MoreKnig.org

Избранные произведения в одном томе: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Мур Кэтрин



Шрифт:

И вдруг сквозь нагромождение этих неясных мыслей, как молния, сверкнуло имя, и энергия его ударила с такой силой, что на мгновение Смит потерял способность видеть окружающее и его швырнуло обратно в пустоту, где не существовало ни света, ни темноты. Он стал пробиваться обратно в комнату, в то время как его развоплощенный разум пытался собрать воедино кусочки нового полученного им знания, в котором это имя пылало подобно маяку, став центром и средоточием всех отдельных кусочков знания.

Это и было то самое имя, которое уши его не смогли услышать, когда губы Джудаи произносили его. Теперь он знал: несмотря на то что человеческие губы могли произнести его по слогам, человеческий разум не мог его понять, охватить целиком. Таким образом, оно никогда не могло быть произнесено человеком в здравом уме и рассудке, а также не могло быть услышано им или понято. И даже в этом случае его бессловесная вибрация пронизала мозг волнами мистического ужаса. А теперь, когда его сила со всей своей мощью ударила по его незащищенному сознанию, могущества этого имени оказалось достаточно, чтобы выбить его из состояния сосредоточенности и контроля.

Это было имя некоей сущности, столь могущественной, что даже в его теперешней нереальности он содрогнулся. Это было нечто, чью полную мощь неспособно постигнуть сознание, облеченное в плоть. Только в своем развоплощенном состоянии сознания он мог постигнуть его. И его разум отвернулся от этого ужасного имени в тот момент, когда он погружался все глубже в чуждые мысли, которые возникали в существе, имевшем его тело.

Теперь он знал, зачем Нечто явилось. Он знал, какова цель сущности, которая носила это имя. И он знал, почему люди Марса никогда не произносили имя своего холодного бога. Они не могли. Нельзя было. Человеческое сознание не способно постигнуть это имя, а человеческие губы — произнести его без принуждения извне. Постепенно истоки этой странной религии становились ему понятными, обретали свою истинную форму.

Это имя пребывало как некая огромная нависшая тень среди далеких предков марсиан миллионы миллионов лет тому назад. Оно пришло из своего логова за пределами этого мира и обитало во всей своей ужасающей сущности среди людей, высасывая жизни тех, кто стал ему поклоняться и править миром, наводя такой ужас, благоговение и страх, что даже теперь, когда прошло несчетное количество эонов, несмотря на то что было забыто даже о его существовании, благоговение и страх все еще продолжали жить в умах отдаленных потомков первых его почитателей.

И это имя даже теперь не ушло из мира целиком. Оно отступило, удалилось, и причины этого слишком значимы, чтобы можно было постигнуть их человеческим разумом. Но оно оставило после себя капища и храмы, и каждое из этих сооружений или мест было маленьким входом, поэтому жрецы, которые посвятили себя служению ему, постоянно приносили ему подношения. Иногда они были одержимы силой своего божества и произносили его имя, которого их приверженцы слышать не могли, и тем не менее ужасное его звучание сотрясало все вокруг, как удары урагана. И это и породило ту странную, темную религию, которая на Марсе уже давно потеряла всякое доверие и силу, хотя так до конца и не умерла в душах людей.

Теперь Смит понимал, что Нечто, которое теперь обитает в его теле (хотя он никак не мог до конца понять, для чего именно и зачем), было посланником из Запредельного мира. Оно могло быть частью той огромной сложной энергии, которая и носила это имя. Он так и не узнал этого. Мысли, которые оно порождало, были слишком чужды, чтобы значить что-нибудь реальное для его рассудка. Когда оно даже мысленно возвращалось к своему истоку и по нему пробегал отсвет могущества этого имени, Смит быстро научился съеживаться внутри себя, пряча, уводя подальше свое сознание, пока эта мысль не пройдет мимо. Это было подобно тому, словно он через открытую дверь смотрел, как пылают адские топки.

Он видел, как тот Смит медленно вертит в руках шкатулку, как его бесцветные глаза изучают ее поверхность. Но его ли это были глаза? Или под его веками теперь обитал мрак этого Нечто? Он и сам не знал, не мог сказать точно, поскольку не мог заставить себя сосредоточиться на этом туманном, темном обитателе его собственного тела. Его особенности, характерные черты были такие чуждые, такие отталкивающие.

