— Я думал о Рагэне.
— Кто такая Рагэне?
— Это девушка, — Кагэн замялся, не зная, что сказать далее.
— Она твоя жена? — Пол решил помочь.
— Нет, — грустно ответил Кагэн. — Чтобы она стала женой мне надо заплатить калым.
— И большой калым?
— У Рагэне отец богатый скотовод, так что меньше чем за сто рублей ее не отдаст (для Сибири сто рублей были большими деньгами, за пять рублей можно было купить дойную корову, за три — оленя). Ну, или за табун оленей, — махнул рукой Кагэн, вполне осознавая, что такого калыма ему не собрать в ближайшие годы.
«Все же странные земляне, — подумал Пол, — чтобы два человека, соединенные «волной единения», соединились, надо платить за это деньги. Хотя, я бы отдал многое, чтобы соединиться такой волной. Но ведь обладают возможностью не все». — Пол вспомнил об Арине, и его лицо озарилось внутренним светом.
— Приветствую тебя на Земле, охотник. — К Полу и Кагэну приблизился шаман. — Рад, что ты вернулся с границы с духами.
— И я вас приветствую, уважаемый. Откуда я вернулся? — переспросил Пол.
— Тебя не было восемь дней ни там, ни здесь.
— Какое сегодня число? — спросил Пол.
— Восьмое июля, охотник.
Пол поднес руку к лицу. Недельная щетина красноречивей всех прочих доказательств указывала на время его отсутствия.
— Ничего не понимаю и не помню, — признался Пол. Такого с ним еще не было. Он наконец понял, что его могло уже и не быть.
Смерть для жителей развитых миров Межгалактического Союза иногда наступала по неосторожности или при исследовании, разведке неизведанных миров, раз в несколько миллионов лет погибал в схватке с бездушными кто-то из охотников. Смерть для большинства жителей Межгалактического Союза была абстрактным понятием, примерно таким, как для землян, к примеру, что звезды в небе иногда умирают.
— Кагэн, налей нам отвара, — попросил шаман, а затем обратился к Полу: — Пойдем к костру, в ногах правды нет. И нам есть о чем поговорить.
Напиток из отвара Золотого корня, цветов Иван-чая, ягод шиповника, заправленного лесным медом, пили молча.
Шаман и его ученик вполне гармонично вписывались в окружающую обстановку, удобно сидя на кедровых ветках, а вот Пол, одетый лишь в вечерний шелковый халат, не уютно ощущал себя в Сибирской глуши, но ему даже не пришла мысль материализовать себе более подходящую одежду, так как голова была занята совсем другими мыслями. Он так и не мог понять действий бездуша.
— Духи считают, что нежити организовали покушение на тебя, охотник. Их целью был ты, а не Земля, — сказал шаман после импровизированного отваропития на воздухе, не совсем свежем, гарь от пострадавшей тайги ощущалась.
— Зачем им это? — Пол не был уверен в факте покушения.
— В этой части Вселенной ты единственный представитель охотников. Если бы тебя не стало, то нежити могли попытаться организовать вторжение.
— Не уверен, уважаемый. Охотники из других уголков Космоса заменили бы меня.
— Так или иначе, но духи считают, что нежити имеют план по захвату нашего мира. Рано или поздно нежити постараются повторить его, а значит, повторят и покушение на тебя. Тебе, охотник, надо бы быть осторожней.
— Кто такие духи?
— Это те, кого уже нет на земле или еще нет, но скоро будут, — шаман ответил так, как мог.
— Духи помогли мне вернуться с невидимой границы между жизнью и смертью?
— Да, охотник. На тебя возлагаются большие надежды. Твое возвращение спутает планы нежити.
— Если представить, что у бездушей был план, то, пожалуй, да, — согласился с шаманом Пол. — Своим новым рождением я определенно спутаю им карты. Велики ли на земле последствия от взрыва?
— Если бы взрыв произошел не в небе, а на земле, то Сибири, наверное, больше не было, а так, пострадала тайга. На сотню километров повалены деревья, вырваны с корнем, где-то горит лес.