Антология классического детектива-17. Компиляция. Книги 1-17: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глава XVI

— Вы выслушали заявления, — сказал следователь на дознании, — которые даже суду, привыкшему к самым неожиданным показаниям и признаниям, могут показаться из ряда вон выходящими. Прежде чем вы вынесете вердикт, я бы хотел сделать по поводу этих заявлений несколько поясняющих замечаний.

Таким образом, я в первую очередь хочу заявить (и думаю, вы со мной согласитесь), что с мистера Финмера снимаются все подозрения в причастности к смерти мистера Хаттона, и конечно же поздравить его с успешным выходом из такой чрезвычайно неприятной ситуации. Если в этом деле и был указующий перст на поспешную недальновидность следствия и неудачное стечение обстоятельств, то этот перст принадлежал мистеру Финмеру. Его заметили рядом с мистером Хаттоном за минуты до убийства, к тому же ранее между мужчинами разгорелся нешуточный спор, и, простите за нетактичность, мистер Финмер, можно сказать, славится своей вспыльчивостью и тяжелым характером. К тому же со стороны на первый взгляд казалось, что он вообще единственный человек, который мог побывать на месте преступления — в жилых комнатах в колледже Сен-Освальда — в рамках времени, в которых и произошло собственно преступление. Да и оружие, которым «очевидно» было совершено убийство, было прямо под рукой — на письменном столе. Плюс ко всему мистер Финмер неожиданно резко уехал из страны — так сказать, «при первой возможности». Встреча мистера Финмера с художником в Сен-Джонс Вуд и позднее наш с ним разговор могли бы послужить прямым доказательством невиновности подозреваемого. Но совсем не обязательно. Многие преступники сами выдают себя при разговоре с полицией, допуская от волнения логические или фактологические ошибки в своем рассказе. Даже то, что мистер Финмер добровольно заявил, что выбросил нож в яму, совершенно не доказывает, что он прежде не совершил им убийство.

Общественность порой склонна считать полицию недотепами. И самой настоящей глупостью и недальновидностью с их стороны было бы проигнорировать все остальные возможности и зафиксировать внимание на том, что выглядело самым очевидным. Так вот в этот раз перед вами пример тех самых тщательности и пытливости, которые редко приписывают к нашим достоинствам. Не согласные принимать за правду самое простое и очевидное, полицейские рассмотрели это происшествие со всех мыслимых и немыслимых ракурсов, не упуская даже какие-то, казалось бы, пустяковые и не несущие особого смысла мелочи. И вот результат — самое неожиданное и немыслимое развитие событий, хотя я и не жду, что в вердикте суд сделает на это ссылку. Но все же я прошу вас при обсуждении решения принять во внимание ту цепочку улик, которая была выявлена в ходе расследования. Кусочек порванного шнурка — спичечный огарок — вечерняя газета — половина листа из записной книги с загадочными надписями — подсказка от университетского профессора в рассказе о том, как пара деталей в одежде меняют человека до неузнаваемости даже близкими друзьями — и так далее, о чем я уже прежде упоминал.

Следовать ли по этой цепочке и отыскать в ней связь между человеком, от рук которого мистер Хаттон встретил свою смерть, решать вам. Это лишь вопрос логики. Сама полиция, думаю, уже давно приняла по этому поводу решение. Даже тот факт, что главный подозреваемый сумел избежать ареста, конечно, не является исчерпывающим доказательством его виновности. В преступлениях такого рода практически никогда не бывает прямых улик. Но все же справедливость из раза в раз готова принять даже косвенные улики, руководствуясь четкой логикой и здравым смыслом.

И еще несколько слов перед тем, как я попрошу вас вынести вердикт. Это расследование, начатое с целью отыскания причины убийства мистера Хаттона, оказалось вплотную связано с цепочкой других преступлений, которые, как выяснилось, и послужили той самой основной причиной. Полиция словно приняла участие в драме, главный герой которой, как они утверждают, сыграл в ней не одну роль. Представляясь вам, вероятно, совершенно абсурдной, эта трагическая история, буквально преисполненная двуличия, показывает нам ярчайший пример того, как самый искусный, самый опасный и, возможно, самый успешный преступник — это не человек, который предстает реальному миру в таком же обличье, но тот, кто скрывает свои злые намерения под покрывалом публичности и общественного доверия. Теперь я прошу вас вынести в форме вердикта ваше взвешенное решение по поводу причины убийства мистера Хаттона.

