Антология классического детектива-17. Компиляция. Книги 1-17: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Разве нет никакой повозки? Да хоть пони, например…

– Только у священника, – ухмыльнулся носильщик, – но этим утром он уехал в Лондон, как он сказал, на три дня. Сэр, чтобы добраться до Литтл Митфорда вам придется идти десять или одиннадцать миль пути. Если вы хотите попасть туда сегодня, то вам остается только идти пешком.

Незнакомец лишь пожал плечами.

– Хорошо, – сказал он. – Где же путь?

Носильщик махнул рукой вдаль.

– Вон там, сэр. Пойдите со мной. Я собираюсь прогуляться по улице и выпить чаю, а показать начало пути на деле лучше, чем на словах.

«Улица» оказалась дорогой между хаотично расположенными домами. В конце улицы дорога разветвлялась. Путь налево обвивал холмы белой лентой. А направо уходила протоптанная дорожка.

– Идите этим путем, – указал носильщик, – пока не дойдете до дома Билла Эпплфорда, до него где-то полмили. Затем сверните направо, к еловым деревьям… понимаете, о чем я, сэр?

– Да.

– Когда вы дойдете до деревьев, окажетесь на развилке. Не идите ни прямо, ни направо. Сворачивайте влево, так вы обойдете заросли деревьев и выйдите на широкую дорогу. Следуйте по ней и выйдите за холм, и тогда вы спуститесь в Литтл Митфорд. После того, как вы окажетесь на широкой дороге, заблудиться вы не сможете.

Незнакомец поблагодарил носильщика, опустил монету в его руку и продолжил путь. Он продел трость через ручку чемоданчика и перекинул его через плечо. Так стало немного легче. Дорога подымалась в гору под небольшим углом, но и этого было достаточно, чтобы утяжелить движение, и шаги незнакомца становились все короче, а паузы для передышки – все чаще. Он прошел мимо дома Билла Эпплфорда – домика, укрытого под деревьями, изогнутые верхушки которых демонстрировали, что с холмов дует сильный ветер. Кроме дома здесь не было никаких признаков как человеческого присутствия, так и жизни вообще. Солнце опускалось за дальний холм, оставляя в небе лишь холодное желтое свечение. Ветер бил холодом по щекам путника.

В вечерней тиши он начал взбираться по крутому подъему, ведущему к елям. Обширную низменность словно пронизывало странное меланхоличное чувство. В медленно угасающем свете дня пучки кустов, растущих вокруг деревьев казались черными и траурными, а серые облака висели темной пеленой над головой.

Еловые заросли постепенно приближались. Когда до них осталось около четверти мили, странник внезапно настороженно остановился. Тишину разорвал резкий звук, отдаленный, но заметно контрастировавший с царившим прежде безмолвием. Он прозвучал, словно выстрел.

Путник оглянулся, так как хоть ему и показалось, что звук раздался где-то впереди, но все же он не мог определить это наверняка. Оглянувшись, он ничего не увидел. В поле зрения не было ни души, ни малейшего движения. Странник даже обернулся вокруг своей оси, так как не был уверен, где именно раздался звук. Наверное, это был какой-то незамеченный им охотник, – подумал он. Или его собственная фантазия. Было до того тихо, что он был не уверен, что в самом деле что-то слышал. Все казалось таким далеким… почти нереальным.

Он снова двинулся в путь. После крутого подъема он, наконец, попал на развилку, о которой рассказывал носильщик, здесь тропа спускалась вниз. Тропинка направо все еще подымалась вверх, и по сторонам ее окружали кусты; путь вперед расширялся до широкой дороги, которая сворачивала за холм; а путь налево, по которому и следовало идти, сворачивал через полсотни ярдов.

Путник поставил чемоданчик на землю, вынул трубку, набил и раскурил ее. Затем, снова взвалив ношу на плечи, он свернул налево.

