MoreKnig.org

Избранные произведения в одном томе: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Мур Кэтрин



Шрифт:

Искаженное тревогой лицо человечка налилось кровью.

— Клянусь! Клянусь всем, чем хочешь! Да скорее же! Умоляю, скорей, или…

— А ты готов поклясться…

Ярол вдруг замялся и виновато посмотрел на Смита. Затем, встав рядом с незнакомцем возле перил, он что-то шепнул ему на ухо. Смит заметил, как красное лицо человечка исказилось от ужаса и покрылось мертвенной бледностью. Но человечек быстро пришел в себя и отчаянно закивал головой, всем своим видом показывая, что готов принять любые условия.

— Да-да, клянусь! Бегите же скорее за ним! — задыхаясь, прохрипел он.

Не говоря больше ни слова, Ярол перескочил через перила и помчался за вором, рассекая толпу. Человечек пару секунд смотрел ему вслед, потом медленно прошел вдоль перил ко входу в бар, миновал ряд пустых столиков и буквально рухнул на стул, на котором только что сидел Ярол. В отчаянии он уронил свою седовласую голову на дрожащие руки.

Смит бесстрастно смотрел на него. Он слегка удивился, увидев, что человек этот еще молод. Судя по его лицу, искаженному тревогой, ему было не более сорока. Руки его, обхватившие склоненную голову, были сильными и крепкими, а странная хрупкость фигуры, которую на первый взгляд мог бы унести с собой мало-мальски сильный порыв ветра, гармонично сочеталась с какой-то энергией, которая столь явно исходила от него, что Смит просто не мог сразу же не почувствовать это. Смит догадался, что хрупкость эта, как и говорил Ярол, была вовсе не индивидуальной особенностью незнакомца, а являлась характерной чертой его народа. Скорее всего, народ этот обитал на планете меньшей по размеру, чем Земля, там, где гравитация слабее, — только в этих условиях могла сформироваться такая тонкокостная раса.

Наконец незнакомец поднял на Смита свои страдальческие глаза. Странным был цвет этих глаз: темные, неяркие, словно покрытые полупрозрачной пленкой, отчего казалось, что обладатель этих глаз смотрит не в лицо собеседнику, а куда-то в сторону. И еще глаза эти придавали всему его лицу выражение некоей удивительной умиротворенности, которая так не сочеталась с мучительным беспокойством, исказившим теперь его тонкие черты.

Он несколько секунд пристально смотрел на Смита; глаза его были наполнены таким отчаянием, что долгий взгляд этот нисколько не казался невежливым. Смит отвел глаза: пускай смотрит, если ему от этого легче. Краем глаза он все-таки заметил, как губы незнакомца шевельнулись, как он даже набрал в легкие воздуха, словно собирался заговорить. Но, должно быть, что-то в загорелом, бесстрастном лице Смита, изукрашенном вдоль и поперек шрамами, полученными им в многочисленных схватках, в выражении его холодных, бесстрастных глаз насторожило маленького человечка, и он так и не решился задать своего вопроса. С нескрываемой тревогой на лице он молча ждал, крепко сжав пальцы в кулаки.

Время тянулось медленно. Наконец минут через пятнадцать Смит услышал за спиной шаги и по внезапно оживившемуся лицу человечка напротив догадался, что это возвращается Ярол. Улыбаясь, венерианин молча подошел к столику, неторопливо уселся и положил на стол плоский квадратный сверток.

Вскрикнув от радости, незнакомец привстал и с трепетом провел рукой по коричневой бумаге, в которую было завернуто его сокровище. Он проверил, на месте ли коричневые печати на краях сгибов, и, похоже, успокоился окончательно. Горькое отчаяние на его лице тут же удивительным образом сменилось выражением глубокого умиротворения. У Смита мелькнуло в голове, что до сих пор ему еще не доводилось видеть, чтобы человек вдруг так неожиданно от состояния крайней тревоги перешел в состояние такого необыкновенного покоя. В этом умиротворенном лице читалось смирение, казалось, он решился безропотно подчиниться чему-то. Может, он уже настроился заплатить любую, самую немыслимую цену за помощь Ярола, причем, казалось, был уверен, что цена эта будет очень высока.

