MoreKnig.org

Избранные произведения в одном томе: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Мур Кэтрин



Шрифт:

Наконец коридор стал таким широким, что его уже вовсе нельзя было назвать коридором: это был невероятно просторный, просто огромный зал. Смит решил, что этот зал, должно быть, занимает основную часть черного здания — довольно долго пришлось ступать по его темному полу, пока лунянин не достиг цели и не остановился.

Сквозь странную дымку, заполнявшую зал, Смит увидел какое-то мерцание — впереди что-то горело. Языки пламени так и плясали в тумане, словно там развели костер и порывы ветра раздували его: он то разгорался, то угасал, и казалось, это сам туман пульсирует, словно живое существо.

Лунянин подходил все ближе и наконец остановился перед стеной бледного огня, протянувшейся в тумане в обе стороны так далеко, насколько хватало глаз. Лунянин склонил голову и хотел было заговорить, но страх сковал его язык, и ему удалось произнести нечто членораздельное лишь с третьей попытки.

— Ты слышишь меня, о Могущественнейший?… Я пришел, — медленно проговорил он хриплым голосом.

В полной тишине стена пульсирующего пламени раздвинулась, словно театральный занавес. За этим огненным занавесом сквозь дымку тускло сияла покрытая куполом сфера. Внутри она казалась такой же неосязаемой, как и сам туман. И в этой наполненной туманом сфере восседали три божества. Только поза их была какой-то странной — они не столько восседали, сколько скрючились в сидячем положении, с жадностью вытянув шеи по направлению к говорившему, словно испытывали животный голод. Одни только божества, не роняя своего достоинства, могли столь удивительным образом сочетать в своей осанке невероятное, вызывающее благоговейный ужас величие и нечто совершенно непристойное.

Смит лишь на мгновение получил возможность созерцать эти божества, ибо лунянин немедленно распростерся на черном полу, от непереносимого страха боясь даже вздохнуть, как человек, которого накрыло океанской волной. Но за то мгновение, пока человек еще не успел опустить глаза, не смея созерцать эти странные божества, Смиту удалось-таки подметить какую-то чудовищную тень на окутанной дымкой выпуклой стене; тень отбрасывали все три божества, но она была словно бы от одного. Вот оно что: значит, эти Трое — Одно.

И вот это Одно заговорило. Голос его, обжигающий, как пламя, неосязаемый, как туман, в котором он разносился эхом, был голосом самой смерти.

— Что за смертный посмел предстать перед нами, Бессмертными? — вопросило Одно.

— Тот, чей жизненный путь завершен, — задыхаясь, будто после быстрого бега, проговорил распростертый на полу человек. — Тот, кто пришел отдать свою часть долга своего народа Трем, которые есть Одно.

Голос Одного звучал сочно, выразительно, густо. Теперь же из тусклой сферы, где сидели, скорчившись, Трое, раздался тоненький, дрожащий, как язычок горящего пламени, голосок, гораздо менее сочный и выразительный.

— Да помнят вечно, — пропищал этот тонкий, резкий голосок, — что народ силсов обязан своим существованием нам. Только благодаря нашему могуществу на этой планете есть огонь, воздух и вода. Да помнят вечно, что только благодаря нам этот крохотный мирок наполнен жизнью. Да помнят вечно!

Распростертый на полу человек содрогнулся, выражая свое полное согласие. Смит, как и лунянин, прекрасно понимал, что это была правда. Даже в те давние времена лунное притяжение было слишком слабым, чтобы удержать атмосферу вокруг планеты без посторонней силы. Смит не знал, с какой целью Трое одарили этот крохотный мир своей энергией, но в голове у него забрезжила догадка.

И еще один тоненький голосок, жадный, как пламя, сменил предыдущий, едва тот умолк.

— Да помнят вечно, что мы не просто так даровали жизнь планете силсов: за это надо платить. Да помнят вечно о договоре, который праотцы этого народа в незапамятные времена заключили с Тремя, которые суть Одно, когда сами боги были молоды. Да не забывают о том, что каждый человек обязан внести свою долю долга, когда определенный ему жизненный путь подходит к концу. Да помнят, что лишь благодаря нашему божественному голоду человечеству позволено приблизиться к нам и выплатить свой долг. Все живое обязано своей жизнью нам, и по древнему договору, заключенному их предками, они должны приходить к нам, когда мы их призовем, под сень, которая дарует жизнь столь любимому ими миру.