Дорога почти не подымалась и не опускалась, а просто огибала холм, который возвышался справа, и был покрыт пучками травы и редкими кустами. С левой стороны был склон с еловыми зарослями, их было намного больше, чем казалось издалека. На самом деле он шел мимо деревьев пару сотен ярдов.

Это был мрачный неприступный лесок, а в сумерках он казался еще непригляднее. У него не было никакого подлеска, а грубая трава темнела под деревьями. Порывы ветра издавали легкий шелест где-то сверху, но этот звук лишь подчеркивал уединенность места. Дорога постепенно расширялась, а вдоль леса пролегала полоса травы, образовывая опушку. Взгляд путника наткнулся на что-то темное и громоздкое, лежавшее у дорожки, возле голого ствола дерева. Странник ускорил шаг, и его охватил страх… да, это был человек… лежал он тихо и неподвижно… растянувшись на земле. Он лежал на спине, вытянув руки вдоль газона. Путник приблизился… и с ужасом остановился, как только все увидел.

Это был низкий полный мужчина в невзрачной одежде, брюках гольф и массивных прогулочных коричневых туфлях… возле него лежала фуражка… Мужчина был средних лет, носил остроконечную бородку и усы, его глаза оцепенело смотрели вверх, а на виске темнел синий круг – совсем темный в центре, из которого на лицо жертвы стекала струйка крови.

Немного дрожащий от такой находки путник попытался взять себя в руки, опустил свою ношу и встал на колени возле человека. Успокоившись, путник пересилил себя и расстегнул куртку мужчины и сунул в нее руку. Грудь была теплой, но сердце не билось. В этом не было сомнений. Человек был мертв… и странник вспомнил об услышанном недавно выстреле.

Он вскочил на ноги и быстро осмотрелся вокруг. Ничего, только тишина и сгущающаяся тьма. Никаких признаков оружия, которое незнакомец мог обронить после выстрела.

Путник еще раз посмотрел на тело, отчасти из страха, отчасти из любопытства. В расстегнутой куртке виднелся внутренний нагрудный карман. В кармане находился кожаный бумажник. Движимый любопытством, путник вынул бумажник из кармана. В нем могла быть визитка или письмо, или что-то еще, что помогло бы опознать личность покойника.

Это был очень пухлый бумажник, перевязанный резинкой. Трясущимися пальцами странник снял резинку и осмотрел содержимое бумажника. Ни визитки, ни письма. В одном отделе кошелька хранилась пачка казначейских билетов, а в другом – хрустящие банкноты, явно выпущенные банком Англии. И маленькая записная книжка. Значит, это не было ограблением! Если только что-то не вспугнуло убийцу, и он не сбежал, прежде чем успел забрать деньги у жертвы. Путник снова оглянулся, на этот раз тайком. И снова тишину нарушал лишь шелест ветра в верхушках деревьев. Куда же ушел убийца? Странник вспомнил, что после выстрела он никого не видел, но еловые заросли ограничивали обзор; значит, убийца мог уйти, пока он взбирался на холм.

Он снова взглянул на деньги, лежавшие в его руке, и его пальцы судорожно сжали их. Деньги… деньги! Как раз в деньгах он и нуждался.

Деньги! Они в его руке. Деньги!

Почему бы и нет? Он снова взглянул на запрокинутое лицо и уставившиеся на него глаза. Но ведь они ничего не видят! И никто не узнает, если он будет осторожен. Деньги!

Он медленно вынул купюры из кошелька и вернул бумажник в карман покойника, но предварительно вытер его платком, вспомнив об отпечатках пальцев. А затем он резким движением сунул купюры в собственный карман.

Он снова осмотрелся вокруг. Теперь было темно. Его передернуло – ему захотелось убежать от неподвижной фигуры, лежавшей у его ног. Он поднял свой чемоданчик и, не взглянув на мертвеца, поспешил прочь.

Затем он остановился.

Зачем продолжать путь? Посмеет ли он?