— Что ты хочешь получить в награду? — спокойно обратился он к Яролу.

— Я хочу, чтоб ты рассказал мне про тайну, — ответил Ярол, самонадеянно улыбаясь.

Для человека с такими способностями, сноровкой и характером, как Ярол, вернуть сверток ничего не стоило. Как он это сделал, не знал даже Смит — у венериан есть свои хитрости, — но он ни секунды не сомневался, что Ярол вернется с победой. Черные мудрые глаза венерианина ярко горели на бледном, ангельском личике. Смит перевел глаза на незнакомца. Казалось, тот нисколько не удивился, услышав такое требование, только его подернутые дымкой глаза слегка вспыхнули и тонкие черты лица на мгновение исказились мучительным осознанием нелегкой задачи.

— Я должен был догадаться, — раздался его тихий, мягкий голос, в котором сквозь правильный английский слышались отголоски инопланетного акцента. — А ты имеешь представление о том, о чем спрашиваешь?

— В общих чертах, — ответил Ярол уже менее легкомысленным тоном, вероятно, серьезность и сосредоточенность незнакомца передалась и ему. — Я когда-то был знаком с одним силсом, и то немногое, что мне удалось разузнать, пробудило во мне дикое желание докопаться до вашей тайны.

— Имя тебе тоже известно, — мягко проговорил человечек, — а я поклялся этим именем дать тебе то, что ты пожелаешь. Я сдержу свое слово. Только знай, даже ради спасения своей жизни я никогда бы не дал этой клятвы. В любой другой ситуации я, как и каждый силе, скорее бы умер, чем поклялся этим именем. Думаю, ты догадываешься, насколько бесценно то, что лежит в этом свертке. Подумай как следует, ты и в самом деле хочешь узнать нашу тайну?

Смит заметил, что Ярол упрямо насупился.

— Да, хочу, — твердо ответил венерианин, — не забывай, что ты поклялся именем… — Он одними губами произнес имя. Человечек усмехнулся, и на лице его промелькнуло сожаление.

— Ты пробуждаешь силы, — сказал он, — о которых не имеешь ни малейшего представления. А это очень опасно. Конечно, я дал клятву, и я все тебе расскажу. Даже если ты передумаешь, я все равно должен тебе рассказать, ибо любое обещание, скрепленное этим именем, должно быть выполнено, чего бы это ни стоило как поклявшемуся, так и тому, кому поклялись. Так что прости, но теперь ты должен все узнать.

— Ну, рассказывай же. — Сгорая от нетерпения, Ярол наклонился к нему через стол, чтобы не пропустить ни слова.

Человечек повернулся к Смиту. Лицо его сияло безмятежным спокойствием, и было в этом спокойствии нечто такое, что не на шутку встревожило землянина.

— И ты тоже хочешь узнать про тайну? — спросил он Смита.

Какое-то время беспокойство в душе Смита боролось с любопытством. Ему вдруг ужасно захотелось узнать, что этот странный человечек расскажет Яролу, и в то же время он ясно ощущал угрозу, скрывавшуюся за каменным его спокойствием. Бросив сердитый взгляд на Ярола, он кивнул головой.

Незнакомец скрестил руки на драгоценном свертке, лежавшем на столе, наклонился к ним поближе и неторопливо, мягким голосом заговорил. Смиту казалось, что, по мере того как шел его рассказ, глаза его наполнялись все более глубоким покоем, безграничным и безмятежным, как сама смерть. Словно он покидал жизнь, с каждым словом все глубже и глубже погружаясь в незыблемый океан покоя, потревожить который не может ничто на свете. Смит понимал, что столь тщательно оберегаемая тайна не может быть так легко рассказана первым встречным людям, пусть даже и оказавшим рассказчику неоценимую услугу, и если тот, кто раскрывает эту тайну, спокоен, значит, тот, кто ее узнает, обречен на страшную кару, сравнимую лишь со смертью.