И вновь по телу распростертого на полу человека пробежала сильная дрожь, словно в подтверждение того, что он признает все сказанное. И вот из туманной сферы донесся третий голос, дрожащий от нетерпения и голода.

— Да помнят вечно, что всякий, кто приходит оплатить долг своего народа, чтобы тот мог и дальше жить на этой планете, должен делать это по доброй воле, не противясь нашему божественному голоду. Они должны подчиниться безропотно. И да помнят вечно: если хоть один человек посмеет противиться нашей воле, мы немедленно лишим мир силсов поддержки и обрушим на них свой гнев. Если хоть один человек воспротивится нашему желанию, то мир силсов сгинет в пустоте и жизнь погибнет в одно мгновение. Да помнят вечно!

И вновь содрогнулся лунный человек. Душа его в последний раз наполнилась любовью к этому прекрасному миру. Настал его черед отдать свою жизнь, чтобы всегда зеленели просторы родных полей и лесов, освещаемых волшебным светом Земли. Умереть во имя своего народа не так уже трудно.

— Ты пришел к нам по доброй воле? — Голос Одного прогремел как раскаты грома.

— Я пришел по доброй воле, я хочу, чтоб мой народ мог жить и дальше, — раздался снизу хриплый голос лежавшего ничком человека.

Мощный голос Одного снова заполнил освещенное пламенем пространство, уши перестали что-либо слышать, и только биение сердца лунного человека подсказало смысл велений божества, прозвучавших как низкие раскаты грома.

— В таком случае подойди!

Человек шевельнулся, медленно, очень медленно поднялся на ноги и взглянул на божество. И тут впервые Смит не на шутку испугался за свою собственную жизнь. До сих пор он разделял благоговейный трепет и ужас с лунным человеком, но понимал, что это не его чувства. Но теперь ему вдруг показалось, что смерть грозит не только незнакомцу, но и ему самому. Ведь он не знал, как отделить свое сознание, наблюдающее за происходящим, от сознания лунного человека. А когда сознание его угаснет, разве не то же самое должно случиться и со Смитом? Скорей всего, именно это имел в виду жрец, когда говорил, что некоторые путешественники во времени так никогда и не возвращаются из прошлого. Какое бы обличье ни приняла смерть, она, должно быть, поглотила и их вместе с теми, чьими глазами они смотрели на мир прошлого. А вот теперь смерть и перед ним раскрыла свою пасть, и он непременно погибнет, если только не найдет способ перехитрить ее. И впервые за все это время он попытался сопротивляться, пытаясь отвоевать свою независимость, отделиться от сознания лунного человека. Но, увы, все его усилия ни к чему не привели.

Низко склонив голову, лунный человек шагнул сквозь огненный занавес. Пламя зашипело, обдало его со всех сторон жаром, и через мгновение огненный занавес остался позади. И вот он совсем близко подошел к этой тусклой адской сфере, где восседали Трое. В тумане за их спинами нависла страшная тень. В тусклом свете казалось, что Трое с нетерпением вытянули тела к нему, всем своим жутким видом выражая чувство голода, а тень за их спинами расширилась, словно огромная пасть, разинутая в ожидании пищи.

Затем с шипящим ревом огненный занавес за его спиной вновь закрылся, и сфера, где обитали Трое, погрузилась во мрак, и тьма эта казалась мраком самой смерти. Смит остро ощутил, как сознание человека, глазами которого он смотрел на мир, охватил нестерпимый ужас. Он почувствовал, как оно, словно оступившаяся лошадь под всадником, на мгновение замерло перед пропастью — и полетело вниз. Ужасным было это казавшееся бесконечным падение в бездну, в полную пустоту, разделяющую миры, где царил только ненасытный голод, способный пожрать саму пустоту.

Он даже не пытался сопротивляться, он просто не мог. Слишком жутким показалось ему происходящее. Но он и не сдался. Он ощущал себя лишь крохотной точкой сознания в бесконечности абсолютного голода; засасывающая пустота бушевала вокруг него — однако он был упрям, он не дрогнул перед этим ужасом. Перед всепоглощающим голодом Троих, должно быть, человек прежде выражал только покорность и готовность принести себя в жертву и тем самым оплатить долг человечества перед этими божествами. И теперь ярость ревела в голодной пустоте, и звук этот был столь страшен, что ни один смертный не мог его вынести. Но Смит стойко держался за ускользавшее от него сознание — это все, что он мог сделать, чтобы противостоять ненасытному голоду, который вот-вот должен был накинуться и на него, чтобы высосать из него жизнь.

