— Что вы хотите узнать? — спросил он.
— Кто убил Сэнфорда Эмбери, или, вернее, совершил ли он самоубийство. Я хочу, чтобы вы вошли в контакт с его духом и выпытали это у него. Но мне не нужно никаких фантазий. Если вы не добьетесь успеха, то все в порядке — я заплачу те же самые деньги. Но без чепухи.
— Это внешний взгляд, мадам. Я вслушаюсь в тишину, а затем передам вам полученную информацию.
Ясновидец откинулся на спинку стула, и постепенно вошел в транс. Его мышцы расслабились, лицо замерло, дыхание замедлилось и стало тяжелым.
Фибси все также притворялся отрешенным, он скучающе ерзал и изредка косился на ясновидца.
Хоть мисс Эймс и стремилась получить результат, но она оставалась на чеку, и остерегалась мошенничества. Имея опыт общения с фальшивыми медиумами, она доверяла утверждению Вилли Хэнлона, что этот человек является одним из немногих истинных мистиков, но все же она предпочитала судить сама.
В конце Мариньи заговорил. Его голос был тихим, монотонным, но неизмененным.
— Тетушка Эбби… тетя Эбби-роуд?
Мисс Эймс аж подпрыгнула. Ее лицо побледнело, она задрожала и испуганно схватилась за руку Фибси.
— Сэнфорд всегда называл меня так! — прошептала она. — Может, это и в самом деле его дух говорит со мной!
— Не волнуйтесь, — продолжал голос. — Не горюйте обо мне, со мной все в порядке…
— Но, Сэнфорд, кто тебя?.. — умоляла тетушка Эбби.
— Вам лучше так этого и не узнать.
— Мне нужно знать. Я должна знать! Скажи мне, Сэнфорд. Это не Юнис?
— Нет. Это не Юнис.
— Это… Сэн, это… я?
— Да, тетушка Эбби, это так. Но вы были в бессознательном состоянии, возможно, в гипнотическом сне.
— Но где же я взяла отраву?
— Я думаю, тот, кто загипнотизировал тебя, дал ее тебе…
— Когда? Где?
— Я не знаю, это непонятно, но это неважно. Вы капнули ее мне в ухо, но, тетушка Эбби, помните, я не виню вас. Но вы должны молчать. Пусть все считают это суицидом. Это единственный способ уберечь вас…
— Но они подозревают Юнис…
— Они никогда не обвинят ее, как не обвинят и вас. Скажите им, что были на сеансе с моим духом, и я рассказал, что это было самоубийством.
— Спроси его про малиновый джем, — театрально шепнул Фибси.
— Что! — медиум внезапно вышел из транса и уставился на мальчика.
— Я говорил вам, что ничего не получится, если ребенок останется здесь, — в приступе гнева выкрикнул Мариньи. — Выставьте его. Кто он такой? О чем он спрашивал?
— Ничего важного. Макгуайр, помолчи. Сэр, вы можете вернуть обратно дух мистера Эмбери?
— Нет. Соединение разорвано слишком резко. Мальчик, что ты имел в виду под малиновым джемом?
— Ой, ничего, — пробормотал заелозивший от стыда Фибси. — Мисс Эймс, расскажите ему.
Тетушку Эбби было не так сложно уговорить, и вскоре она заново пересказала все детали своего «видения».