Ага, вот его пальцы нащупали тщательно замаскированное место, надавив на которое шкатулку можно открыть. Он не мог в точности определить, что произошло, но внезапно увидел, как дергает шкатулку, пытаясь ее открыть, крутит ее и так и этак, пытается подцепить что-то, и вот шкатулка распадается на две половинки по неровной линии. И из нее стал выходить густой туман, тяжелая, почти неощутимая дрянь, в которой шарили его руки, словно в складках одежды.

Этот туман медленно потек вниз, на пол, в то время как на его глазах он сам, стоящий там, в тумане, вытащил какую-то штуковину, немного приоткрывшую завесу тайны, которая до сих пор скрывала все происходящее. Смит узнал этот странный символ, лежавший в заполненной туманом шкатулке. Он был сделан из вещества, которое не встречалось ни в одном из трех миров, — это был полупрозрачный металл, сквозь глубины которого тусклый дым распространялся неясными завитками, кольцами и струйками. И форма его повторяла форму символического изображения, часто повторяющегося в резьбе, украшающей стены каждого марсианского дома. Смит уже слышал толки об этом талисмане, повторяющиеся из уст в уста на тайных сходках космических пиратов. Само существование его было для всех тайной, кроме тех флибустьеров космических трасс, от которых ничто не может укрыться.

Этот символ, говорила молва, был талисманом, оставшимся от древней религии, который использовали для обрядов поклонения безымянному богу еще в старые времена, пока упадок веры не вынудил совершать богослужения втайне; он обладал колоссальной энергией, но как ее использовать, вряд ли знал кто-либо из живущих. Говорили, якобы талисман хранится в тайном, никому не известном месте в одном из городов на каналах. Теперь он понимал, какой страх и ужас пережил тот уроженец каналов с обезображенным шрамами лицом, почему он так боялся столкнуться лицом к лицу с последствиями, которые может вызвать его кража.

Ему никогда не узнать, что стояло за этой кражей. Достаточно было знать, что Нечто обладало теперь этим бесценным талисманом. Его собственными усилиями этот древний символ попал в те самые руки, которые уж точно знают, как с ним обращаться: причем, как это ни парадоксально, эти руки когда-то были его собственными руками. А ему оставалась лишь роль беспомощного наблюдателя.

Вот его бывшие пальцы уверенно, зная, что они делают, подняли талисман. В длину он был не более двенадцати дюймов и представлял собой вещицу, состоящую из замысловатых кривых и дугообразных поверхностей. И вдруг он понял, что именно означает этот символ. Сквозь туманную чуждость разума, который обитал теперь там, где раньше хозяином был его разум, он обрел уверенность в том, что талисман был сделан таким образом, что представлял собой изображение написанного имени: то самое невысказанное слово, вылившееся в форму безымянного металла. И Нечто, вселившееся в его тело, держало талисман в руках с видом некоего нечеловеческого благоговейного трепета.

Смит видел, как его тело медленно обернулось кругом, словно пытаясь сориентироваться на какую-то неизвестную точку, находящуюся неизмеримо далеко. Рука, в которой был зажат талисман, высоко поднялась. В комнате царила атмосфера напряженного, торжественного молчания, словно наконец-то был достигнут столь долго и с таким трепетным благоговением ожидаемый момент, когда должно совершиться чудо. Медленно, на негнущихся ногах его тело сделало несколько шагов в сторону восточной стены, крепко сжимая в руке символ, который оно несло перед собой.

Оно остановилось возле украшенной гравировкой стены и медленным ритуальным жестом подняло талисман и установило его украшенный изысканной резьбой наконечник напротив похожего символа на стене — вырезанной копии имени. Оно провело талисманом вниз и потом крест-накрест, словно писало на стене невидимую кривую. Внимательно наблюдая за этими пассами, Смит понял, что происходит. С помощью этого талисмана, который следовал за линиями загадочных символов, изображенных на стене, Нечто воспроизводило невидимое имя. И этот обряд обладал глубинной энергией и являл собой некое неясное предзнаменование, которое повергло его в ужас, заставивший трепетать все его существо. Но в чем заключался смысл всего этого?

Он буквально похолодел, если так можно назвать его состояние: ведь он был лишен физического тела. Он похолодел от дурного предчувствия, но решил досмотреть весь этот зловещий ритуал до конца. Нечто провело талисманом по последним линиям символов, изображенных на стене, полностью очертив площадь приблизительно в шесть квадратных футов, которые покрывал таинственный узор. А потом высокая фигура взмахнула и потрясла металлическим символом, как человек, который приветствует гостя через открытую дверь, и упала на колени перед знаками на стене.

