— Подбросьте меня на пару кварталов, я покажу куда. Борь, я быстро.
— Что ты задумал, писатель?
— Увидишь!
В тесноватой кабине паровоза метался с лопатой парнишка лет пятнадцати. На улице всё еще было холодно, но от топки шел жар, и он кочегарил в одних штанах, блестя мокрым от пота жилистым и мускулистым не по возрасту торсом.
— Шуруй, Васятко, разводи пары, трогаем! — поощрил его машинист и закрутил какие-то маховички.
Под кабиной зашипело, по полу пошла вибрация.
— Сын? — спросил я его.
— Не, — как будто даже удивился Николай, — из контингента. Трудпрактика. Всё, не сифонь! Даем ход!
Паровозик дёрнулся, натягивая сцепку, и, плавно набирая скорость, пошёл по большой дуге, огибая площадь.
— Вот сюда, — показал я нужную улицу.
— Слушай, Артём, — сказал машинист таким задушевным тоном, что я невольно потрогал висящий на плече автомат, — а ты не знаешь, где тут… Ну, скажем, воинский склад? Должен быть такой, где лежит всякое. Вам оно на двоих ни к чему, а нам бы…
Я сразу вспомнил про место, которое мы разведали с Борухом, но вида не подал.
— Нет, откуда. Я человек гражданский.
— Ты-то да, а вот майор твой… Не в курсе, значит?
— Без понятия.
— Жаль, жаль… А так-то, по жизни, ты кто?
— Человек прохожий, ни на что не похожий, — ушёл я от ответа.
Ненавижу такие вопросы. Может быть потому, что не знаю, как на них отвечать. Скажешь «писатель» — только хуже станет. Это ответ, провоцирующий дальнейшие расспросы. В основном, неумные и неделикатные. Типа «про что пишешь». Как будто есть варианты. Все книги мира про одно — про людей и про жизнь. Вот про них и пишу. Всякие глупости, но про них.
Впрочем, Николай, видя моё нежелание отвечать, отстал, а вскоре мы доехали. Мой многострадальный микроавтобус был цел. Я всерьёз опасался, что давешний ураган уронит на него что-нибудь тяжёлое, но обошлось. В городе тысячи машин лучше моей, но у неё есть два больших преимущества — простенький атмосферный дизель и ключи в кармане. Не надо ломать замки и не нужно электричество. Электрический у неё только стартер, но он всё равно сломан.
— Можешь зацепить на буксир? — спросил я Николая.
— Дизель? Завести хочешь? — сразу догадался он. — Чего же нет. Жди трохи, телеги отцепим…
Озябшую «Делику» пришлось изрядно потаскать, прежде чем мотор, прочихавшись черным дымом, подхватился и затарахтел. Правда, отчасти я сам виноват — протупил, не сразу вспомнил про электроклапан, перекрывающий топливо. А вот когда я его, под укоризненным взглядом Николая, выкрутил и, выдернув запорную иглу, вкрутил обратно, дело пошло лучше. Теперь главное — не заглушить случайно.
— Спасибо! — сказал я машинисту. — Поеду я.
— Нима за що. Да, кстати… Вам тут барышня не попадалась?
— Барышня?
— Ну, рыжая такая, симпатичная…
— Нет, — удивился я, — ни рыжей, ни симпатичной, ни барышни не видал.
— Ну и ладно. На нет и суда нет.
На том и расстались. Николай прицепил к паровозу телеги и покатил вдоль улицы, а испанец на своём коне еще раньше куда-то смылся.
— Мелковат транспорт, — крутил горбатым шнобелем Борух.