Смит слушал рассказ довольно рассеянно.

— Представьте, — тихо говорил человечек, — что людям пришлось покинуть свои жилища и поселиться в мрачных пещерах, куда никогда не попадают лучи солнца. Их дети и внуки выросли в полном мраке, за всю их жизнь им ни разу не довелось воспользоваться зрением. Так росло и старилось поколение за поколением, и постепенно сложилась легенда о неописуемой красоте и тайне зрения. Легенда эта со временем превратилась в религию. Это предание о неописуемой красоте — и правда, как можно еще рассказать о зрении слепому — поведало людям о том, что знали их предки, а также открыло им, что они до сих пор владеют даром зрения, только не могут им воспользоваться там, где вынуждены жить.

У нашего народа есть подобная легенда. Когда-то в самом начале, а потом и в расцвете нашей цивилизации мы владели неким даром, точнее говоря, чувством, которое впоследствии, по прошествии миллионов лет, утратили. Для нас «начало» и «расцвет» значит одно и то же. Ведь только у нашего народа самые древние легенды — они берут начало в золотом веке бесконечно далекого прошлого. Но дальше этого они не идут. В отличие от других народов, у нас нет легенд о нашем происхождении. Мы ничего не знаем о том, откуда берет свое начало наш народ, хотя легенды наши и уходят в такое далекое прошлое, что трудно представить. История говорит, когда-то очень давно мы появились на свет и сразу же стали высокоразвитыми, высококультурными существами. В том совершенном состоянии мы владели утраченным сегодня даром, воспоминания о котором сохранились лишь в непонятных старинных обрядах.

Последние представители нашего некогда могущественного народа живут в глубине Тибета. Мы живем там с тех пор, как зародилась Земля, когда человек еще был диким, первобытным существом. Постепенно наш народ дряхлел, приходил в упадок, и наконец мы пали так низко, что большинство из нас утратило знание тайны. Но прошлое наше слишком велико, чтобы Вовсе забыть это знание, и даже сегодня мы по-прежнему держимся обособленно, не вступая в контакт с более молодыми цивилизациями, сложившимися на Земле. Наша славная тайна еще не совсем утрачена. Наши жрецы знают тайну и свято хранят ее, оберегая страшными заклинаниями. И хотя весь наш народ и не владеет этой тайной, даже самые ничтожные из нас не польстились бы на корону вашей величайшей империи, если бы нам ее предложили, потому что мы, наследники тайны, гораздо выше королей.

Он умолк, и отстраненный взгляд его странных полупрозрачных глаз потемнел.