В течение минуты-двух ничего не происходило. Потом, глядя на стену, Смит подумал, что он разгадал значение символа, который был там начертан. Он стал четче выделяться среди нарисованных знаков. Непонятным образом внутри контуров, которые, как он видел сам, были проведены его собственными руками, стала распространяться какая-то серость, сумрачность, некий туман, который усиливался и становился все плотней и плотней, и наконец узор стал неразличим, а великий туманный символ отчетливо проявился на стене.

Сначала он ничего не понял. Он видел, как серый мрак становится все гуще, но ничего не понимал до тех пор, пока длинный завиток тумана как бы с ленцой выплыл из стены в комнату и серый мрак начал переливаться через края, и клубиться, и ходить волнами, словно вся стена была охвачена огнем. И откуда-то издалека, очень издалека, из-за неизмеримого и бесчисленного количества миров и пустых пространств, он почувствовал первый слабый толчок, импульс энергии такой мощности, что он в один миг осознал весь ужас того, что увидел.

Имя, начертанное на стене копией, выполненной из металла, открывало путь для того Нечто, которое носило это имя: теперь эта сущность могла войти в мир. И эта сущность входила в мир, который она покинула миллионы лет назад. Она медленно протекала через открытую дверь, и Смит не в силах был остановить ее.

Он представлял собой чистое, бесплотное сознание, плавающее в пустоте, где не было ни мрака, ни света — он сам был ничто, и он должен был наблюдать, как его собственная плоть принесла в мир, где он жил, смерть и разрушение, и у него не было сил, чтобы противостоять этому. У него даже не было сил сдвинуть с места легчайшее перышко.

В отчаянии он наблюдал, как длинный шлейф зарождающегося ужаса накрывает склоненную голову того, кто еще недавно был им. Почувствовав это прикосновение, тело его неловко и чопорно выпрямилось, будто в ответ на приказание, и медленно стало отступать через всю комнату туда, где на полу распростерлось тело Джудаи. Словно автомат, тело его остановилось, наклонилось и подняло ее на руки. Оно снова пошло вперед, шагая так, будто это был не живой человек, а механизм, и положило ее под вздымающийся символ, который был входом в глубины еще более бездонные, чем сам ад. Дым жадно потянулся к ней, обвился вокруг ее тела и скрыл его из виду.

На месте, где она только что лежала и где ее поглотила волна, дым вскипел, забурлил, и в сознание Смита ворвался еще один мощный удар, куда мощней и сокрушительней, чем это было в первый раз. Откуда-то из бесконечной бездны приближался импульс энергии того самого имени. И остатки энергии, которые он поглотил из тела Джудаи, помогли ему приблизиться скачками, так что теперь мощь его шагов, подобно ударам барабанов, эхом раздавалась вокруг, еще и еще повторяясь в комнате, стены которой были исписаны символами. И в этом ритме слышалось торжество победы. И в повторяющихся волнах громовой энергии он понял наконец назначение этих символов.

Все это было задумано и спланировано миллионы лет тому назад, когда Не-Могущий-Быть-Названным покинул Марс. Возможно, века для него, для его вневременного могущества и мощи, были все равно что одно мгновение. Но Он ушел не навсегда, Он ушел, намереваясь вернуться, поэтому и дал своим почитателям нечто большее, чем то, что можно было стереть из их сознания спустя века, а именно — потребность иметь на стенах своих домов эти символы. Но лишь потребность, а не понимание их. Они были предназначены для того, чтобы обеспечить ему возможность свободного доступа в этот мир. Контакт со своими жрецами Он сохранял через храмы и капища, и для Безымянного они были подобны крохотным окошкам. Там, спрятанный среди таинственных рисунков и узоров, находился широкий вход, через который вся эта неизмеримая энергия могла беспрепятственно хлынуть, когда придет ее час. И этот час настал.

Он заметил неясный знак торжества этого Нечто, вселившегося в его тело, которое застыло перед волнующейся стеной. Он увидел иные миры, в которых такие символы тоже существовали, и через них, как через широко распахнутые двери, в эти миры хлынули огромные волны серости. Он увидел миры, поглощенные и погруженные в единую бурлящую, кипящую стихию, которая крутилась в бешеных водоворотах, клубилась и жадно всасывала в себя людские тела и души.

