— Что у вас? — спросил он. — Я могу выделить вам лишь пару минут. Пожалуйста, представьтесь?
Юноша быстро и содержательно ответил:
— Меня зовут Джордж Уилкинс. Я клерк в «Объединенной страховой компании», мой офис находится на втором этаже здания, расположенного прямо напротив главного входа в колледж Сен-Освальда.
— О! — в голосе сержанта появился интерес. — Пожалуйста, продолжайте.
— Мой стол стоит у окна, так что я могу видеть, как люди у колледжа перемещаются кто куда.
Эмброуз метнул на молодого человека быстрый заинтересованный взгляд: прямолинейность Уилкинса была ему по душе.
— Также я могу видеть, как кто-то стоит в эркере, выходящем на Хай-стрит.
— Неужели? И вы увидели что-то заслуживающее внимания?
— Это решите вы. Я подумал, что должен прийти и рассказать вам об этом — лишь только узнал, что герцог был убит.
— Герцог? Какого черта вы имеете в виду?
— Извините. Это прозвище, которое я ему дал. Понимаете, я приметил этих джентльменов, что приходят раз в месяц, и придумал для них имена — насколько хватило фантазии.
— Его настоящее имя — Хаттон. Ну, продолжайте и как можно короче, а затем я задам вам пару вопросов, если конечно будет что задавать.
— Незадолго до одиннадцати часов этим утром я заметил джентльменов, входящих в колледж Сен-Освальда. Их как обычно было девять — я пересчитывал. Около часа они вышли, но среди них я не заметил гер… мистера Хаттона. Но немного позже я выглянул в окно и увидел его стоящим в эркере.
Эмброуз быстро соображал: все в точности совпадало с показаниями Уильямса. Но только ничего нового не было.
— В котором часу это было? — спросил он.
— В час тринадцать, — быстро ответил клерк.
Неожиданно заинтересовавшийся сержант-детектив подался вперед. Уильямс вернулся в колледж в шесть минут второго, у него было алиби.
— Не тринадцать минут второго, — сказал он, — вы наверное имели в виду более раннее время — скажем, три минуты второго?
— Нет. Я имел в виду именно то, что сказал. Могу в этом поклясться.
— Почему?
— Потому что я ждал собственного перерыва, а он начинается в час пятнадцать, и я постоянно смотрел на офисные часы, а они всегда показывают точное время. Было ровно тринадцать минут второго.
— Гм! Что-нибудь еще?
— Да. Я видел, как он внезапно обернулся, и затем я краем глаза заметил человека, буквально за минуту до того вошедшего в колледж, — но, как я уже сказал, лишь вскользь. Они оба отошли в сторону, я имею в виду от окна, и…
— Стоп, — перебил его внимательно слушавший Эмброуз. — Вы сказали, что кто-то вошел в колледж. Кто это был?
— Не знаю, никогда прежде его не видел.
— Можете его описать?
— Да. Краснолицый старик с седыми усами. В коричневом костюме с брюками-гольф и в мягкой шляпе. Выглядел важной шишкой, никак не профессором из колледжа или кем-то вроде. У него был зонтик.
— Вы весьма наблюдательны! — воскликнул Эмброуз.
— Я любопытен. Примечаю все, что вижу. Тем утром я сказал Бадгену (моему коллеге), что мне надо бы стать сыщиком. Я…
— Ну, — оборвал его Эмбоуз, — сейчас вы выполняете небольшую работу детектива, и она может быть очень даже полезна. Расскажите мне больше про этого человека в коричневом костюме. Вы заметили, с какой стороны он пришел?