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
"Фантастика 2026-226". Компиляция. Книги 1-30
[Боевая фантастика / Попаданцы]
Очередной 226-й томик серии книг "Фантастика 2026", содержащий в себе законченные и полные циклы фантастических романов. В основе своей, романы включённые в эти сборники, есть эксклюзив, так как
0
Красные Пинкертоны
Красные Пинкертоны
[Шпионский детектив / Приключения: прочее]
Перед вами самая популярная книга 1925 года. Первый советский детектив, загадочный во всех отношениях. Книга, посвященная захватывающим приключениям красных Пинкертонов, вышла под псевдонимом С.
0
Отрицание реальности. Стратегия для Америки
Отрицание реальности. Стратегия для Америки
[Публицистика / Государство и право / Документалистика]
Книга Элдриджа Колби, высокопоставленного военного эксперта Пентагона и экс-советника Дональда Трампа, – это не просто геополитический анализ, а отчаянный манифест человека, чья картина мира
0
Знай наших! Сила русского искусства
Знай наших! Сила русского искусства
[Биографии и Мемуары / Культурология / Документалистика / Театр]
В. И. Немирович-Данченко (1858-1943), крупнейший русский театральный режиссер, основатель Московского Художественного театра (вместе с К. С. Станиславским), в своей книге приводит такой эпизод. «На
0
Орден либералов. Как общество Мон Пелерин испортило жизнь всему миру
Орден либералов. Как общество Мон Пелерин испортило жизнь всему миру
[Публицистика / Документалистика / Государство и право]
Эта книга – расследование деятельности одной из самых влиятельных и закрытых организации современности. Автор прослеживает путь общества Мон Пелерин от скромного интеллектуального кружка до кузницы
0
13 дней до Апокалипсиса. Хроника Карибского кризиса
13 дней до Апокалипсиса. Хроника Карибского кризиса
[Биографии и Мемуары / Публицистика / Документалистика]
Карнбский кризис («Кубинский ракетный кризис») в октябре 1962 года – самый опасный момент в отношениях США и СССР, который мог привести к глобальной ядерной войне. Кризис был вызван размещением
0
Божественная Лада Каменская. Автобиография, письма, воспоминания
Божественная Лада Каменская. Автобиография, письма, воспоминания
[Биографии и Мемуары / Документалистика / Театр]
Нередко бывая в городах и весях нашей необъятной страны и знакомясь с театральной жизнью, актёрами, режиссерами театров иных городов, кроме Москвы и Петербурга, Александр Георгиевич Соколов – актер,
0
Измена. Второе дыхание сердца
Измена. Второе дыхание сердца
[Психология / Секс и семейная психология / Современные любовные романы / Проза]
— Мам, — рыдаю, — я их видела! — Кого, дочка? — не понимает она. — Мужа и Милану! В магазине! Вместе! Мама молчит. — Мам, они покупали продукты, как семья. Он её обнимал, целовал прямо в очереди, у
0
Бабочка желаний
Бабочка желаний
[Современные любовные романы / Эротика, Секс / Проза]
Я потеряла голову от друга моего отца. Он был намного взрослее, и казался таким же далёким, как звезда на небосклоне. Я никому не рассказывала о своей любви, но мама знала всё. А накануне моего
0
Лучшая подруга главного героя книга первая
Лучшая подруга главного героя книга первая
[Любовные романы / Современная проза / Приключения]
Она попала в книгу. В тело второстепенного персонажа, которому по сюжету полагается умереть. Он должен был быть просто фоном для главного героя. Они оба отказались играть по правилам.
0
В царском кругу: воспоминания фрейлин дома Романовых
В царском кругу: воспоминания фрейлин дома Романовых
[Биографии и Мемуары / Документалистика]
Блеск балов, роскошные наряды и близость к императрице – такой представляли себе жизнь фрейлин. Но за фасадом этой сказки скрывался жестокий мир, где выживал лишь самый умный. Придворная служба была
0
Моя императрица. Воспоминания гофмейстерины о двадцати трех годах, проведенных в ближайшем кругу Александры Федоровны от ее свадьбы до дня ссылки
Моя императрица. Воспоминания гофмейстерины о двадцати трех годах, проведенных в ближайшем кругу Александры Федоровны от ее свадьбы до дня ссылки
[Биографии и Мемуары / Документалистика]
Рассказ гофмейстерины российской царицы о жизни монаршего двора охватывает более двух десятилетий. Она служила Александре Федоровне от ее замужества до дня ссылки. Обязанности выполняла далеко не
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
7
Граф поневоле. Книга вторая
Граф поневоле. Книга вторая
[Юмористическая фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Умереть от пули киллера — обидно. Очнуться в 1827 году — странно. Обнаружить, что я теперь двадцатилетний граф, а моё имение разорено, — перебор. Хотя… Жив, молод, с титулом — уже хорошо. С