Он сам едва сознавал, что делает. Что-то на периферии сознания ему подсказывало: если он станет противиться, то обречет мир силсов на гибель. Значит, на Луне не останется ни одной живой души. Погибнет и девушка в прекрасном саду, освещенном нежным светом Земли, и все обитатели Балуса, и сам прекрасный город, который теперь ничто не защитит от несущихся с бешеной скоростью метеоритов. И восхитительный зеленый лунный мир превратится в мертвую пустыню, усеянную гигантскими воронками.

Но инстинкт самосохранения оказался сильнее. При всем своем желании он не мог противопоставить все эти соображения жажде жизни, животному неприятию смерти, столь глубоко укоренившемуся в каждом человеке. Нет, он не хочет умирать, он не умрет, он не сдастся, какой бы высокой ни оказалась плата за жизнь. Он понимал, что сил, чтобы бороться с этой яростной силой, высасывающей его сознание, у него мало, но ведь он может просто не подчиниться ей. Против голода Троих он может противопоставить хотя бы пассивное упрямство, пусть зоны времен кружатся, сменяя друг друга, пускай время исчезнет, останется только он один, он один продолжит существовать, полный отчаянного стремления к жизни, бросивший вызов самой смерти.

Должно быть, путешественники по времени тоже сталкивались с подобным испытанием и безропотно подчинялись, повинуясь врожденному чувству любви к зеленому лунному миру. Но он не разделял этой любви. Для него ничто не могло сравниться с жизнью — с его жизнью здесь и сейчас. Нет, он не сдастся. В существе Смита под оболочкой цивилизованного человека таилась дикая, первобытная мощь, и ни в одном из миров еще никому, никакой силе не удавалось сломить его силу. Именно она помогла ему противостоять неистовству божества, именно этой силе был он обязан своей твердой решимостью ни за что не подчиниться этим божествам с их всепожирающим голодом. И вот сила неистового голода стала слабеть. Божества не могли пожрать то, что противостояло их алчности, и даже ее неукротимая ярость не смогла подчинить себе Смита. Так вот, значит, почему Трое так настойчиво требовали безропотного подчинения, добровольной жертвы. Они были не способны преодолеть непобедимую любовь к жизни и не хотели демонстрировать эту свою слабость перед истязаемым ими миром. На миг он увидел этого чудовищного вампира — это Тройное божество, разжиревшее за счет тех, кто не смог противостоять ему, ибо любил свою родину, свои прекрасные города, ясные дни в золотом сиянии Солнца и волшебные ночи в голубоватом свете Земли. Ценой собственной жизни они хотели спасти этот мир. Но теперь с этим было покончено.

В последний раз мощный порыв яростного голода обрушился на непоколебимого Смита. Но эти вампиры, эти Трое, которые были Одно, обитавшие некогда, миллионы лет назад, в местах, всеми давно позабытых, не могли сломить неукротимую, первобытную жажду жизни, глубоко сидящую в сознании, во всем существе Смита. И вот наконец последний порыв ярости — она ревела, носясь вокруг него, как алчный вихрь, осознавший свое окончательное поражение. И пустота прекратила существовать.

На миг невыносимый свет ослепил его. Он увидел ночной город силсов, погрузившийся в сон; покрытый зеленой растительностью лунный мир переливался в лучах восходившей Земли. Такой восхитительной, яркой ночи человеку больше нигде не дано увидеть. Огромный шар, плывущий в туманном воздухе, с его континентами, окутанными дымкой, с его перламутровыми морями. Балус Прекрасный спал, утопая в свете Земли, уже высоко поднявшейся над горизонтом. Последние секунды прекрасный лунный мир плыл в чарующем полумраке, мир, с красотой которого не сравнится ни одно другое место во всей Вселенной ни в прошлом, ни в будущем, мир, память о котором останется в сознании этого народа навсегда, где бы он ни жил.

