— Может, и приезжал… Для меня все дни похожи один на другой. — Старик прищурился. — Хотя, видите, вас-то я помню. Кстати, вы почти не изменились. Другие-то сильно меняются… Да, Картошечника я помню, как и все, что тогда случилось. А то, что происходит сейчас, у меня в голове не задерживается. — Мартин снова насупился, задумался, а потом продолжал: — Ох и шумные же эти мотоциклы! В его возрасте я спокойно добирался отсюда до самого Бамфорда вот в этой самой двуколке! Никакой мотоцикл мне не был нужен. Кевин тоже терпеть не может мотоциклы. Гордон ведь его во дворе ставит, а у нас здесь скотина…
— Где сейчас Кевин? — спросил Маркби.
Старик покачал головой:
— Не знаю. По-моему, сегодня я его еще не видел. Наверное, в поле.
— А миссис Джонс — Линда?
Старик просветлел:
— Линда в доме. Она хорошая… — Он снова вернулся к двуколке и спросил: — Не знаете, никому не требуется хорошее средство передвижения?
Маркби виновато ответил: нет, не знает. Старик понимающе покивал и крепче сжал тряпку. Видимо, решил, что разговор окончен.
— Рад был снова повидаться, мистер Джонс, — сказал Маркби, но ответа не получил.
Он решил, что, скорее всего, застанет миссис Джонс на кухне. Маркби обошел дом с тыла. Как он и ожидал, дверь кухни была приоткрыта, и за ней маячила женская фигура. Он постучал; Линда удивленно вскинула голову.
— Суперинтендент Маркби, — быстро представился Алан, протягивая ей свое удостоверение.
Она вытерла руки о посудное полотенце, заткнутое за пояс юбки, и Маркби увидел, что хозяйка что-то печет.
— Неужели еще один? — удивилась она. — Только позавчера к нам приезжал один из ваших.
— Да, инспектор Пирс. Можно войти, миссис Джонс? Мне нужно с вами поговорить.
Линда пожала плечами:
— Войти-то можно. Только не знаю, о чем нам с вами говорить. Я рассказала все, что знала. Я обогнала бедную мисс Миллар у церкви. Куда она направлялась, не знаю… Если честно, голова была занята другим. Теперь-то я жалею, что не остановилась и не перемолвилась с ней словечком. Вдруг бы сейчас все пошло по-другому. А может, и нет. В таких делах никогда ничего не знаешь заранее, верно? — Рукой, испачканной в муке, она показала гостю на стул: — Садитесь, чего же вы?
Маркби сел; хозяйка вернулась к столу и продолжила раскатывать тесто.
— Хочу сделать сосиски в тесте и прочую мелочь — сырные палочки, печенье, — пояснила она.
— Сыну на день рождения? — спросил Маркби.
— Откуда вы знаете? — удивилась Линда. — Ах да, Гордон ведь приезжал, когда здесь был ваш инспектор. Верно, на день рождения… Гордон собирался все купить в магазине, а я не люблю магазинные сосиски в тесте. Я и именинный пирог испекла, все как полагается! — Она с гордостью махнула в сторону буфета, на котором красовался огромный фруктовый кекс. — Его только украсить осталось, — продолжала Линда. — Покрою его глазурью, воткну двадцать одну свечку и по краю сделаю надпись «С днем рождения, Гордон!».
— Очень мило! — Немного помолчав, Маркби продолжал: — В сарае я видел вашего свекра. Он чистит двуколку для пони.
Линда досадливо цокнула языком:
— Старую двуколку? Вечно он с ней возится. Ладно, хоть какое-то занятие. Он не пытался всучить ее вам?
— Не совсем. Спросил, не нужно ли кому из моих знакомых, как он выразился, «хорошее средство передвижения».
Линда рассмеялась:
— Вечно он всем ее навязывает! Не подумайте, он не… — она покрутила пальцем у виска, — не чокнутый, но и не совсем, так сказать, в рабочем состоянии. Голова у него работает по собственной программе, если вы меня понимаете.
— Да, понимаю. Хотя меня он вспомнил.
Руки у нее замерли. Она положила их на раскатанный круг теста, а глаза посмотрели в лицо Маркби задумчивым взглядом.
— Вы уже бывали у нас? Что-то не припоминаю…
— Я был здесь двадцать два года назад.