— О Господи, — выдохнул Саймон.
— Развлекайтесь, вы двое! — Поддразнил Мерлин, вставая, чтобы вернуться к столу Хаффлпаффа. Только сев, он понял, что знакомой белокурой головки нигде не видно.
— Я собрал кое-какую информацию из других факультетов, мы все получили сообщения от наших деканов, и наиболее вероятный сценарий заключается в том, что это танцевальная практика для Святочному Балу через несколько недель, — сообщил Мерлин остальным. Все его друзья застонали, включая Кору. — Да ладно вам, ребята, будет весело!
— Мы беспокоимся вовсе не о танцах, — сказал Роб.
— Говори за себя, — пробормотала Кора.
— Это все из-за пар, — сказал Роб с озабоченным выражением на лице. — Я имею в виду, что у Коры есть девушка, но как насчет нас? Мы все до боли одиноки.
— Говоря словами Коры, говори за себя, приятель, я приглашу Чо, — спокойно сказал Седрик, махнув рукой в сторону стола Равенкло, где молодая девушка покраснела и помахала в ответ.
— Ты просто невероятен, — сказал Мерлин. — А где же Павел?
— Сказал, что ему надо было сходить за чем-нибудь в общежитие минут пятнадцать назад — ответил Верн, запихивая в рот последний кусок булки.
— Так почему же он до сих пор не вернулся? Он же не мог так заблудиться, правда? — Спросил Мерлин, зная печально известный талант Павла полностью поворачивать назад с его бесполезным чувством направления.
— Мы должны пойти и убедиться, что он этого не сделает, у нас еще есть зелья, и каким бы идиотом он ни был, я не хочу, чтобы у него были неприятности, — пробормотала Кора, прежде чем допить свой тыквенный сок. Пятеро студентов встали из-за стола и направились в общий зал Хаффлпаффа. Они были уже почти на полпути, когда Седрик отодвинул гобелен, чтобы срезать путь, и все пятеро замерли.
Прислонившись к стене в коридоре, Павел и Лидия обнимали друг друга, целуясь.
— Так его, дорогая, — хитро произнёс Верн. Они отпрыгнули друг от друга, как от огня. Кора не смогла сдержать смех, смотря на ошарашенное лицо Павла. Лидия же принялась приглаживать волосы и поправлять размазавшуюся помаду; хоть она и выглядела совершенно не заинтересованной в происходящем, её глаза всё ещё ярко светились, а со щёк не спадал румянец.
— Эм… это не то, о чём вы подумали? — Начал было Павел, но Лидия легко шлёпнула его по плечу.
— Это именно то, о чём вы подумали, — исправила она. — И я ожидаю, что эта тайная интрижка станет нормальными отношениями в течение следующего часа.
Павел обеспокоенно посмотрел на неё и её отстранённая улыбка превратилась в нежную, когда она опустила ладонь на его лицо.
— Я не стыжусь тебя, Павел, а твоим друзьям, похоже, все равно, так в чем же дело? — Тихо спросила Лидия. Мерлину показалось, что он вторгся в чью-то личную жизнь.
— Я… ничего, — сказал Павел. — Ты хочешь быть моей девушкой? Официально? — С надеждой спросил он.
— Ты идиот, — вздохнула Лидия, быстро чмокнув его в губы (которые теперь были покрыты размазанной помадой). — Да, Кайдановский, я хочу быть твоей девушкой. — Лицо Павла тут же просияло, и Лидия закатила глаза. Они вдвоем вышли из коридора, и Лидия бросилась в Большой зал, подмигнув в ответ Павлу, у которого на лице застыло отвратительно влюбленное выражение.
— Ты отвратителен, — пробормотала Кора, но не смогла скрыть насмешки в уголках губ.
— И мы очень сильно опоздаем, если прямо сейчас не отправимся на зелья, - сказал Роб, взглянув на часы. — И сотри эту помаду, Павел, она не подходит к твоему цвету лица. Павел ошеломленно вытер рот тыльной стороной ладони, отчего ситуация стала еще хуже, и Мерлин засмеялся, покачав головой, когда они начали спускаться в подземелье.
Комментарий к Глава 10: Сопротивление
(отбечено)
========== Глава 11: Беспокойство ==========
— Святочный бал — одна из старейших и наиболее уважаемых традиций Турнира Трех Волшебников, — начала профессор Спраут. За это время вся мебель в комнате исчезла, а на столике рядом с ней стоял одинокий граммофон. Все ученики — с четвёртого по седьмой курс — столпились в комнате, каким-то образом в общей толчее сумев образовать небольшую площадку для танцев.
— Школа, в которой проводится Турнир Трех Волшебников, также очень уважаема, и поэтому я ожидаю, что вы все будете вести себя прилично, мисс Даллас, — сказала она, прищурившись и глядя на Кору, которая улыбнулась ей. — Как следует из названия, это действительно бал, а значит, будут и танцы. И прекращайте стонать, заверяю вас: это и в половину не так мучительно и ужасно, как вы думаете. Честно говоря, единственный, кому будет мучительно и ужасно — мистер Эмери.
Услышав свое имя, Мерлин тут же выпрямился и нахмурился. — Но почему же?
— Потому что, мистер Эмери, четыре избранных чемпиона должны быть первыми, кто танцует перед всеми. — Тут все засмеялись, и Мерлин побледнел. Седрик успокаивающе положил руку ему на плечо, но Мерлин почувствовал, как она предательски дрожит от его сдерживаемого смеха.
— Морган, тогда тебе лучше найти себе пару! — Поддразнила его Кора, толкнув локтем в бок. Мерлин застонал и еще глубже погрузился в кресло. Все девушки, которых он знал, уже были заняты или ходили на свидания, а о бале только объявили.
— Значит, чтобы доказать, что танцевать может кто угодно … Эмери, вставай, — сказала профессор Спраут, и Мерлин яростно замотал головой.