«Платон мне друг, но истина дороже». Кажется, латинский афоризм.
На сей раз он добился ответной реакции. Юго смотрел на него…
Ярко-голубыми глазами. «Взгляд как у матери, — подумал Сервас, — хотя у Марианны глаза зеленые». Сходство с Марианной было заметно и в очертаниях губ и лица. Мартен почувствовал смятение.
— Я говорил с твоей матерью, — неожиданно для себя самого сказал он. — Мы когда-то были друзьями. Очень близкими друзьями.
— …
— До того, как она познакомилась с твоим отцом…
— Она никогда мне о вас не рассказывала.
Первая произнесенная Юго Бохановски фраза произвела эффект разорвавшейся бомбы. Сервас задохнулся, как от удара кулаком в живот.
Юго не врет.
Сервас откашлялся.
— Я тоже учился в Марсаке, — сказал он. — Как и ты. Теперь туда поступила моя дочь. Марго Сервас. Она на первом курсе.
На сей раз он сумел привлечь внимание молодого человека.
— Марго — ваша дочь?
— Ты ее знаешь?
Юноша пожал плечами:
— Кто же не знает Марго? В Марсаке все ее знают… Марго хорошая… Она нам не сказала, что ее отец — сыщик.
Голубые глаза Юго пристально смотрели на Серваса. Полицейский понял, что ошибся: парень не боится, просто решил молчать. Ему семнадцать, но он выглядит куда более зрелым.
— Почему ты отказываешься говорить? Ты понимаешь, что тем самым усугубляешь свое положение? Вызвать к тебе адвоката? Пообщаетесь, мы вернемся к разговору.
— Зачем мне адвокат? Я был там, когда она умерла, или появился чуть позже… У меня нет алиби… Все против меня… Выходит, я виновен?
— А ты виновен?
По глазам Юго майор ничего не сумел определить, если в них что и было, то только ожидание.
— Вы ведь для себя все уже решили… Так какая разница, правду я говорю или вру?
— Разница очень большая, — ответил Сервас.
Сказанное не соответствовало действительности, он и сам это знал.
Во французских тюрьмах сидит множество невиновных, а по улицам расхаживают преступники — и немало. Судьи и адвокаты рядятся в мантии, кичатся принципами, произносят речи о морали и праве — и мирятся с системой, прекрасно зная, что она плодит море юридических ошибок.
— Ты позвонил матери и сказал, что проснулся в доме и нашел мертвую женщину, так?
— Да.
— Где именно ты проснулся?
— В гостиной, внизу.
— В каком месте гостиной?