Он поднял стакан в насмешливом приветствии.
— И вот я опять свободный человек. Если не считать, что теперь люди будут на меня пялиться и думать: «А-а, нет дыма без огня…» Или: «Никогда мы ему не верили, и правильно делали».
— Да ведь ты же ни при чем…
У него на скулах заходили желваки, однако ответил он довольно спокойно:
— Верно, ни при чем. И к другим убийствам тоже отношения не имею.
Признаюсь, я вовсе не собирался его расспрашивать, но сейчас, оказавшись рядом, не смог удержаться. Бен вздохнул и повел плечами, расправляя ноющие мускулы.
— Ошибка вышла. Кто-то брякнул полиции, будто видел мою машину возле того дома, хотя это попросту невозможно.
— А если есть алиби, зачем ты сразу не сказал? Господи Боже, да на кой ляд вообще надо было делать вид, будто ты что-то скрываешь?
Бен отпил еще глоток.
— Потому что так оно и было. Да только скрывал я вовсе не то, что они себе вообразили.
— Вот как? Смею надеяться, овчинка стоила выделки… — Я не мог скрыть злости в голосе. — Черт возьми, Бен, полиция на тебя полдня убила!
Он скрипнул зубами, но тем не менее упрек принял.
— Я с женщиной встречался. Ты ее не знаешь, она живет… короче, она не из поселка. Я был у нее.
Тут до меня дошло.
— Она замужем…
— Да-а, замужем… Правда сейчас, когда полиция позвонила ее мужу, дескать, не подтвердит ли его благоверная, что была со мной в постели… Хм-м, не думаю, что у них все продержится долго.
Я промолчал.
— Да знаю, знаю. Надо было раньше об этом сказать, — быстро заговорил он. — Вот ей-богу, локти себе кусаю! И сам бы не мучился, и теперь бы не сидел не страдал, что все можно было сделать по-иному. Но ты же пойми: когда тебя вытащат из дому да бросят в каталажку, сразу и не сообразишь, что к чему…
Он потер осунувшееся лицо.
— И все потому, что кто-то ляпнул сдуру, будто видел мою машину.
— Да нет, не сдуру. Это Карл Бреннер.
Бен резко вскинул голову. В глазах появился задумчивый огонек.
— Старею, должно быть, — сказал он секунду спустя. — Черт, а я даже не подумал о нем.
Мы все дальше отходили от чуть было не разразившейся перепалки, молчаливо соглашаясь, что за язык нас тянул стресс.
— Я к нему домой ходил. Бреннер не признался, хоть я готов поклясться, что это он.
— От такого субчика признания не дождешься, и все равно спасибо.
— Я пытался не только из-за тебя. Мне хотелось, чтобы полиция занималась поисками Дженни, а не проверяла тупиковые версии.
— Что ж, я не в обиде. — Он посмотрел на стакан и отставил его в сторону. — Так, и что еще поведал твой друг инспектор?
— Сказал, что у тебя была связь с Салли Палмер. И про нападение на женщину тоже говорил…
Бен кисло рассмеялся.