Сознание Смита содрогнулось в пустоте, в которой оно плавало, взбешенное собственной беспомощностью, захваченное ужасающим зрелищем того, как волны клубящейся серости медленно катятся одна за другой в комнату. Тело Джудаи уже полностью исчезло. И длинные, скрученные завитки тумана, словно пальцы, слепо ощупывали помещение, будто в поисках свежей пищи. В ужасе он видел, как его собственное тело, его высокая фигура, спотыкаясь, неуклюже шагнула вперед, упала на колени и исчезла в жадных вихрях серости.

Очевидная безысходность этого момента была столь сильна, что Смиту захотелось сделать так, чтобы это не было доведено до конца. Перспектива разрушения мира явилась перед ним во всей своей наготе, и ему было больно глядеть на это, его охватил ужас безнадежности. Но он подумал о собственном теле, отданном в жертву всепоглощающей серости, в то время как он сам дрейфовал по бесконечности, по бесчисленным мирам абсолютной пустоты. Эта мысль отозвалась в его сознании, как жгучий удар плетки, и теперь ему было не до сцены, которую он наблюдал: он был слишком возмущен. Решительное и злое чувство протеста захлестнуло его, он просто возмутился против этого загадочного Нечто и против его чудовищной силы.

Как это случилось, он и сам не знал, но вдруг он почувствовал, что уже не плавает в пустоте. Неожиданно для самого себя он разорвал узы, которые отделяли его от реальности, и внезапно снова вернулся в тот мир, из которого был выброшен. В паническом страхе он изо всех сил старался пробиться в собственное тело и изгнать оттуда густую, липкую серость, которая обитала там теперь. Бороться было противно, ибо он оказался слишком близко к липкой, гнусной и мерзкой сущности этого Нечто. Но он не обращал внимания на всю эту мерзость в неистовом желании спасти тело, которое когда-то принадлежало ему.

Какое-то время он дрался с враждебной силой не за полное обладание телом; он бился, неистовствовал, прилагал всю свою ярость, чтобы хоть как-то ухватиться за собственные мышцы и оттащить свое тело подальше от жадных, накатывающихся на него волн. Борьба была намного более отчаянной, нежели любой самый яростный и свирепый рукопашный бой, борьба двух нематериальных сущностей за обладание единственным телом.

Нечто, которое было его противником, было сильной сущностью, оно крепко защищало свои позиции в нервных центрах и мозговых клетках, которыми некогда обладал Смит, а он дрался еще более яростно, поскольку поле битвы было ему знакомым. И так, шаг за шагом он все-таки одержал победу и вошел на освобожденную территорию. Возможно, это случилось еще и потому, что с самого начала он вовсе не стремился к полному обладанию своим телом. В своем желании крепко уцепиться за то, чем оно уже владело, Нечто не могло противостоять его незаметному вползанию в тело, в центры, которые управляют движением. И постепенно, рывок за рывком, он ухитрился поставить собственное тело на ноги и заставил его шаг за шагом отступать подальше от бурлящей стены, из которой истекала серость. И он продолжал драться, несмотря на то что близость к этой тошнотворной сущности причиняла ему нестерпимые страдания и душевную боль.

Теперь он стремился полностью вытеснить эту поистине дьявольскую сущность, и если это ему не удавалось, то, по крайней мере, он с успехом удерживал свои позиции. В его сознании случались мгновенные вспышки просветления, когда он мог снова видеть комнату собственными глазами и ощущать силу собственного тела, которое он чувствовал, словно теплое одеяние, покрывающее его обнаженную личность. Он боролся за свою собственность — и все-таки его тело еще затоплял этот тошнотворный жидкий, тягучий туман, который уже покрывал своей отвратительной слизью саму его душу.

