Я начал разматывать повязку. Женщина стояла в дверях и наблюдала.
— А нельзя попросить чашечку чая? — сказал я, не поднимая головы.
На секунду мне показалось, что она откажет. Потом, фыркнув по дороге, миссис Бреннер удалилась на кухню.
После ее ухода в комнате слышался только шорох снимаемых бинтов да звук бубнящего телевизора. Во рту пересохло. Я рискнул бросить взгляд на Скотта. Он внимательно следил за моим лицом. В зрачках читалось некоторое беспокойство.
— Расскажите-ка еще раз, как все было, — попросил я.
— В силок попал.
— Где же вас так угораздило?
— Не помню.
Я смотал последний виток и поднял повязку. Глазам вновь открылись уродливые швы.
— Повезло вам, ведь могли и ногу потерять. Впрочем, если попадет инфекция, так оно и выйдет.
Я знал, что на самом деле опасность миновала, однако мне хотелось выбить его из равновесия.
— Разве я виноват? — хмуро заметил он. — Я же не специально туда сунулся.
— Ну конечно, нет… Кстати, если поврежден нерв, вы останетесь хромым на всю жизнь. Надо было раньше показаться врачу. Что ж вы так затянули? — Я в упор взглянул на Скотта. — Или просто Карл был против?
Он спрятал глаза.
— Да ему-то что?
— Так ведь все знают о его браконьерстве. Уж конечно, ему меньше всего хотелось попасть на допрос в полицию из-за того, что брат угодил в ловушку.
— Я вам уже говорил, это не наша, — пробурчал он.
— О'кей, — ответил я, будто мне все равно, и с преувеличенным вниманием принялся осматривать рану, поворачивая ступню в разные стороны. — Но в полицию так и не сообщили, верно?
— Когда они приехали, я им все рассказал, — защищаясь, возразил он.
Я не стал упоминать, что именно с моей подачи Маккензи оказался в курсе.
— Ну а что Карл?
— В смысле?
— Когда прибыли полицейские, он говорил вам, как себя вести, что рассказывать?..
Скотт внезапно отдернул ногу.
— Да тебе-то что?!
Я попробовал перейти на умиротворяющий тон, хотя внутри все кипело:
— Он ведь немножечко соврал полиции, да?
Сейчас Скотт свирепо пялился мне в лицо. Я понимал, что слишком далеко зашел. Только как иначе распутать это дело?
— Пошел отсюда! Я сказал, вон пошел, козел!
Я встал.