5
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4
Ревизор: возвращение в СССР 65
Ревизор: возвращение в СССР 65
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев буквально завален работой по уши, но его все устраивает. Ведь он видит, как понемножку, но его усилия
4
Без страха и упрёка 7
Без страха и упрёка 7
[Альтернативная история / Попаданцы]
Алексей Штурмин достиг многого, но настоящее восхождение на вершины власти только начинается.
4
Второй шанс для Лекаря. Том 9
Второй шанс для Лекаря. Том 9
[Альтернативная история / Попаданцы]
Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и приговором — прямо у хирургического
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
2
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
14
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
14
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
11
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Стигиец
Стигиец
[Городское фэнтези / Книги про волшебников / Попаданцы / Юмористическое фэнтези]
Верховный Жрец Сета и один из двенадцати владык Чёрного Круга Стигии умер на вершине могущества. Пронзённый проклятым мечом, он должен был рассыпаться в прах. Но очнулся в теле киргизского
3
Два тревожных дня майора Ковалева
Два тревожных дня майора Ковалева
[Полицейский детектив / Детективы]
В Рязани в один день совершены три тяжких преступления – два убийства в многолюдном центре города и захват заложников в одном из его районов. Таких потрясений здесь не знали давно. На борьбу с
0
Тег #СтавкаНаСебя
Тег #СтавкаНаСебя
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
У них было всё: деньги, статус, успех. А потом — один щелчок, и они снова студенты. Вот только прошлое, в которое они вернулись, оказалось слегка чужим. Студенческая пора позади. Впереди —
3
Второй шанс для мачехи
Второй шанс для мачехи
[Любовная фантастика]
Жизнь Альфидии закончилась печально, но перед смертью, как благословение, она получила прощение. И вернулась вновь в свою жизнь. За год до того, как начала ломать свою жизнь и жизни окружающих
19
Ресторан «Кумихо». Воплощение желаний
Ресторан «Кумихо». Воплощение желаний
[Городское фэнтези / Ужасы / Классическое фэнтези]
Старшеклассник О Сону случайно оказывается в кафе «Кумихо» и покупает старую записную книжку, которая должна воплотить в реальность его самое заветное желание. Чем ближе он к цели, тем явственнее
0
Демон Жадности. Книга 5
Демон Жадности. Книга 5
[Попаданцы / Боевое фэнтези / Книги про волшебников]
Месть свершена. Ну, почти. Все гештальты закрыты. В ставшем слишком маленькой для меня дивизии Коалиции мне больше нечего делать. Теперь мой путь лежит в высшую империю, полную новых возможностей
0
Предатели. Вам нет места в моей жизни
Предатели. Вам нет места в моей жизни
[Повесть / Современные любовные романы / Короткие любовные романы]
Всю жизнь я была опорой и защитой для своей младшей сестрёнки, которую отец, умирая, просил не бросать и защищать. Однако, мне придётся нарушить данное ему обещание, потому что именно она
1
Безсердечна
Безсердечна
[Любовная фантастика]
Вражаючий, захопливий роман для молоді від королеви ретелінгів! Лабіринти, двері й дзеркала, Чешир, Божевільний Капелюшник, Чирвовий Валет, пан Гусінь, Шалений Заєць, Жербельковт і, звісно, вона —
0
Последний источник
Последний источник
[Любовная фантастика / Самиздат]
Эта история - дополнение к "Наследнице по мужской линии". Только главные герои теперь - Хети и Рэй. История про то, что если ведьма любит, то это навсегда.‍‍И никакие интриги, проблемы и противники 
2
Помещик
Помещик
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Увидеть Париж и умереть... а потом оказаться в теле молодого хлыща в 1840 году. Красота же! Вот только никакого булкохруста вокруг не наблюдается а вместо него долги и перспектива получить
3
Генеральный попаданец 4
Генеральный попаданец 4
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Время окончательно изменилось, вызвав череду кризисов. Так что теперь только сам или с помощью команды. Сможет ли Ильич в ближайшие годы дать стране хорошего пинка?
0
Товарищество на вере. Памяти Инны Натановны Соловьевой
Товарищество на вере. Памяти Инны Натановны Соловьевой
[Биографии и Мемуары]
Книга Анатолия Смелянского посвящена его давнему другу и соратнику, выдающемуся театральному писателю и критику – Инне Натановне Соловьевой (1927–2024). В первой части автор предпринимает попытку
0