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Опознай живого (сборник)
Опознай живого (сборник)
[Детективы]
В книгу известного писателя Сергея Александровича Абрамова (1944 г. р.) вошли три его остросюжетные повести — «Опознай живого», «Сложи так» и «В лесу прифронтовом». Первые две рассказывают о борьбе
0
Ассистентка Его Темнейшества
Ассистентка Его Темнейшества
[Любовное фэнтези / Современная проза / Приключения / Фэнтези]
В жизни каждой уважающей себя выпускницы наступает момент, когда в кошельке - паутинка, в морозильной камере - таракан, а в голове - амбиций величиной с Башню Тёмного Властелина. Вот к нему-то и
0
Пушкин, Грибоедов и декабристы. Опасные знакомства
Пушкин, Грибоедов и декабристы. Опасные знакомства
[Исторические приключения / Биографии и Мемуары / Документалистика]
«Любовь к родине, вера в Россию, в ее силу, мощь, достоинство, любовь активная, горячая, мобилизующая на поступки, является характерной чертой передовой молодежи того времени, – пишет М. В. Нечкина
0
Анна. Биография самой влиятельной женщины Vogue
Анна. Биография самой влиятельной женщины Vogue
[Биографии и Мемуары / Публицистика / Документалистика]
Анна Винтур – женщина VOGUE, которая с 1988 года не только возглавляет самый авторитетный fashion-журнал, а с недавних пор единолично утверждает содержание и руководит всем, что выпускает
1
"Фантастика 2026-226". Компиляция. Книги 1-30
[Боевая фантастика / Попаданцы]
Очередной 226-й томик серии книг "Фантастика 2026", содержащий в себе законченные и полные циклы фантастических романов. В основе своей, романы включённые в эти сборники, есть эксклюзив, так как
0
Красные Пинкертоны
Красные Пинкертоны
[Шпионский детектив / Приключения: прочее]
Перед вами самая популярная книга 1925 года. Первый советский детектив, загадочный во всех отношениях. Книга, посвященная захватывающим приключениям красных Пинкертонов, вышла под псевдонимом С.
0
Отрицание реальности. Стратегия для Америки
Отрицание реальности. Стратегия для Америки
[Публицистика / Государство и право / Документалистика]
Книга Элдриджа Колби, высокопоставленного военного эксперта Пентагона и экс-советника Дональда Трампа, – это не просто геополитический анализ, а отчаянный манифест человека, чья картина мира
0
Знай наших! Сила русского искусства
Знай наших! Сила русского искусства
[Биографии и Мемуары / Культурология / Документалистика / Театр]
В. И. Немирович-Данченко (1858-1943), крупнейший русский театральный режиссер, основатель Московского Художественного театра (вместе с К. С. Станиславским), в своей книге приводит такой эпизод. «На
0
Орден либералов. Как общество Мон Пелерин испортило жизнь всему миру
Орден либералов. Как общество Мон Пелерин испортило жизнь всему миру
[Публицистика / Документалистика / Государство и право]
Эта книга – расследование деятельности одной из самых влиятельных и закрытых организации современности. Автор прослеживает путь общества Мон Пелерин от скромного интеллектуального кружка до кузницы
0
13 дней до Апокалипсиса. Хроника Карибского кризиса
13 дней до Апокалипсиса. Хроника Карибского кризиса
[Биографии и Мемуары / Публицистика / Документалистика]
Карнбский кризис («Кубинский ракетный кризис») в октябре 1962 года – самый опасный момент в отношениях США и СССР, который мог привести к глобальной ядерной войне. Кризис был вызван размещением
0
Божественная Лада Каменская. Автобиография, письма, воспоминания
Божественная Лада Каменская. Автобиография, письма, воспоминания
[Биографии и Мемуары / Документалистика / Театр]
Нередко бывая в городах и весях нашей необъятной страны и знакомясь с театральной жизнью, актёрами, режиссерами театров иных городов, кроме Москвы и Петербурга, Александр Георгиевич Соколов – актер,
0
Измена. Второе дыхание сердца
Измена. Второе дыхание сердца
[Психология / Секс и семейная психология / Современные любовные романы / Проза]
— Мам, — рыдаю, — я их видела! — Кого, дочка? — не понимает она. — Мужа и Милану! В магазине! Вместе! Мама молчит. — Мам, они покупали продукты, как семья. Он её обнимал, целовал прямо в очереди, у
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
7
Граф поневоле. Книга вторая
Граф поневоле. Книга вторая
[Юмористическая фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Умереть от пули киллера — обидно. Очнуться в 1827 году — странно. Обнаружить, что я теперь двадцатилетний граф, а моё имение разорено, — перебор. Хотя… Жив, молод, с титулом — уже хорошо. С
