Игра в бессмертие: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— …принадлежал Взломщику, — закончил я.

Спустя четверть часа после нашего с Кэсс открытия мы уже были в неигровом сегменте — но не в парке и не у магазина игрушек, где успели побывать днём: теперь нам был нужен речной канал.

Во всех неигровых сегментах время привязано к реалу и едва ли не в половине — к столичной часовой зоне. Так что здесь, как и в Москве, была ночь, придавшая экзотики и без того экзотичному пейзажу: в воде отражались огни набережной (фонарей там хватало как на домах, так и вдоль озеленённого променада), по каналу неспешно проплывали гондолы (неписи–гондольеры катали влюблённых парочек), а под яркими зонтами расположились посетители летних кафе (хотя в ВИРТУСе летних кафе не бывает — они все круглогодичные). Этот район был чем–то средним между каналами Венеции и улицами красных фонарей в Амстердаме — точнее, их копиями; в реале–то их упразднили, превратив в скучный квартал, никакой связи не имеющий с древнейшей профессией, а в ВИРТУСе с удивительной скрупулёзностью воссоздали.

И тем страннее смотрелась тут китайская джонка, стоящая на приколе у пристани.

Судно казалось готовым к отплытию: два оранжевых паруса, развёрнутых гигантскими веерами, трепетали на бамбуковых реях. Старшина–энписи — хотя слово «старшина» никак не вязалось с колоритным китайцем, разодетым в цветастый средневековый халат — отдавал приказы матросам, а те имитировали бурную деятельность: что–то к чему–то прибивали, вязали узлы, таскали ящики в трюм. Их спешка выглядела фарсом, но никто не придирался — в конце концов, они тут для антуража.

Поднимаясь на борт, Кэсс принюхалась:

— Пахнет не морем, а чем–то острым… Мы правда найдём здесь того, кто нам нужен?

— Не «того», а «ту», — уточнил я. — Боюсь, что найдём.

— Боитесь?..

Вздохнув, я нехотя признался:

— Она последняя, с кем мне хотелось бы встретиться.

Кэсс удивилась, но уточнять ничего не стала. И когда десятью минутами ранее я сказал ей, что кое–кто сможет пробить ИНП Бедуина по базам, Кэсс тоже ни о чём не допытывалась — лишь спросила, что ей лучше надеть.

Мы взошли на палубу. Здесь стояли столики, которых (я это знал) хватало и в надстройке судна: ни к какому отплытию оно не готовилось, будучи всего–навсего рестораном.

— Рад приветствовать уважаемых гостей! — с фальшивым акцентом произнёс старик в ханьфу, встретивший нас у сходни. — Какой столик предпочтёте занять? Если вас интересуют живописные виды, то рекомендую место у левого борта — оттуда можно насладиться пейзажем. Но если господин с госпожой желают уединиться…

— Нам нужна Ольга, — перебил я.

Благодушная улыбка вмиг сошла с лица старика. Поклонившись, он указал на дальний столик между бортом и надстройкой:

— Прошу…

У меня возникло нехорошее подозрение, подтвердившееся, когда мы с Кэсс сели.

Старик что–то шепнул, взмахнул рукой и стал касаться иконок в невидимом нам интерфейсе. Через несколько мгновений между нами и той частью палубы, где трапезничали посетители, зарябил воздух.

Ага, защитный экран… Значит, нас теперь не видно.

Я усмехнулся:

— Здравствуй, Ольга.

Старик стал брюнеткой, которую плохой писатель назвал бы жгучей. Ханьфу сменился чёрным платьем, в ушах блеснули серьги–кольца, а в глазах вместо учтивости возникла надменность. Готовый образ светской львицы для очередного номера «Vogue».

Краем глаза я заметил выражение лица Кэсс. Если она и удивилась, то виду не подала.

— Зачем ты прикинулась стариком? — я не рискнул выговорить слово «метрдотель».

— От скуки, — Ольга села на стул — благо их за нашим столиком было три. — Превратившись в слугу, можно много чего услышать… особенно если тебя считают неписью. Кстати, как ты там сказал: я последняя, с кем тебе хотелось бы встретиться?

Мне оставалось лишь краснеть. Правду говорят: язык мой — враг мой…

А ещё говорят, что лучшая защита — это нападение:

— Вообще–то подслушивать некрасиво…

— Это смотря кого подслушивать, — Ольга с лёгким интересом покосилась на Кэсс. — Не каждый же день бывший любовник приходит к тебе с новой пассией.