Она постояла, рассеянно разглядывая свое лицо в зеркале, так и не выпустив из рук виноградную плеть.
– Бедняжка!
Глава XVII
Венец власти
Осторожно вошел Питер с графином.
– Все в порядке, – сказала Гарриет. – Она ушла. Он поставил вино, тщательно рассчитав расстоя ние от огня, и светски заметил:
– Мы все же нашли графины.
– Да, я вижу.
– Господи, Гарриет, что я говорил?
– Ничего страшного, дорогой. Всего лишь цитировал Донна.
– И все? Мне-то казалось, что я и от себя пару фраз вставил… Ну да какая разница. Я люблю тебя, и мне плевать, сколько народу это знает.
– Благослови тебя бог.
– И все же, – продолжил он, решив раз и навсегда покончить со щекотливой темой, – этот дом действует мне на нервы. Скелеты в дымоходе, трупы в погребе, пожилые дамы за дверью… Перед сном надо будет заглянуть под кровать… Ой!
Он нервно вздрогнул оттого, что вошел Бантер с торшером в руках, и замаскировал смущение, лишний раз наклонившись пощупать графин.
– Это все-таки портвейн?
– Нет, кларет. Несколько моложавый, но приятный леовиль с незначительным осадком. Судя по всему, хорошо перенес дорогу – он вполне прозрачен.
Бантер поставил торшер у камина, метнул на графин взгляд, исполненный немой боли, и неслышно удалился.
– Не я один страдаю, – сказал его хозяин, покачав головой. – Бантер очень нервничает. Принял близко к сердцу этот беспораддлок – это была последняя капля. Сам-то я люблю и суету и суматоху, если в меру, но у Бантера твердые принципы.
– Да. К тому же, хотя со мной он само очарование, твоя женитьба, должно быть, стала для него ужасным ударом.
– Скорее потребовала эмоционального напряжения. И еще он слегка волнуется за это расследование. Полагает, что я не вкладываю в него душу. Например, сегодня…
– Боюсь, он прав, Питер. Женщина тебя соблазнила.
– O felix culpa![985]
– Разбазариваешь время на кладбищах, вместо того чтобы идти по следу. Правда, следов-то и нет.
– А если были, Бантер наверняка их собственноручно стер – вместе со своей подельницей Раддл. Раскаяние ест его душу, как гусеница капустный кочан… Но он совершенно прав, до сих пор я только лишь бросил подозрение на несчастного мальчишку Селлона – хотя, судя по всему, с тем же успехом мог выбрать кого угодно другого.
– Например, мистера Гудакра. У него нездоровая страсть к кактусам.
– Или треклятых Раддлов. Кстати, в то окно я пролезаю. Я попробовал сегодня днем.
– Правда? А ты узнал, мог ли Селлон перевести часы миссис Раддл?
– А!.. Ты сама этим занялась. Детективщика хлебом не корми, дай решить проблему часов. Ты похожа на кота, который сожрал канарейку. Выкладывай – что ты выяснила?
– Их не могли перевести больше чем на десять минут в обе стороны.
– В самом деле? А откуда у миссис Раддл часы, отбивающие четверти?
– Это свадебный подарок.
[985] О счастливая вина! (лат.)