5
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4
Ревизор: возвращение в СССР 65
Ревизор: возвращение в СССР 65
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев буквально завален работой по уши, но его все устраивает. Ведь он видит, как понемножку, но его усилия
4
Без страха и упрёка 7
Без страха и упрёка 7
[Альтернативная история / Попаданцы]
Алексей Штурмин достиг многого, но настоящее восхождение на вершины власти только начинается.
4
Второй шанс для Лекаря. Том 9
Второй шанс для Лекаря. Том 9
[Альтернативная история / Попаданцы]
Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и приговором — прямо у хирургического
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
23
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
2
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
14
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
14
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
11
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Поцелуй Снегурушки
Поцелуй Снегурушки
[Русское фэнтези]
В деревню на са́мом краю Бездны словно из ниоткуда пришла девушка. Красавица с белоснежной кожей и глазами как спелая брусника – не иначе дар богов. Тут и к бабке за советом идти не надо! Но молодой
0
Гарри Баратеон наследник Железного трона
Гарри Баратеон наследник Железного трона
[Боевик / Фанфик / Повесть]
Есть упоминание наркотиков. -- Создано с помощью нейросети. -- Гарри Баратеон родился после победы его отца в восстании. Унаследовав внешность матери, но силу рода Баратеонов. История
0
Смертельная смена
Смертельная смена
[Любовная фантастика]
Медсестра Эди Спенс отчаянно нуждается в отпуске. Ей необходим полноценный отдых вдали от безумия, которое постоянно преследует её на работе с паранормальными пациентами. Однако, как только Эди и её
0
Вечные Пески. Том 9
Вечные Пески. Том 9
[Самиздат / Героическая фантастика]
Вечные Пески бесконечно огромны и недоступны людям. Они бесконечно прекрасны и разнообразны, но многие ли могут похвастаться, что видели хотя бы малую их часть? Пока люди заперлись в своём последнем
0
Лёд и пламя. Миссия попаданки
Лёд и пламя. Миссия попаданки
[Любовная фантастика / Попаданцы]
Высокий и гордый белый дракон Торгал, известный своей холодностью и высокомерием, учится в академии магии огненных искр, среди людей. Людей которых воспринимает лишь как пыль под ногами. Однако мир
1
Главная роль актрисы-попаданки
Главная роль актрисы-попаданки
[Попаданцы / Классическое фэнтези]
Посвящается Кире Фелис Была заслуженной артисткой Советского Союза — стала попаданкой в Серебряный век. Ничего, я и здесь буду служить в театре. Но почему меня не хотят принимать в труппу?
0
Антикомендантский Час
Антикомендантский Час
[Книги про волшебников / Попаданцы / Самиздат]
В голове - хоровод пьяных медведей и голых балерин. От любого света норовит взорваться мозг, а запахи чувствуются так тонко, словно я парфюмер. И ни хрена не помню, как тут очутился. Но знаете,
0
Мамонт
Мамонт
[Магический реализм / Исторические приключения / Путешествия и география]
Кирилл Еськов одержим идеей найти останки мамонта. Некий писатель отправляется на машине времени в будущее, и увиденная картина его поражает. Физик Лебедев с риском для жизни контрабандой через
0
Волкодав
Волкодав
[Самиздат / Попаданцы / Городское фэнтези]
Я принял стакан с апельсиновым соком от того, кого считал другом, и умер. Напоследок он пообещал, что позаботится о моей жене, сволочь! К счастью, моя смерть не была окончательной, и я попал в мир,
1
Развод из-за рыжей плутовки
Развод из-за рыжей плутовки
[Современные любовные романы / Самиздат]
— Никита, прости, я выбрала не тебя, — говорю я, еле сдерживая слёзы. — Я уже давно это понял. Знаешь, когда я тебя увидел, то думал, ты особенная, а ты оказалась такой же, как и все: меркантильная
0
Проект:
Проект: "Возмездие" Книга 4
[Самиздат / Постапокалипсис]
Жестокий мир, где тела печатаются в "Принтере", и слепых и беспомощных людей обращают в рабство. Где за всем наблюдает система, а населяют его кровожадные техноварвары, и даже смерть не становится
1
Дебют Тридцатилетней войны. Битва на Белой горе 8 ноября 1620 года
Дебют Тридцатилетней войны. Битва на Белой горе 8 ноября 1620 года
[История]
Книга немецкого историка Юлиуса Кребса посвящена одному из ключевых сражений Тридцатилетней войны — битве на Белой горе 8 ноября 1620 года, исход которой во многом предопределил дальнейшее развитие
0