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Пушкин, Грибоедов и декабристы. Опасные знакомства
Пушкин, Грибоедов и декабристы. Опасные знакомства
[Исторические приключения / Биографии и Мемуары / Документалистика]
«Любовь к родине, вера в Россию, в ее силу, мощь, достоинство, любовь активная, горячая, мобилизующая на поступки, является характерной чертой передовой молодежи того времени, – пишет М. В. Нечкина
0
Анна. Биография самой влиятельной женщины Vogue
Анна. Биография самой влиятельной женщины Vogue
[Биографии и Мемуары / Публицистика / Документалистика]
Анна Винтур – женщина VOGUE, которая с 1988 года не только возглавляет самый авторитетный fashion-журнал, а с недавних пор единолично утверждает содержание и руководит всем, что выпускает
0
"Фантастика 2026-226". Компиляция. Книги 1-30
[Боевая фантастика / Попаданцы]
Очередной 226-й томик серии книг "Фантастика 2026", содержащий в себе законченные и полные циклы фантастических романов. В основе своей, романы включённые в эти сборники, есть эксклюзив, так как
0
Красные Пинкертоны
Красные Пинкертоны
[Шпионский детектив / Приключения: прочее]
Перед вами самая популярная книга 1925 года. Первый советский детектив, загадочный во всех отношениях. Книга, посвященная захватывающим приключениям красных Пинкертонов, вышла под псевдонимом С.
0
Отрицание реальности. Стратегия для Америки
Отрицание реальности. Стратегия для Америки
[Публицистика / Государство и право / Документалистика]
Книга Элдриджа Колби, высокопоставленного военного эксперта Пентагона и экс-советника Дональда Трампа, – это не просто геополитический анализ, а отчаянный манифест человека, чья картина мира
0
Знай наших! Сила русского искусства
Знай наших! Сила русского искусства
[Биографии и Мемуары / Культурология / Документалистика / Театр]
В. И. Немирович-Данченко (1858-1943), крупнейший русский театральный режиссер, основатель Московского Художественного театра (вместе с К. С. Станиславским), в своей книге приводит такой эпизод. «На
0
Орден либералов. Как общество Мон Пелерин испортило жизнь всему миру
Орден либералов. Как общество Мон Пелерин испортило жизнь всему миру
[Публицистика / Документалистика / Государство и право]
Эта книга – расследование деятельности одной из самых влиятельных и закрытых организации современности. Автор прослеживает путь общества Мон Пелерин от скромного интеллектуального кружка до кузницы
0
13 дней до Апокалипсиса. Хроника Карибского кризиса
13 дней до Апокалипсиса. Хроника Карибского кризиса
[Биографии и Мемуары / Публицистика / Документалистика]
Карнбский кризис («Кубинский ракетный кризис») в октябре 1962 года – самый опасный момент в отношениях США и СССР, который мог привести к глобальной ядерной войне. Кризис был вызван размещением
0
Божественная Лада Каменская. Автобиография, письма, воспоминания
Божественная Лада Каменская. Автобиография, письма, воспоминания
[Биографии и Мемуары / Документалистика / Театр]
Нередко бывая в городах и весях нашей необъятной страны и знакомясь с театральной жизнью, актёрами, режиссерами театров иных городов, кроме Москвы и Петербурга, Александр Георгиевич Соколов – актер,
0
Измена. Второе дыхание сердца
Измена. Второе дыхание сердца
[Психология / Секс и семейная психология / Современные любовные романы / Проза]
— Мам, — рыдаю, — я их видела! — Кого, дочка? — не понимает она. — Мужа и Милану! В магазине! Вместе! Мама молчит. — Мам, они покупали продукты, как семья. Он её обнимал, целовал прямо в очереди, у
0
Бабочка желаний
Бабочка желаний
[Современные любовные романы / Эротика, Секс / Проза]
Я потеряла голову от друга моего отца. Он был намного взрослее, и казался таким же далёким, как звезда на небосклоне. Я никому не рассказывала о своей любви, но мама знала всё. А накануне моего
0
Лучшая подруга главного героя книга первая
Лучшая подруга главного героя книга первая
[Любовные романы / Современная проза / Приключения]
Она попала в книгу. В тело второстепенного персонажа, которому по сюжету полагается умереть. Он должен был быть просто фоном для главного героя. Они оба отказались играть по правилам.
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
7
Граф поневоле. Книга вторая
Граф поневоле. Книга вторая
[Юмористическая фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Умереть от пули киллера — обидно. Очнуться в 1827 году — странно. Обнаружить, что я теперь двадцатилетний граф, а моё имение разорено, — перебор. Хотя… Жив, молод, с титулом — уже хорошо. С