После довольно недолгого совещания председатель суда присяжных озвучил вердикт:

— Мы пришли к выводу, что Фрэнсис Хаттон встретил свою смерть от рук Сидни Хенлоу.

— Что означает, — сказал коронер, — вердикт об умышленном убийстве?

— Это то, что мы имеем в виду, сэр.

— И я полностью с вами согласен. Объявляю дело закрытым. Но прежде чем закрыть заседание, я хотел бы добавить, что искренне надеюсь, что полиция преуспеет в исполнении действий, исходящих из настоящего вердикта, и сделает все приготовления к следующему суду, который, в отличие от сегодняшнего, будет решать уже вопрос жизни и смерти!

Глава XVII

Вероятно два письма сформируют более полную картину о раскрытии дела об убийстве Хаттона, если конечно его вообще можно считать полностью раскрытым.

Уайтчерч В.

Выстрел в холмах

Предисловие

Глава I

Одинокая железнодорожная линия, выходившая из важного узла, проходила через малонаселенный район Дауншира. Путь нескольких курсирующих по этой ветке поездов пролегал по открытому пространству, а также мимо одиноких холмов, появлявшихся по обе стороны от дороги. Поезда останавливались на маленьких тихих деревенских станциях.

В конечном итоге поезда достигали следующего важного узла и снова попадали на оживленную ветку. Но между этими двумя железнодорожными узлами пролегал изолированный низменный участок пути. Некоторые из деревень находились в двух-трех милях от железнодорожного пути и даже дальше. Добраться от станции до них можно было лишь по узким, безлюдным дорогам, а если вы идете пешком, то по тропинкам, которые было трудно найти среди голых холмов. Между этими деревеньками редко встречалось человеческое жилье, иногда попадались одинокие коттеджи, но не более. Здесь, в холмах, можно пройти несколько миль и не встретить ни одного человека – в лучшем случае удастся заметить пастуха на каком-нибудь отдаленном холме, но с такого расстояния, что он будет казаться крохотной точкой на горизонте.

Около пяти часов февральского вечера маленький состав из паровоза и трех вагонов подъехал к платформе Рамсдена. Это был один из тех зимних дней, когда солнечный свет кажется холодным, как бледное свечение на закатном небе.

Из поезда вышло трое или четверо пассажиров – они были неторопливы, так как никакой спешки на этой ветке и быть не могло. Станционный смотритель по-дружески перекинулся парой слов с машинистом. Проводник обменялся шутками с одиноким носильщиком, а после взмахнул зеленым флажком, отправляя поезд в путь. После этого вышеупомянутый носильщик занял свое место на выходе со станции, принял квитанции у пассажиров и поприветствовал их, как старых знакомых.

Всех, кроме последнего. На него он взглянул с интересом. Дело в том, что этот пассажир был ему совершенно не знаком, а посторонние здесь появлялись редко в любое время года, а тем более зимой.

Последний пассажир выглядел примерно на сорок лет, рост его был немного выше среднего, а одет он был в темно-синий саржевый костюм (потертый, но хорошего покроя), плащ палевого цвета и мягкую серую шляпу. В одной руке он держал небольшой чемоданчик, а во второй – тросточку.

Его лицо было запоминающимся и даже красивым, но в то же время его нельзя было назвать приятным. Усики были до того малы, что совершенно не скрывали полных алых губ, над которыми располагалась пара серых глаз под тонко очерченными бровями. Он протянул квитанцию носильщику и спросил мягким и мелодичным голосом:

– Далеко ли отсюда Литтл Митфорд?

– Литтл Митфорд? – переспросил носильщик. – Здесь будет добрых пять миль, это за холмами. Если вам надо в Литтл Митфорд, сэр, то вам нужно было сойти в Линборне, сэр, это следующая станция. От Линборна идти всего две мили.

Незнакомец что-то сердито буркнул.

– А когда следующий поезд в Линборн? – спросил он.

– Он только один, по крайней мере, сегодня. По средам и субботам есть еще в семь двадцать пять, но сегодня ведь вторник…

– Будь оно все проклято! – выпалил незнакомец. – Здесь можно нанять какой-нибудь транспорт?

– Боб Элдер, – кивнул носильщик, – у него есть «Форд», но, насколько я знаю, сегодня Боб далеко и в наши края не вернется. Он уехал на свадьбу.