— Я собирался, но…
Стрэтчен на минуту как будто потерял нить рассказа, но быстро собрался с мыслями.
— Мы обычно обедаем рано, у нас ведь маленькая дочь, но в тот раз баранья нога жарилась довольно долго, и мы сели за стол только в начале третьего, позже, чем обычно, еще и потому, что мне требовалось привести себя в порядок перед обедом, чтобы не вызвать ненужных пересудов среди прислуги. Итак, мы вышли из-за стола почти в три часа. Когда я наконец собрался, было, наверное, около пятнадцати минут четвертого. Подойдя к забору, чтобы открыть ворота, я увидел Тома Кларка, идущего со стороны поля для гольфа. Как раз напротив моей калитки ему встретился констебль из Гейтхауса.
Максвелл выжидающе молчал. Стрэтчен тяжело сглотнул и продолжил:
— Они не заметили меня из-за ограды, но я их прекрасно слышал. Полисмен спросил у Кларка, не видел ли тот на поле провоста. Том ответил, мол, да, видел, а констебль ему в ответ: «Его разыскивают. Мистера Кэмпбелла нашли мертвым в Ньютон-Стюарте».
Дальше они направились куда-то вдвоем, а я вернулся обратно в дом, чтобы хорошенько поразмыслить над ситуацией.
— О чем конкретно?
— Понимаете, я никак не мог сообразить, каким образом все это может отразиться на мне, но чувствовал, что сейчас не совсем подходящий момент, чтобы тревожить Фарренов. Визит к ним мог вызвать сплетни. В любом случае, мне нужно было время.
— Именно тогда вы услышали о случившемся несчастье впервые?
— Да. А что в этом необычного? Ведь новость только-только начала распространяться.
— Вы удивились?
— Естественно!
— Однако вы отчего-то не поспешили разузнать подробности, как поступил бы любой другой человек.
— Верно.
— Почему?
— Что, черт возьми, значит «почему»? Просто не поспешил, и все.
— Хорошо, пока оставим это. Когда лорд Питер Уимзи зашел к вам вечером, как я понял, в Керкубри вы еще не были?
— Именно так.
— Он сообщил о кончине Кэмпбелла вашей жене. Вы не говорили ей об этом раньше?
— Нет. Я не знал никаких подробностей и полагал, что будет лучше вообще ни о чем не распространяться.
— Вы не сказали лорду Питеру о том, что уже в курсе дела?
— Нет.
— По какой причине?
— Решил, что жена сочтет странным то, что я умолчал о трагедии.
— А о вашем синяке под глазом речь шла?
— Да. Я дал… э… ложное объяснение.
— Почему?
— Потому что Уимзи не имел к этому делу никакого отношения!
— А что супруга подумала насчет вашей версии событий?
— Почему вас это интересует?