Европы, – ответила Блум со слабой улыбкой.
Бергер вытаращился на нее с нескрываемым изумлением.
– Значит, эти «друзья» заранее знали об аукционе, потому что…
– …потому что я им рассказала, да.
Бергер чувствовал, что ему не хватает слов. Что весь его словарный запас исчерпан.
А Блум продолжала:
– До них дошла информация о том, что в СЭПО не один крот, а целых два. Я похитила Августа Стена, потому что он и был вторым – кротом, охотящимся на крота. Они знали про Стена, но не про Карстена; когда я очнулась, я не знала о предательстве Карстена, иначе не стала бы обращаться к нему за пистолетом. Нашим друзьям было необходимо добраться до информации, которой владел Али Пачачи. О Жане Бабино, об аукционе. Чтобы прибыть туда вовремя, не допустить проведения аукциона, остановить массовую продажу оружия, добраться до склада боеприпасов и задержать представителей сразу нескольких криминальных организаций. Хотя о том, что всей деятельностью заправляет Нильс Гундерсен, никто не знал.
– Но тебе необязательно было убивать отца.
– Он не был моим отцом, – возразила Блум, глядя на близнецов.
Те веселились на полную катушку.
– Ну, приемного отца. Тебе незачем было убивать его.