5
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4
Ревизор: возвращение в СССР 65
Ревизор: возвращение в СССР 65
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев буквально завален работой по уши, но его все устраивает. Ведь он видит, как понемножку, но его усилия
4
Без страха и упрёка 7
Без страха и упрёка 7
[Альтернативная история / Попаданцы]
Алексей Штурмин достиг многого, но настоящее восхождение на вершины власти только начинается.
4
Второй шанс для Лекаря. Том 9
Второй шанс для Лекаря. Том 9
[Альтернативная история / Попаданцы]
Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и приговором — прямо у хирургического
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
23
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
2
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
14
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
14
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
11
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Я кіт!
Я кіт!
[Классическое фэнтези]
Отже, уявіть, що одного ранку ви прокидаєтеся не в собі. Причому в прямому сенсі: не у своєму тілі, а в тілі свого кота. А ваш кіт отримує ваше тіло з усіма супутніми радощами та неприємностями,
0
Картограф
Картограф
[Сказочная фантастика]
Предисловие к сборнику рассказов «Хрупкие вещи», где Гейман подробно описывает, как, когда и при каких обстоятельствах он придумал тот или иной рассказ. По традиции, предисловие содержит также и
1
Магические испытания
Магические испытания
[Книги про волшебников / Классическое фэнтези]
«Добро пожаловать в Академию Полусмерти». Так называется моя новая школа, поскольку выживает только половина учеников. Правило № 1: Не лезь не в своё дело и не связывайся с четырьмя великолепными
0
Шостакович. Маршал советской музыки
Шостакович. Маршал советской музыки
[Биографии и Мемуары / Документалистика]
Уникальная биография Дмитрия Шостаковича (1906–1975), написанная на основе огромного массива неизвестных ранее документов, повествует о том, какие знания, умения и навыки позволили родившемуся в
0
Добро пожаловать в нигде
Добро пожаловать в нигде
[Современная проза]
Израиль, наши дни. Рут замужем за Шукой, красивым и успешным офтальмологом. И все бы хорошо, но муж ограничивает каждый ее шаг и жестко наказывает за неповиновение. Исстрадавшаяся Рут решается на
0
Гори ярко
Гори ярко
[Любовная фантастика]
Они дикие и сломленные души. Оборотни, чьи раны столь глубоки, что им опасно находиться рядом с себе подобными. Таких оборотней сослали на окраину Аспен-Крик, штат Монтана, как ради них самих, так
0
Метание ножей: бросок в сердце
Метание ножей: бросок в сердце
[Любовное фэнтези / Книги про волшебников / Историческое фэнтези / Самиздат]
Академия стала для меня даром и проклятьем. Мне запрещено выделяться. Запрещено показывать характер. Запрещено быть лучше сестры. Все изменилось слишком быстро и неожиданно. К нам прибыли
0
Выходя за рамки босса
Выходя за рамки босса
[Современные любовные романы / Эротика, Секс]
Выход за рамки привычного подарил мне лучшую ночь в жизни. До тех пор, пока я не узнала, что человек, с которым я ее провела — мой новый босс. Посещать секретную вечеринку, где одежда опциональна,
0
Запомните нас такими (ЛП)
Запомните нас такими (ЛП)
[Современные любовные романы / Эротика, Секс]
Ной Райан был всей моей жизнью. От начала и до конца - всегда только он. Он научил меня боли, терпению, прощению и тому, какой след я оставлю на песках времени. Но самое главное, он научил меня,
0
Измена.Не играй со мной
Измена.Не играй со мной
[Любовные детективы / Короткие любовные романы]
Лучшая подруга лежала на выбранной неделю назад кровати, завёрнутая в крепкие руки любимого жениха.Алиса закрыла глаза не желая видеть наготу любовников.– Как ты здесь оказалась?– голос Артура
1
Воспоминания провинциального адвоката
Воспоминания провинциального адвоката
[Биографии и Мемуары]
Лев Филиппович Волькенштейн (1857–1935) — ростовский адвокат в конце XIX — начале XX вв., получивший образование сначала в Таганрогской гимназии (где учился вместе с А. П. Чеховым), а затем на
0
Ноша хрономанта. Том восьмой
Ноша хрономанта. Том восьмой
[Боевое фэнтези / Книги про волшебников / Постапокалипсис]
Все большая и большая часть планеты Земля возвращается под контроль её законных хозяев, что радуются и новым победам, и новым уровням, которые за эти победы дарует им Система . Вот только постоянных
2